Тараканы в твоей голове (СИ)

— Тебе надо чаще выбираться на воздух, Самарин. И видеться с людьми.
— Я вижу тебя, — возразил Глеб. — Вот прямо сейчас и вижу.
— Я не в счет.
— Ты не человек?
— Я не человек, я критик, — важно сказал Леньчик. — Спроси Диану Фирелли. Видел, как я разобрал ее новиночку?
— Меня нет в инстаграме, забыл?
Леньчик закатил глаза, как будто не привык к странностям Глеба. Хотя, сам Глеб себя странным не считал, просто у него не было столько времени, чтобы прожигать его на популярные соцсети. Если бы у него был инстаграм, он бы давно разорился.
— Ну, хотя бы саму мадам Фирелли ты читал? Вы же на одном сайте публикуетесь.
Еще бы Глеб ее не знал. Все любительницы так называемого романтического фэнтези зачитывались ее историями о дерзких красавицах, подло окольцованных очередным темным властелином, чтобы потом растаять от тепла истинной любви. Можно сказать, с некоторых пор Глеб всерьез взялся за анализ подобных шедевров и глянул пару страниц, так что мог себе вообразить, как разошелся в своем отзыве Леня. Ему только дай повод позубоскалить, причем делал он это так грамотно, что никто бы не заподозрил его в хамстве.
— Давай ближе к делу, — поторопил Глеб, поглядывая на часы. — Мне работать надо.
— Именно поэтому я тебя и притащил сюда, дубина! Ты на вампира похож. Сдохнешь там, в своем кабинете, а про тебя только я и вспомню, и то, через месяц.
— Я польщен, — буркнул Глеб и через силу сделал глоток. Улун, как и ожидалось, был на вкус как… ну, в общем, так себе он был.
— Тебе бы ассистента нанять или, на худой конец, домработницу, — Леньчик наклонился к столу, чтобы быть ближе к Глебу. — Будет для тебя готовить, стирать, спать тебя укладывать, а может, и с тобой укладываться…
Он хитро подмигнул, а вот Глеб уже насторожился.
— В смысле, ассистента? Зачем мне ассистент?
— Мысли твои гениальные в блокнот записывать, — не растерялся Леньчик. — Серьезно, Самарин. Ты сколько собрался изображать затворника? Вика…
Он по лицу Глеба понял, что ступил на запретную территорию, и замолчал. А Глеб только собирался спросить, с чего это он именно сейчас заговорил про ассистентку. В закон парных случаев Глеб верил, но не в случае с Леонидом.
— Может, еще по чайку? — предложил тот и махнул рукой. — Девушка, милая, можно вас?
Все девушки от девяти до девяноста были от Леонида в восторге, а он был в восторге от них, причем ему зачастую было достаточно просто приятного женского общества. Говорил, это заряжает его на подвиги. Глеба на подвиги заряжал кофе, и сейчас он как раз не отказался бы от кружечки, поэтому решил сыграть на опережение и выпалил официантке заказ, даже не поднимая на нее взгляда.
— Капучино, пожалуйста.
— И положите ему побольше сахара, а то он у меня кислый какой-то, — с гаденькой ухмылочкой добавил Леня, и девушка тихо хихикнула.
— Петросян, блин, — прошипел Глеб, когда официантка ушла. — Если собираешься позориться, то давай уж как-нибудь без меня.
— Как это, без тебя? Без тебя опозориться будет непросто.
Глеб решительно поднялся из-за стола.
— Я ухожу.
— Куда? — заволновался Леня. — Эй, я же не…
— В туалет, — мстительно закончил Глеб и направился к дальней двери, спрятанной за резной деревянной ширмой.
Рядом с кафешкой был узкий проулок, который персонал использовал для перекуров. Туалет был рядом с выходом в курилку, дверь была приоткрыта, и Глеб, сделав свои дела, вышел как раз вовремя, чтобы услышать голоса в проулке.
— Да ладно тебе, хорош стесняться. Мы тут не за это платим.
— Я думала, вы платите за работу, — возразил смутно знакомый женский голос.
— На которой ты должна улыбаться и…
Послышалась невнятная возня, а потом звонкий звук пощечины. Глеб было уже решил, что и так лезет не в свое дело, и сделал шаг прочь, как невидимая девушка тихо вскрикнула, и Глеб почему-то сразу решил, что дело серьезное.
Вообще-то, он никогда не был героем, предпочитал держаться подальше от чужих неприятностей и предпочитал тактическое отступление неразумным подвигам, но сейчас в нем взыграл какой-то первобытный инстинкт.
 
Он ринулся защищать девушку. Впервые в жизни.
Ее прижимали к грубой кирпичной стене и пытались поцеловать. И если бы в этот момент девушка не посмотрела прямо на Глеба, он бы развернулся и тихо ушел. Но она посмотрела, и взгляд у нее был такой… Глеб и сам не понял, как подлетел к мужчине в стильном костюме, схватил за плечо, развернул к себе и ударил кулаком в лицо. Вот прямо так и сделал.
— Не надо! — вскрикнула девушка, и Глеб отпрянул. Они с мужиком недоуменно смотрели друг на друга. Один не мог понять, кто посмел ему врезать, а другой — как вообще до этого додумался. Хотя, стоит заметить, удар у Глеба получился так себе, совсем не так круто, как он описывал в романах. У мужика даже кровь не пошла.
— Глеб… Константинович, — пролепетала девушка, и Глеб понял, где видел это буйство красок. Апельсиновые волосы, коричневые веснушки и огромные зеленые глазищи.
— Александра?
— Так вы еще и знакомы? — набычился недобитый мужик и одернул пиджак. — Саша, быстро за работу. А ты…
К счастью, договорить он не успел, и в курилку заглянули сразу двое — миленькая официантка, обслуживавшая их столик, и Леньчик. Последний крайне подозрительно оглядел «место преступления» и хмыкнул.
— Я думал, ты через черный ход сбежал. Надо же, и ведь почти не ошибся.
Официанточка глупо хлопала глазами, и Глеб увидел в этом всем добрый знак. Схватив Леню за локоть, он потащил его к выходу из кафе, напоследок бросив на стол гораздо больше денег, чем они успели наесть.
Леня задавал кучу вопросов, а Глеб хотел только одного — поскорее оказаться дома.
— Эй, ты чего? Самарин? Эй, меня подожди!
Глеб на ходу пытался вызвать такси, но, как назло, все машины были заняты, а приложения на смартфоне у него не было.
— Только не говори, что ты взбесился из-за той рыжей цыпочки?
Леньчик все-таки догнал его и преградил путь.
— Она с таким лицом мимо меня пролетела, что я сразу понял, быть беде. Ну, так что, я прав?
Глеб молча набрал следующий номер, и тут Леня вырвал у него из руки телефон и сунул себе за спину.
— Ты сдурел? Верни телефон!
— Нет, извините. Машина уже не нужна, — ответил Леня в трубку и сунул телефон в карман. — А теперь ты садишься в мою машину и по пути рассказываешь, что это за рыжуля, и почему вы с тем мужиком смотрели друг на друга как помойные коты в схватке за территорию.
— Если ты пишешь рецензии так же, как разговариваешь, хорошо, что я их не читаю.
— Беда не в том, как я пишу рецензии. Беда в том, как люди пишут книги, на которые я пишу рецензии, — хмыкнул Леньчик и помахал ключами. — Карета подана, садитесь, пожалуйста.
Пока ехали, Глеб все-таки поведал старому другу удивительную историю о пропавшем объявлении, поданном вроде как от его имени, и заодно упомянул, что официанткой в кафе, откуда они только что дезертировали, была та самая рыжая Саша, несостоявшаяся Глебова ассистентка. С того понедельника, как он ее впервые увидел, прошло всего четыре дня, и вот — надо же! Какое совпадение.
— Надеюсь, это не ты руку приложил? — вдруг осенило Глеба. Ну, кто бы еще мог выкинуть такую шутку, как не Леня Медянский, тролль вся Тамбова.
— Ха! Если бы я захотел осчастливить тебя помощницей, лично бы привел девочку покрасивее. И я, кстати, знаю, какие в твоем вкусе.
Глеб отвернулся к окну, и Леня уже второй раз за последний час проявил удивительную тактичность, замяв разговор на опасном месте.
Да, рыжие пигалицы двадцати с небольшим не были пределом мечтаний Глеба. У него имелся уже один идеал, у которого были длинные темные волосы, карие глаза и родинка у левого глаза, которую она все время пыталась замазать тональным кремом. И кому, как не Леньчику, об этом знать, ведь в том треугольнике и ему нашлось место.
 
— Останови тут, я пешком пройдусь, — попросил Глеб вдруг. Просто захотелось на воздух.