История злодейки (СИ)

— Я уже заждалась, — блеснула я полубезумной улыбкой.
Ян скучающе разглядывал мое лицо, а после весело усмехнулся и, отпустив мои волосы, отошел на несколько шагов, чтобы без проблем видеть меня. Невозмутимо стряхнул с одной из тумбочек бинты, лекарства и ароматические средства, а после вальяжно сел на опустевшую поверхность, сложив руки на груди.
— Судя по тому, что сегодня ты ходила с доносом Улссону, меня ты, как раз, видеть не ожидала, — поиграв со мной в гляделки, заметил он с кривой, хищной усмешкой на худощавом лице.
— Ну, я предполагала, что, узнав о моем поступке, ты, как минимум, вознегодуешь, — подняла я брови и нагло улыбнулась. — Надеюсь, Паук был с тобой мягок, когда рассказывал, как нехорошо ты поступаешь. — Издевательски прищурилась я. — Нет? — С сочувствием надула губы, не боясь переигрывать. — Какая жалость. До нравоучительной порки дошло, ли обошлось лишь словесным внушением? — похлопала я ресницами в искреннем интересе.
— Мне всегда нравилась твоя черта — иронизировать даже там, где не следовало бы, — невозмутимо заметил он и слабо улыбнулся, разглядывая исключительно мое лицо, даже не помышляя скользнуть взглядом ниже, что сейчас вызывало во мне смешанные чувства: от благоговения его благородством и выдержкой, до раздражения и намека на оскорбления в лучших чувствах. — Ты ведь понимаешь, что я имею все основания для того, чтобы быть недовольным твоим поведением?
— Да Бога ради, — великодушно разрешила я и фыркнула. — Раздражайся на здоровье. Можешь не держать все в себе, даже ногами потопать, только не сильно громко, чтобы нас не услышали.
— Позволь уточнить, почему ты все же решила наведаться к Себастьяну? Не далее, как вчера, ты упорно заверяла меня в своей ненависти к нему, — совершенно спокойно спросил Демьян, без намека на недовольство или злость на лице.
— Со вчерашнего дня ничего не изменилось, — пожала я плечами. — Моя ненависть такая же сильная, быть может, даже сильнее, чем была вчера.
— Но?
— Но ты отказался помогать мне, — развела я руками. — В этих условиях мне куда выгоднее не ссориться с Себастьяном. Хотя бы сейчас. Он просил об услуге — я ему ее предоставила и была поглажена по голове за старательность, — растянула я губы в ядовитом оскале. — В следующий раз, возможно, заслужу даже сахарную косточку, — зло засмеялась я, но наткнулась на внимательный взгляд жестоких глаз и резко потребовала: — Не смотри на меня так. «Оценивай риски, хитри, обманывай и играй, выбирая тот вариант, который наиболее выгоден» — твои слова, не мои, — нахмурилась я и отвела взгляд. — Ты сам меня этому учил, сам сделал такой. Я оценила перспективы и решила, что сотрудничать с Себастьяном мне выгоднее, — глухо добавила я с отчаянным желанием сплюнуть от досады.
— Я не виню тебя за это, — внезапно признался Ян, заставив посмотреть на него внимательнее и с подозрением. — В некоторой степени я даже горд своей ученицей. Что же, должен признать, что справилась ты просто блестяще. Я поверил в твою искренность и оценил то, на что ты пошла ради того, чтобы выведать у меня информацию, — иронично вздернул он бровь. — Я понимаю тебя и твое желание выжить любой ценой, даже если для этого придется идти по головам. Я сам настаивал на этой мысли и вдалбливал ее в твою голову, потому не могу сейчас на тебя злиться. И то, что ты рассказала ему обо мне — тоже понимаю.
Некоторое время мы рассматривали друг друга, а после он произнес:
— Чего я не понимаю — почему ты ему соврала? — с интересом прищурился Ян и склонил голову на бок. Это заставило смутиться меня сильнее, чем, если бы он сразу начал с обвинений, ругательств, угроз и прочего.
Я сглотнула, нахмурилась и опустила голову, вглядываясь в бледно-розовую воду. Куда угодно, лишь бы не на мага.
— Ответь, — произнес он мягко, но требовательную нотку я уловила, понимая, что это совсем не просьба, а приказ.
— Как я уже говорила: сегодня я ненавижу его больше, чем вчера, — вздохнула я тихо. — Но больше меня разозлило другое. Он решил меня купить ложными обещаниями, в полной уверенности, что я сдамся и безоговорочно поверю в его ложь.
 
— Почему же ты не поверила? Он может дать многое, — пожал Ян плечами, что я заметила вскользь, так как глаза по-прежнему держала опущенными, боясь предательских слез, которые я больше не желала лить.
— Он мне этого не даст, — покачала я головой. — Он обещал, что я по завершении всего этого, — неопределенно повела я плечом. — вернет меня в мой мир. Но он этого не сделает, — грустно улыбнулась я, прощаясь со своей мечтой и надеждой навсегда. Вновь ощутила укол боли в груди, но быстро подавила его. Хватит ностальгировать по несбыточному. Лучше сосредоточиться на том, что можно осуществить. — Если бы он хотел, вернул бы всех тех девушек, что сейчас медленно умирают в своих гробах. Но ему удобнее просто избавиться от них, чем тратить твои силы на перенос, а своих у него нет. Но, даже если бы были… такая мразь, как он — просто станет избавляться от свидетельств своих злодеяний. Как только он перестанет быть заинтересован во всем этом — Себастьян начнет подчищать за собой следы. Он убьет меня, — слабо улыбнулась я нейтральным голосом, уже смирившись с этой новостью, стараясь относиться к ней философски на манер: «Все мы не вечны». Рано или поздно придется умереть мне. Но пока этого не случилось, нужно пытаться жить. — Я не хочу ускорять этот момент, потому и соврала, сказав, что тебе, так же, как и ему, нужен артефакт. Он был уверен, что ты играешь в свою игру, и не поверил бы, если бы я стала его разубеждать. Сегодня Улссон моментально поверил каждому моему слову, как подтверждению собственных мыслей.
— Да, я уже получил приказ держаться от сокровищницы подальше, — низко хохотнул Демьян, задумчиво разглядывая свои сцепленные пальцы.
— Если повезет, ты найдешь свое заклинание прежде, чем Себастьян получит артефакт и избавишь мир от мерзости в его лице. Возможно, это даст шанс и мне. Надеюсь, ты воспользуешься этой возможностью, — тихо произнесла я и замерла, когда Ян протяжно вздохнул, практически простонав:
— Даже не знаю, смеяться мне или плакать от иронии ситуации, — покачал он головой, а после посмотрел мне в глаза с кривой улыбкой сожаления.
— О чем ты? — насторожилась я.
— О том, что, кажется, переиграл сам себя, дрянь ты моя ненаглядная, — засмеялся он несколько зловеще, на мгновение принимая свои звериные, нечеловеческие черты лица, что проскользнули под кожей. — Я тоже обманул тебя, Тори. Я знал об условии Себастьяна. Я знал, что ты выведываешь из меня информацию нарочно, и снабдил неверной версией происходящего, ведь прекрасно понимал, чью сторону, в конечном итоге, ты выберешь. Твое появление с докладом у Себастьяна было ожидаемо мной. Чего я не ожидал — что ты невольно меня переиграешь, руководствуясь своими собственными, неожиданными для меня мыслями.
— Что? — переспросила я, решив, что мне лишь почудилось, и посмотрела в бесстрастное лицо широко раскрытыми глазами, надеясь найти в нем ответы на роящаяся в моей голове мысли.
— Я был там, Тори, и слышал каждое ваше с Улссоном слово, — подтвердил он мои мысли, а после демонстративно поднял в руку пузырек ароматизированной соли и исчез, заставив пузырек из темного стекла повиснуть в воздухе. Ян дал мне несколько секунд прочувствовать момент и с пакостной улыбкой материализовался вновь, небрежно отбросив пузырек в сторону. — Я не могу ослушаться прямого приказа, но могу найти в словах хозяина лазейки. Себастьян сказал мне скрыться с глаз, а не уйти и не подслушивать, — растянул он губы в издевательской улыбке, пока я судорожно представляла, сколько и в каких количествах он мог наблюдать за мной в таком состоянии. — Когда не остается другого выхода, волей неволей приходится выкручиваться. Тебе ли не знать? В моем случае, это пользоваться недосказанностью приказов, — скромно потупился он, предлагая мне восхищаться его гением.
— Так… — произнесла я и запнулась на полуслове. Вновь посмотрев в лицо коварного и предусмотрительного существа, пришлось прочистить горло, чтобы продолжить. — То есть, все это время ты все знал. И молчал. Даже тогда, когда я выведывала твои планы, ты все знал. — Подвела я итог, судорожно сглотнув.