Я стану твоей проблемой (СИ)

Сигаретный дым раздражает ноздри и мне хочется крикнуть:" говори уже"
Я подозреваю, что этот разговор не предвещает ничего хорошего.
-Ну… Мы на следующий день поехали с Настей и Ариной гулять по городу. – продолжает после затяга. - Аринка через пару часов уехала на работу, а мы с твоей сестрой погнали на Морвокзал покататься на яхте. Вся драма состояла в том, что сестре твоей тогда было пятнадцать лет, а мне двадцать четыре.
Я нервно сглатываю опуская взгляд на свои босоножки.
К горлу мгновенно подкатывает ком.
Я не хочу об этом думать, но мысли сами ползут наружу.
Они переспали… Больнее уже ничего не будет… Господи...
В глазах рябит от слез, но я стараюсь идти ровно, не подавая вида, что меня эта ситуация задела.
- Настя потеряла телефон, а мой разрядился. Я пытался его найти… Мы прочесали этот порт раз десять… Она ревела, а я ничего не мог сделать. Все твердила, что папа ей недавно этот телефон подарил и что за эту потерю ей влетит.
Нас все потеряли, конечно же. Когда я в таком растрепанном и потерянном состоянии привез Настю домой, то получил от твоего московского отца по ребрам.
Я шумно вздохнув растерянно смотрю на обманчиво спокойное лицо Тимура. Я уверенна, что внутри у него сейчас буря, но он ее старательно сдерживает.
- За что? – шепчу стирая слезу.
- За то, что он подумал то же самое, что подумала ты вначале рассказа… - блуждая по моему лицу глазами Тим явно подметил мое состояние. Видимо мои эмоции были видны невооруженным глазом.
- И срать он хотел на мои объяснения.- продолжает вновь затягивая сигарету и выдыхая дым - Испуганные Настюхины глаза и ее всхлипывания «папа, прости я накосячила, я виновата» сделали свое дело. Ее потащили на осмотр к гинекологу, меня отпиздили.
Я не смотрю в его сторону.
Закрыв глаза ладошкой пытаюсь прийти в себя.
Настя ни разу мне не рассказала об этом случае… Бедная моя девочка…
- Поэтому думаю, что Громов будет против наших отношений. – продолжает Тим.
Ненадолго повисает тишина, которую мне не чем прервать. Нет ни единой мысли, которую бы я могла вставить в разговор. Тишину прирывает голос Тимура.
- Знаешь, а ведь Ник тогда мне тоже не поверил, потому что Настино блеяние было настолько двусмысленным…
- Я не знала, Тим…- шепчу растерянно и тянусь за поцелуем. Агачев выбрасывает сигарету и выдохнув дым целует меня в щеку.
- Да я почему-то не удивлен. – хмыкает закидывая в рот мятную подушечку.
Вытягиваю из его рук пачку и зубами выдавливаю себе две.
- Как в рекламе?- усмехается, дергая бровью.
- Хочу по надувать пузыри – бурлю разжевывая жвачку. Мне хочется унять напряжение улыбкой, но ничего не получается.
А Тимур вполне расслаблен. Он громко смеется, притягивая меня к себе.
Пару секунд мы снова идем молча. Я обдумываю услышанное, а Тим видимо погрузился в воспоминания.
- И сильно тебе тогда досталось от моего отца? – осторожно возвращаюсь к теме.
- Да уж неплохо…- грустно улыбается, бросив в мою сторону короткий взгляд. – Твой отец не херово готовился к взрослению дочерей- иронично дергает бровями переводя случай в шутку. А мне не смешно. Мне неприятно, что все получилось именно так.
- А Арина? Она что не могла подтвердить…
- Не могла… Она же уехала… Только мозг мне потом парила, что я правда мог…- громко вздыхает смотря себе под ноги – Мне тогда поверила только Лилька. После гинеколога все выдохнули, но никто даже не извинился перед Настей. Напугали девчонку до смерти…
В груди неприятно стягивает.
- А перед тобой? – останавливаюсь и вскинув брови жду ответа.
- Только мама твоя. Она вообще все время молчала, словно не знала, чью сторону принять. Дерьмовый в общем случай…- заключает пожав плечами.
Неужели наш папа настолько накрутил ситуацию, что интерпретировал ее именно так? Может... Они повод давали взглядами, например? Может Насте Тимур нравился и она подолгу на него смотрела. Боже, она же как раскрытая книжка. Совершенно не умеет держать лицо! А может...наоборот?
Я осмысливаю все сказанное тревожно осматривая любимые черты.
 
Может ведь быть такое, что Настя нравилась Тиму?
О, нет... Я не буду туда лезть, иначе додумаю такого, что в итоге заряжу парню по щеке.
Вновь анализирую случай, придвигая одну мысль к другой, пытаясь получить логический вывод.
-Стой! -выкрикиваю потому, что пазл в моей голове никак не складывается.- а почему папа будет против, если всем стало ясно, что ничего плохого не было?
Тимур шумно выдыхает и осторожно заглядывает мне в глаза.
Он что-то сделал тогда...
Я внутренне напрягаюсь.
Что ты натворил, Агачев?
-Да потому что как только стали известны результаты я с удовольствием вмазал твоему отцу. Знаешь ли не только у него кровь горячая...
Вмазал.Моему.Папе...
А вот это уже ого-го!
Я увожу взгляд в сторону и дальше мы снова идем молча.
Я гружусь.
Сильно.
Настроение, словно корова языком слизала.
Вот тебе и случай, о котором молчит весь дом. Понятно, о таком не захочется вспоминать…
Забрав Соньку с садика мы стараемся идти быстрее, на сколько в моем случае это возможно, потому что Лилька просигналила нам о скором прибытии транспорта.
Мне поручено сидеть с Сонькой в комнате Тимура, ведь он не переезжает. А вещи семьи Рязанцевых будут перевезены сегодня.
Меня не покидает горькое чувство, которое поселилось после рассказа. Теперь я на собственной шкуре понимаю, что это такое, когда от тебя все отворачиваются. Но мне повезло, что от меня отвернулись далеко не все и я быстро встретила хороших и преданных людей в окружении которых мне стало очень уютно и спокойно.
А вот Тима поддержала только сестра.
Мы заходим в дом.
Я, ковыляю на кухню попить воды. От услышанного меня еще больше взвинчивает. Я сейчас так мечтаю о прохладном бассейне. Мне надо снять напряжение, полежать и собраться с мыслями. Но это случится точно не сегодня.
Болезненной походкой приближаюсь к графину с водой.
- Может все-таки в больницу поедем? - слышу сухой голос Ника. Он вырастает в проеме двери и стальным взглядом проходится по моим убитым коленкам. Я замираю со стаканом в руках.
- Нет, все в порядке…- выпаливаю трусливо. Дрожащими пальцами хватаюсь за графин и наливаю в стакан воду. Мне не нравится его настроение.
Таким суровым я его еще не видела.
На кухню заходит Тим и подходит ко мне, протягивая пустой стакан.
-Мне тоже, пожалуйста налей- смотрит на меня влюбленно. Он находится так близко ко мне, что неловкость зашкаливает. Ведь папа смотрит на нас и измеряет взглядом сначала меня, выбивая из моей груди весь воздух, затем переводит его на Тимура.
- Пиздец вы, конечно…- бьет по нервным клеткам грубым голосом.- Стоило мне впервые оставить вас вместе в одном доме, вы сразу в койку…
Я нервно выдыхаю и поставив стакан виновато опускаю глаза в пол. Ему что, Лилька рассказала?
- Никит, давай без Яны поговорим- примирительно говорит Тим.
- Я сам решу…- гремит отец.
Я не решаюсь поднять глаза.
Наверное этого я и боялась. Именно это предчувствовала.
- Вещи бы хоть за собой прибирали – кидает мне под ноги мой лифчик и топ, в котором я была утром.
Я вздрагиваю.
О, Боже…
Мне в миг становится нехорошо.
- Мы толком отъехать не успели, я за документами вернулся домой, а тут такие стоны… Как в качественной порнухе, блядь!- продолжает добивать словами.
Из под ног уходит земля. Я больше не могу это слушать. Это слишком.
Всхлипнув несусь к лестнице.
Злость перемешивается с чувством стыда.
Боже мой… Да что мы такого сделали то? Мы разве виноваты, что любим друг друга?
Я не знаю, что сейчас будет говорить Тим Никите, но я очень надеюсь что он сможет убедить папу в том, что ничего плохого между нами не происходит.
«С твоим отцом буду разговаривать я, потому что ты моя девочка» проносится в моей голове.