История злодейки (СИ)

— И что же вам нужно от этой Виктории? — прищурилась я подозрительно.
— Ты выйдешь замуж за короля, вместо почившей принцессы, а после будешь делать все, что мы тебе скажем. И только когда мы получим желаемый результат, мы освободим тебя. В этом мире. Про возвращение домой можешь забыть в любом случае.
— А если у меня не получится, или я не захочу вам помогать? — осмелилась я задать вопрос, проигнорировав все остальное.
— Это не помощь, — послал он мне жестокий оскал. — Это условие, по которому ты будешь дышать лишь до тех пор, пока приносишь пользу. Нет — итог ты видела недавно. Хочешь оказаться среди принципиальных и слабых предшественниц — как знаешь, — пожал он плечами, давая мне время, чтобы осмыслить перспективы. — Я даю тебе реальную возможность выжить, а не стать медленно умирающей мумией. Подумай, готова ли ты бороться за свою жизнь изо всех сил, или лучше сдашься…»
  
Глава 9
 
Проснулась я от деликатного стука в дверь, резко распахнув глаза и все еще переживая увиденное воспоминание. После бессонной ночи голова раскалывалась, а на душе было муторно и тем пакостнее казался день, да и вся моя жизнь, потому я прямо приготовилась нести свою обиду в массы, начиная с мрачной физиономии.
— Входи! — позвала я служанку и лишь после вспомнила про Яна. Нервно замерла и повернулась на соседнюю сторону постели, чтобы обнаружить безмятежно спящего кота, как раз в то мгновение, как двери в мою спальню открылись, и на пороге, вместо привычной служанки обнаружилась Ванесса.
Нервно икнув спросонья, я смотрела, как в дверь чинно, с идеально прямой спиной входит девушка, а после опускается в идеальном, низком реверансе.
— С добрым утром, ваше величество, — пропела Несси нежным, мелодичным голосом. — Я пришла приступить к услужению, как ваша фрейлина, — пояснила она свое нахождение в моей спальне, чем вызвала лишь вздох досады, что ей явно не понравилось, но девчонка — молодец, смогла сдержать лицо.
Я уже успела забыть о своем соглашении с Костасом. Интересно, как он ее уболтал? То, что не обошлось без скандала, я даже не сомневалась, о чем свидетельствовали слегка покрасневшие и припухшие глаза девушки, которые она старалась на меня не поднимать.
— Где Мила? — проворчала я в ответ на ее приветствие.
— Я здесь, ваше величество, — послышался тонкий, тихий и неуверенный голосок, и за спиной Ванессы показалась моя служанка, которая, бросив нерешительный взгляд в сторону графини, сделала несколько шагов в комнату, и, опустившись в реверансе, замерла позади Ванессы.
Отметила, как поджались губы аристократки, а сама она скосила взгляд на служанку.
— Что же, полагаю, пока я не соберу полный штат фрейлин, помогать мне и скрашивать досуг придется вам двоим, — протянула я и прищурилась, ожидая реакции. И она была: Несси дернулась и недобро взглянула на служанку, которая от моих слов лишь сильнее сжалась.
Я же едва сдержала усмешку, предвкушая новую забаву.
— Мила, — обратилась я к служанке, которая внезапно посмотрела на меня с обречением и страхом. — Я сегодня начну с ванной. Завтракать буду не в столовой, а в комнатах. Надеюсь, его величество не обидится, если поем я не в его компании. Передай ему, что я хочу лучше узнать мою новую фрейлину, потому завтрак будет проходить в узком женском кругу, — прищурилась я, растягивая губы в улыбке от того, как кривится лицо Ванессы.
Девчонка действительно думала, что все будет так просто, и я стану безропотно терпеть ее рядом, лишь создавая им двоим возможность побыть в обществе друг друга? Серьезно? Или ее в этом убедил Костас, чем добился согласия на должность фрейлины? Если так, то их двоих ждет большое разочарование. Пусть они верят во что угодно, но облегчать им задачу и заниматься сводничеством я точно не планирую.
— Слушаюсь, ваше величество, — с готовностью поклонилась служанка, а после, словно радуясь возможности сбежать, выскользнула из спальни почти что бегом, что стало производить лишь больше вопросов.
 
Мы остались с Ванессой наедине, отчего и без того душное напряжение в комнате, кажется, стало и вовсе искрить.
— Вы, кажется, хотите что-то сказать? — поторопила я графиню, выбираясь из постели, и небрежно набрасила на плечи халат, позволяя девушке рассмотреть мою фигуру в длинной, но тонкой сорочке. Увиденное заставило ее помрачнеть сильнее, отмечая то, что на моем фоне она выглядит почти невинно и юно.
И невдомек девчонке, что над своей фигурой меня заставляли ожесточенно и безжалостно трудиться все долгие пять лет, доводя меня порой до истязания. Даже в своей юности, занимаясь профессиональным спортом, я не помнила таких ограничений и требований от своего тренера, которого, вообще-то, «извергом» за глаза называла. Константин Николаевич, добрый вы человек, если когда-нибудь об этом узнаете, поверьте, я не со зла упрямилась и обижалась на вас. Я просто не знала, КАК это может быть.
Но, сколько бы я не ворчала на методы своих мучителей, результат себя оправдывал, это да…
В ожидании я вздернула бровь, пережидая ступор графини. Та слегка тряхнула головой, а после собралась с мыслями, вздернула подбородок, а затем вновь поклонилась и с достоинством произнесла:
— Я хочу выразить вам свою благодарность, ваше величество, за возможность и радость служить вам в качестве личной фрейлины. Для меня это честь… — произнесла она заученную фразу, но я видела, как она едва не давится каждым словом.
— Что-то не верится, — оборвала я ее, заставив девчонку вздрогнуть. — Потренируйся и после попробуй вновь, — с усмешкой заметила я, как багровеет девица.
— При всем моем уважении… — начала она с негодованием.
— Которого не слишком-то много, — вновь кивнула я с издевательской улыбкой и сложила руки на груди. — Тебя Костас заставил меня благодарить, или собственная инициатива? — с живейшим интересом поинтересовалась я, желая знать, к чему быть готовой. Ну и, да, мне было немного любопытно, о чем они там с ним договорились. Судя по тому, как скуксилось прелестное личико — просьба Костаса. — Можешь не отвечать, — отозвалась я небрежно и вздохнула.
— Если вы не хотели видеть меня в своих фрейлинах, почему же согласились? — вдруг осмелела девчонка, что меня позабавило. — Вы ведь соврали ему, правда? Вы только делаете вид, что он вам безразличен! — с блестящими возбуждением глазами потребовала она от меня ответов, а я в умилении склонила голову к плечу и с интересом окинула Ванессу взглядом, пытаясь увидеть ее глазами Костаса. И была вынуждена признать, что вкус у короля хороший: красивая, неглупая, но дерзкая, со своенравным характером и свойственной юности максимализмом и верой в лучшее и справедливое. Такая из себя светлая, открытая и нежная, что в несладкой жизни короля, девчонка могла показаться глотком свежего воздуха. Да еще и любила взаимно и отчаянно — мечта, а не девушка.
— Даже если так, то что? — задала я ей встречный вопрос, от которого она вдруг впала в растерянность, не ожидая такого откровения. — Мне напомнить, что я — жена и королева, а ты — любовница, а теперь даже не официальная фаворитка? Что ты с этим сделаешь? — подняла я брови.
— Я могу рассказать королю о ваших словах, — пригрозила она. — Он поверит мне.
— Что же, — безразлично пожала я плечами. — Вперед, — указала я ей направление двери подбородком. — Можешь попытаться. Возможно, даже с определенным успехом. И что ты получишь?
— Что? — окончательно растерялась она, а я любезно предложила ей подумать:
— Ты, верно, за своей влюбленностью не видишь полноты картины. Подумай хорошенько, чего ты добьешься, рассорив меня с королем? — Девушка зависла, а я продолжила: — Если хочешь, все это я могу повторить ему лично, но только фрейлиной моей уже не будешь. Твой род, хоть и приближен из-за твоей связи с Костасом, но обеднел и долго продержаться при дворе вы не сможете, без прежней поддержки. Костас сделал тебе большое одолжение, выбив место рядом со мной, но это можно быстро переиграть. Ты перестанешь быть моей фрейлиной и со временем тебе придется покинуть дворец, а, следовательно, и Костаса. Готова?