Не грози Дубровскому! Том 12 (СИ)

Старик рванул вперёд, осыпая меня градом ударов. Несмотря на то, что я использовал все усиления, он заставлял меня отступать. Проклятье! Банально не было возможности перейти от защиты к нападению, настолько плотным был град ударов.
Уловив момент, я проскользнул под рукой Львовича и с размаху секанул его по спине. Клинок рассёк воздух, но главу рода так и не задел. В последнее мгновение старик резко прыгнул вверх и рубанул когтями наотмашь, едва не отрубив мне руку.
— Дубровский! И это девятый уровень? Позорище! Выкладывайся на полную! Нечего прятать тузы в рукаве! — орал Львович, наступая.
— Ну, раз вы так просите, то пожалуйста, — усмехнулся я и призвал дубовые листья.
Перевес сил слегка изменился. Клинки на запредельной скорости звякали, заставляя Львовича носиться по арене, словно загнанный зверь.
— Занятно! Очень занятно! Ха-ха-ха!!! Я давно так не веселился!
Ускользнув от очередного листа, он вскинул руку и нарисовал перед собой странную руну, полыхнувшую алым. Из вспышки пламени появились два массивных льва с огненными гривами и скорпионьими хвостами.
— Мантикорушки! Порвите его!
Странные твари. На мантикор они не особо похожи. У их вида не бывает огненных грив, зато бывают крылья, как у летучей мыши. А это какие-то неправильные мантикоры! А ещё чертовски быстрые! Разогнавшись, они принялись скакать из стороны в сторону, отталкиваясь от стен и потолка. Резко меняли траекторию движения, открывали пасти, плюясь пламенем, а когда огненный сгусток перекрывал мне обзор, пытались сблизиться и ужалить.
Разумеется, я первым делом попытался их устранить. Но каково было моё удивление, когда дубовые лезвия не смогли пробить их шкуры.
— Ха-ха-ха!!! Это помесь мантикор с немейским львом! Бог покровитель подарил их моему роду, за то, что мы сумели достичь княжеского титула! Сам понимаешь, пробить шкуру немейского льва невозможно! — орал Львович, продолжая скакать как блоха от моих листьев.
— Лев Львович, у всех есть свои слабые стороны, — философски сказал я.
Потянувшись к хранилищу душ, я призвал Слая, а после — и Михалыча. Мантикоры заинтересовались моими питомцами — и моментально погибли. Первая мантикора разинула пасть, внутри которой разгоралось пламя, но плюнуть огоньком не успела. Слай на огромной скорости выбросил кислотный жгут, который попал в глотку твари. Мантикора забилась в агонии, чувствуя, как её разъедает изнутри.
У Михалыча дела обстояли немного хуже, но тоже было весело. Маникора выплюнула огненный шар. Просвистев в воздухе, он врезался в огромную тушу медведя, скрыв его в чёрной дымке взрыва. В ту же секунду тварь сократила дистанцию и занесла хвост для ядовитого удара, но из дымки возникли когтистые лапы.
Медведь ухватил помесь льва со скорпионом за морду, подтянул к себе и резко раскрыл её пасть. Мантикора извивалась, пытаясь вырваться, жалила Михалыча в кристаллическую спину, но пробить его панцирь не могла. Косолапый заревел, и дыхнул в открытую пасть мантикоры морозным дыханием. Тело твари покрылось изморозью и треснуло, развалившись на части.
— Вот это уже интересно! — прорычал Львович, создавая в воздухе сотни магических печатей. — Посмотрим, насколько ты хорош в колдовстве!
— Ненавижу универсалов, — вздохнул я, поняв, что мне придётся скакать, словно блоха.
* * *
— Стёпыч, а ты помнишь, как наткнулись на некроманта? — спросил Петруха, вытащив из печи заготовку нового клинка.
— Ты про зачистку Асахикавы? — улыбнулся Степан.
— Ага. Про неё, родимую. Если честно, думал, что мы присоединимся к его армии. До сих пор не понимаю, как ты умудрился к ним в тыл пробраться? — Петруха уложил заготовку на наковальню и принялся лупить по ней молотком.
— Никогда не понимал, зачем кузнецы лупят по заготовкам молотом? Можно ведь и другим способом придать железяке нужную форму, — задумчиво сказал Степан.
— Так-то оно так. Но внутри стали происходят куда более интересные процессы, чем снаружи. При ковке выбиваются шлаки, сбивается окалина, уходят пузырьки воздуха, заготовка становится равномерной по составу. А это, в свою очередь, очищает металл и делает его прочнее. Так что насчёт некроманта?
 
— Вот как. Не знал этого, — почесав бороду, сказал Степан. — А по поводу некроманта всё просто. Помнишь, у нас были стенобитные орудия?
— Конечно помню, я же их и собирал.
Дзынь, дзынь — разносились ритмичные удары молота по кузне.
— Когда мертвяки взяли нас в кольцо, я понял, что рубиться с ними нет смысла. Это потеря времени и маны, которой к тому моменту и так не осталось. Ну, я и залез в корзину катапульты и резанул канат.
— Ха-ха! Ну ты и псих! Тебя должно было выбросить метров на тридцать вверх. Как ты не подох от такого приземления?
— В последний момент использовал порыв ветра, пытаясь оттолкнуться от земли. Вышло паршиво. Сломал три ребра, а потом ещё месяц делал вид, что я в полном порядке. Зато смог подобраться к некроманту и снести ему голову.
— Да, хорошие были деньки, — мечтательно протянул Петруха, запихнув заготовку в масло, которое тут же забурлило, выбрасывая в воздух клубы дыма. — Возьми перчатки, нужна будет твоя помощь.
Друзья травили байки без устали, а остальные кузнецы слушали истории и давались диву, как эта парочка умудрилась выжить в жерле русско-японской войны. Спустя пару часов работа была завершена. Петруха удовлетворённо кивнул и протянул Степану шпагу.
— Держи. Косоглазые черти научили меня делать рунические клинки, усиливающие способности владельца. Прибавка не сказать, что большая, но всяко лучше твоей железяки, — сказал Петруха, презрительно кивнув в сторону потрёпанной шпаги Степана.
* * *
Вы когда-нибудь сражались с человеком настолько жаждущим победы, что он готов умереть ради неё? Я сражался с такими, причём множество раз. Вот только обычно причина сражений была весома. А сейчас передо мной стоял Львович, готовый умереть ради того, чтобы выдать замуж собственных дочерей за меня. Идиотизм. Ха-ха! Впрочем, я такой же, как и он.
Сперва Львович заливал меня сотнями заклинаний, от которых я просто уворачивался, используя дубовые листья в качестве платформы для полётов. После Глава рода перешел в рукопашную.
Минут двадцать мы обменивались ударами и ролями. То Львович нападал, то был вынужден защищаться от моих атак. Я использовал весь арсенал, начиная от росянки, заканчивая стреляющими кактусами и некротическими лозами. Но его огненная аура с лёгкостью поглощала все мои заклинания.
Ещё через десять минут старик меня окончательно достал и я решил впервые попробовать синергию с Шайей. Боялся, что придётся стрелять паутиной из задницы, как это делает паучиха, но вроде обошлось. Паутина вылетала из ладоней, при этом она оказалась достаточно прочной и даже не думала сгорать в пламенной ауре Львовича. Опутав главу рода Львовых с головы до ног, я собрался нанести завершающий удар, но не тут-то было.
— А ты хорош! Чертовски хорош! Но это точно не похоже на мощь мага девятого уровня! — выкрикнул Львович и сжал в ладони странный артефакт, похожий на солнце.
Откуда я знаю, что он что-то держал в руках если Львович был закутан с головы до ног в паутину? Всё просто. Тело главы рода окутало пламя, жаркое, мощное, пожирающее всё вокруг. Паутина моментально сгорела, а воздух раскалился настолько, что начал обжигать лёгкие. Глава рода, улыбнувшись, показал мне артефакт.
— Сумасшедший старик! Решил меня прикончить? — спросил я, вытирая пот со лба.
— Ха-ха-ха! Даже не думал тебя убивать. Просто жду, пока ты сдашься и поймёшь, что свадьба с моими дочерьми неизбежна!
Голос Львович вибрировал от мощи, струящейся по его телу. Мана из его ядра выплёскивалась какими-то безумными потоками, резонировала с каналами и артефактом, а после растекалась по коже, обращаясь в пламя.
Краем глаза я заметил, что Лев схватил сестёр и Кьяру, после чего спешно покинул арену, выкрикнув «Лучше сдайся!». Ага. Не на того напали! У меня тоже есть козырь в рукаве. Не хотел я его использовать, но жениться по чужой указке не хочу ещё больше!