Убежище в горах (ЛП)

Никаких других звуков я не слышал, и чем больше я прислушивался к тишине, тем больше терял самообладание. После того как мне начало казаться, что я стою уже целую вечность, я наконец-то двинулся к хижине. Никто не схватил меня и не окрикнул.
Я подошел к задней части здания и, прижавшись к стене, обошел здание вокруг, в тот момент я ощущал и осязал все единовременно: запахи, звуки, тени, движения деревьев и даже то, как ткань рубашки терлась о мое тело.
Перед самым входом, осознав, что меня так никто и не обнаружил, я проскользнул внутрь и закрыл дверь. Темнота обняла меня, и эти объятия меня тут же успокоили.
Тяжелые шторы на каждом окне не позволяли солнцу проникнуть внутрь. Еще мгновение я наслаждался тишиной и прислушивался, ожидая, когда мои глаза привыкнут к темноте.
Мне нужно было время, чтобы успокоить свои нервы. Время и отсутствие контакта с людьми.
Но я хотя бы убедил себя, что поблизости никого нет.
Заметно холодало, и я уже было хотел развести огонь в камине, но потом остановил себя. А что если дым из трубы привлечет внимание? Дым превратил бы мой дымоход в маяк, который сигналил бы о моем местоположении.
Но холодная ночь может убить меня, и я не знал, что делать.
Солнце уже скрывалось за горизонт, а я не находил в себе решимости выйти на улицу и завести генератор, чтобы можно было включить лампу.
«Я должен выжить!»
Привыкший к темноте, я пробрался на кухню в дальней части дома. Оставив покупки на столе, я открыл холодильник, чтобы убедиться, что в нем никого нет. Хоть он был у меня и небольшой, но кто-то полный решимости меня поймать, мог спрятаться и там.
Холодильник был пуст.
Взяв несколько кусочков вяленой рыбы, которую я приготовил несколько дней назад, я вернулся в свою комнату и устроился на кровати в углу.
Кровать слегка скрипела подо мной, потому что была довольно изношенной, но недостаточно громко, чтобы слышали на улице. Я поедал куски рыбы и слизывал соль с губ, размышляя о прошедшем дне.
Больше никаких поездок в город. Риск однозначно слишком велик. Тем более в городе появились новые люди. Парень, который смотрел на меня так, как будто знает меня, и если бы я понаблюдал за ним чуть дольше, я бы раскрыл его намерения. Люди не приезжают в Литтл Дир без весомой причины. В этом маленьком городишке нет ничего, кроме горстки дорогих магазинов и пустой горной местности вокруг. Люди приезжают сюда, только когда у них здесь есть серьезные дела.
Как же пристально смотрел на меня этот голубоглазый незнакомец.
Я еще раз прокрутил в памяти его взгляд, засунул в рот последний кусок и медленно пережевал его. На обшарпанном деревянном столике у кровати я нащупал свою потрепанную тетрадь. Пошарив в ящике, я достал карандаш, которым я иногда делал заметки. Для своей безопасности я достал из кармана ножик и проверил, насколько он заточен, сделав несколько зарубок на дереве. Нож был острый, и я положил его на столик.
Прищурившись в темноте на свой дневник, я понял, что мне необходим фонарик, который я также нащупал в ящике. Затем я установил его на прикроватном столике, чтобы он светил на тетрадь. Затем я открыл чистую страницу и вновь задумался. Этот незнакомец, кем бы он там ни был, не сможет добраться до меня. Я все равно одержу верх, и он уедет восвояси, так и не получив то, что ему нужно. Он вернется домой и скажет тем, кто его нанял, что они ошиблись с моим местоположением.
На чистом листе бумаге я написал сверху «голубоглазый» и нервно несколько раз подчеркнул это слово. Нужно мыслить логически и не упускать ни одну деталь. Под заголовком я описал детально его внешность, стараясь ничего не упустить, начиная от прямого угла его носа до едва заметных дуг его лба. Я отметил глубину его взгляда и коралловый оттенок его губ. Не имело значения, что мы были в разных концах магазина, я все это рассмотрел и прочно зафиксировал в памяти.
Когда я закончил свои записи, я внезапно вспомнил момент, когда мы столкнулись с ним в отделе с товарами личной гигиены. Я отчетливо помню его запах: от него пахло сосновой смолой, немного потом и дымом от костра. Дымный запах был легким, как будто он впитался в пальто, но уже прошло какое-то время.
  
Стоп, а почему одежда нанятого бандита пахнет дымом от костра?
Я убрал карандаш в открытый ящик и заново перечитал написанное. В течение следующего месяца мне необходимо залечь на дно. Никаких поездок в город. Крайняя осторожность при нахождении на улице.
Не терять бдительность ни на секунду!
Я бросил тетрадь в ящик, и с трудом задвинул его, потому что он с трудом поддавался, так как от старости дерево отсырело и разбухло. После я встал с кровати и подошел к занавешенному окну и с осторожностью выглянул наружу.
Солнце уже село и осталась только темнота.
Я наконец-то снял с себя пальто и бросил его на спинку единственного стула в комнате, затем я освободил себя от остальных слоев одежды, пока не остался в одной рубашке и свободных боксерах. Они плотно прилегают к моему телу, подчеркивая мышцы и изгибы моего тела.
Когда я собрал всю свою одежду и аккуратной стопкой сложил ее на стуле, я снял свою вязаную шапку и тоже бросил ее на стул. Мои длинные волосы упали на плечи. Тогда я нашел свою старую резинку для волос и собрал их в свободный хвост. Затем из-под подушки достал свою шапку для сна, которая была связана из грубой шерсти синих и красных цветов. Я нахлобучил ее на голову и заправил в нее пряди, выпавшие на лицо.
Наконец-то я улегся в кровать.
Я забрался под три флисовых одеяла и хорошенько обернул их вокруг своего тела.
Улегшись, я долго смотрел в темноту комнаты. Сон никак не приходил, потому что в голове роилась куча мыслей и перед глазами мелькали картинки из воспоминаний о сегодняшнем дне.
  
Глава 3
 
Аспен
Мне потребовалось два дня, чтобы грамотно организовать работу в лагере с моей новой командой.
Было около шести утра, когда Тигр позвал меня на кухню с легким волнением в голосе.
— Аспен, мужик, иди сюда. Серьезно! Поторопись, пока чертов интернет не пропал.
Оставив планы принять душ и почистить зубы, я побрел на кухню, где Зейн сидел за стойкой с открытым ноутбуком, а Тигр и Поузи практически повисли у него на плечах.
Увидев меня, Поузи улыбнулась и помахала мне рукой.
— Она близко. Мы снова ее засекли. Нужно проверить место.
Зейн посмотрел на меня через плечо и довольно улыбнулся, затем он освободил место у ноутбука, чтобы я мог получше все разглядеть. На экране были данные со спутника и карта. Отчетливая, крошечная точка мелькнула и медленно перемещалась по части экрана в верхнем левом углу.
— Неужели это Нэлл? — спросил я.
Тигр утвердительно кивнул, а я почувствовал, как по моей коже побежали мурашки. Нэлл была не первым медведем, которого я чипировал за всю свою карьеру, но она была для меня дороже всех остальных. Она лежала на моих руках после того, как ее усыпили, пока команда работала над ее травмой. Это я тыкался носом в ее мех, поражаясь довольно приличному весу малышки, которая только начинала жить. Я никогда не забуду этот момент. С той минуты Нэлл стала мне как ребенок, я реально испытывал к ней отцовские чувства.
Мое лицо буквально расплылось в улыбке. Это были те эмоции, которые я не мог сдерживать. Наблюдая за мигающей точкой, я понимал, что она совсем рядом, и это грело мне душу. Затем я оторвал взгляд от точки и изучил саму карту, чтобы получить более четкое представление о том, где она находится.
— Это то место, где мы были вчера?
— Так и есть, — ответил Зейн, — вот здесь мы разместили наши новые места.
Он указал на место к югу от нашей малышки Нэлл.
— Каков план, босс? Хочешь с ней встретиться?
Безусловно, в протоколе проекта не было пункта, который позволял официально преследовать дикое животное. По крайней мере, в рамках конкретного проекта. Да, мы чипировали медведей, чтобы отслеживать их передвижения, но на этом наша работа считается выполненной. Однако было невозможно отрицать непреодолимое желание просто увидеть ее снова.