Не грози Дубровскому! Том 12 (СИ)

С трудом поднявшись на ноги, я побрёл к открытому порталу. Демоны врывались через него в наш мир и тут же сгорали в некротическом поле. Одни держались дольше, другие меньше, но никто не мог выдержать моей мощи. Ещё пара шагов, и некротическая аура накроет дверь, тогда никто не проникнет в Дубровку. А это что за тварь?
По дверному полотну ползал мелкий змееподобный демон. Он вспорол себе вены и вырисовывал кровью демонические руны на двери.
— Пошел прочь! — рявкнул я и направил дубовые листья на мелкого гадёныша.
Демон лишь улыбнулся, показал мне язык и ловко нырнул в приоткрытую дверь. Шустрый выродок. Доковыляв до двери, я на мгновение заглянул внутрь и ужаснулся. Легионы демонов. Необъятные орды. Сколько их тут? Десятки тысяч или сотни? Захлопнув дверь, я стал шарить по ней в поиске ключа и тот услужливо вынырнул из створки и улёгся у меня на ладони. Попробовал толкнуть. Заперто.
— Фух… Чтобы я хотя бы ещё раз…
Символы, начертанные мелким бесом, засветились красным, а тьма, сочащаяся из двери, ускорила свой бег.
  
Глава 8
 
Я прислонился спиной к двери и тихонько сполз вниз. Сил не осталось. Перед глазами плыли чёрные пятна, в голове пульсировали голоса, требуя убить всё живое. Я потянулся к мане и заставил лозы вытолкнуть сердце проклятого из моего тела. Чёрный сгусток покрытый кровью скатился по груди и с чавканьем упал рядом. Протянув руку, прикоснулся к артефакту отправив его в хранилище.
Целебные лозы затягивали рану в животе, а я пытался разобрать, что за чёрные точки мельтешат вдалеке. Демоническая энергия всё ещё не ушла из этого мира, я чувствовал, что эти твари рыщут поблизости, слышал рык, лязг стали, но рассмотреть никого не мог. Ясно было лишь одно. Запечатать дверь у меня не вышло. Она очень скоро откроется, и тогда…
— Ваше Сиятельство! — послышался испуганный голос Степана, а через секунду он закинул меня на спину. — Что же вы себя не бережете? Сейчас, Виктор Игоревич, потерпите не много. Я вытащу вас отсюда, а потом…
Слева раздался мощный взрыв, и нас забросало комьями земли. В воздухе просвистело какое-то заклинание, а через мгновение с небес обрушилась яркая молния. По силе заклинания я сразу понял, что это Касторкин.
— Степан! Уходи! Мы добьём оставшихся! — гаркнул Антип, пробежав мимо нас.
— Оцепите периметр… — прохрипел я ослабевшим голосом. Готов спорить, никто меня не услышал.
От Степана исходили лёгкие потоки ветра, что делало его шаги невесомыми, мы будто парили в воздухе. Ощущения такие же, как от полёта на Клювике. Кстати, как там мои питомцы? В пылу сражения я даже не понял, живы они или погибли и вернулись в мою душу.
Сознание медленно растворялось, позволяя голосам звучать всё громче.
Смерть! Она не властна над теми , кто уже мёртв! Даруй истинное бессмертие всем , кого любишь! Болезни отступят, не будет печали, только вечная жизнь! С-с-стань владыкой мёртых!
От этих слов я вскочил и осмотрелся по сторонам. Лазарет. У входа стоит Степан и о чём-то шепчется с Евдакией. На соседней койке спит Антип. Судя по всему, он лишился правой кисти. За ним расположился Ода с переломом ноги. На дальней кровати сидели Квазар и Гантулга, обсуждая случившееся.
— Виктор Игоревич, наконец-то вы пришли в себя, — с облегчением проговорил Степан, заметив, что я не сплю.
— Долго я тут валяюсь? — спросил я и пощупал живот, на котором остался уродливый шрам от когтей демона.
— Вовсе нет. Просто Юлия Сергеевна желает знать куда вы запропастились. А я же не могу сказать беременной женщине что её избранник открыл врата в ад.
На лице Степана была тревога. Да что уж там. Я и сам переживал и не знал, что делать дальше. Хотя, вру. Пара мыслишек имелась.
— К Юле я сам загляну. Как Антип? — Скорчившись от боли, я сел на край кровати.
— Потерял много крови. Но жить будет, — с укоризной сказала Евдакия. — Виктор Игоревич, как так-то? Ладно во внешнем мире вас постоянно хотят прикончить. Но тут-то все свои.
— Евдакия Павловна, я всё ещё жив. К чему эти переживания?
 
— Милый мой граф. Вы-то живы, а вот эти два бедолаги порядком пострадали. — Евдакия кивнула в сторону Антипа и Оды.
— Евдакия-сан, я живее всех живых. Да и в целом сам виноват, не заметил, как меня обошли со спины. — Подал голос Ода.
Я посмотрел на него и улыбнулся.
— Считай, ранение получили с тобой по одной и той же причине. Можно сказать, что мы коллеги?
— Можно сказать, что вы без минуты калеки, если продолжите в том же духе, — буркнула Едвакия, сложив руки на груди.
— Евдакия Павловна, прекращай. Лучше чайку принеси, в горле пересохло, — попросил я и увидел, как глаза у главного фармацевта закатились аж до самого затылка. — Да не переживай ты, сейчас и руку новую Антипу отрастим, и Оду на ноги поставим. До обеда уберёмся из лечебницы, — успокоил я её и потянулся к Гру. В зелёном свечении появился бог покровитель и на его морде тоже было осуждение. — Заткнись, — сразу же попросил его я. — Лучше отрасти Антипу новую кисть.
— Двадцать тортиков, — безапелляционно заявил Гру.
— Жмотяра, я проспонсировал строительство десятка пекарен, а у тебя совести хватает за исцеление брать товаром?
— Ой, всё. Не начинай, — наигранно вздохнул Гру и направился к Антипу.
— Так-то лучше, — усмехнулся я. — Степан, подсоби-ка.
Дворецкий подошел ближе и помог мне подняться. Мы доковыляли до кровати Оды, после чего я призвал целебные лозы, которые тут же пробили кожу самурая. Ода скорчился от боли, но очень быстро расслабился. Лозы выделили обезболивающий сок и прямо сейчас восстанавливали костную структуру. Секунду подумав, я развеял заклинание.
— Виктор Игоревич, так исцеление же… — начал было Гру.
— Занимайся своим делом. Не мешай мне экспериментировать.
Помнится, магия смерти позволяла проводить манипуляции с костной структурой. К примеру, ревенанты отращивали костяные наросты, острые зубы и прочее. Также магия смерти позволяла создавать заклинания костяных шипов, стены костей и костяной брони. А раз уж я могу манипулировать костью… Я призвал сердце проклятого.
Убей, освободи от слабых тел. Даруй вечную…
— Да заткнитесь вы! — рявкнул я, схватившись за виски.
— Не мешайте Виктору Игоревичу, — осуждающе попросил Степан, хотя все молчали.
Сосредоточившись, я почувствовал берцовую кость Оды. Она рассыпалась на тысячу осколков. Собирать её с помощью лоз долго и результат не гарантирован, уж очень сильно осколки изрезали сухожилия и мышцы. А если так?
Я влил в ногу Оды небольшую порцию некротики, а следом за ней запустил целебные лозы. Суть метода была в следующем. Некротика проникает в костную структуру и начинает растворять кость для дальнейшей переработки. Но есть проблема: все ткани, касающиеся кости, начнут гнить. Если кость не изолировать, то самурай просто-напросто потеряет ногу.
Поэтому целебные лозы разрослись вокруг кости и залили всё целебным соком, создав подобие плёнки. А уже после этого начала работать некротика. Осколки костей расплавились, приняв жидкую форму. От этого вида все собравшиеся в комнате скорчились от боли, ведь визуально кожа немного ввалилась внутрь, как будто кости и вовсе вынули из его ноги. А следом я начал формировать новую кость.
Благо, костная структура была податливой и легко изменялась. Пришлось повозиться, но уже через пять минут у Оды была полностью здоровая нога. Тем более что лозы сумели срастить кость с соединительной тканью и мышцами с помощью целебного сока.
Такой фокус всех шокировал. Да и меня, если честно, тоже. Теперь передо мной открылся невероятный мир некромантии. Сразу же захотелось поэкспериментировать с перестройка тел мертвяков. Спаять несколько существ в одно, а после изменить костную структуру, вырастив получившейся твари костяные клинки. Это будет уже не обычный зомби, а чертовски злой и опасный…
Дубровский! Соберись! Голоса в голове уже не звучат, а меня всё ещё манит сила проклятого артефакта. Посмотрев на сердце, я испытал смешанные чувства от ужаса до восторга. Решил убрать его в хранилище от греха подальше.