Мажор. Недетские игры (СИ)

Саша.
– И что между вами ничего не было? – нагнувшись ближе к парте, шепчет Аленка.
Я смущаюсь как-то внезапно, а щеки вспыхивают.
Вчерашний вечер вспоминаю до мельчайших деталей. И каждая настолько яркая и запала в душу, рассказывать о таком как-то неправильно.
Я влюбляюсь в Аверина сильней. С каждым нашим поцелуем. Касания, трения, его запах, даже пошлости, сказанное громко или, наоборот, тихо – все в теле заводится до максимума.
– Ничего, Ален, - отвечаю, скрывая улыбку.
Ольшанская хихикает.
Мне сейчас так хорошо, так прекрасно. Аленка с Исаевым, я, получается, со Стасом.
Невероятно. Скажи мне это еще несколько недель назад, не поверила бы. Сказки какие!
– Извините, Лис… Белинскую в деканат вызывают. Срочно!
Все головы в аудитории поворачиваются к двери.
Меня сшибает волной жара. Испуг оглушает.
Я смотрю на Аверина, который стоит в дверях и уверенно смотрит на преподавателя, когда его просьба напрямую относится ко мне.
Почему об этом нам сообщает старшекурсник? Да и не какой-то левый, незнакомый, а мажор? Мой мажор?
– Александра, вы еще сидите? Вас вызывают в деканат, – повторяет профессор, спуская старомодные очки на нос.
Дышать перестаю, на Стаса смотреть не получается. Покраснею еще больше.
Меня провожают взглядом весь глаз. Кажется, кто-то даже желает удачи.
Мои ноги стали ватными и шаги сильно пружинистыми. Я выхожу за дверь и чувствую на себе руки Аверина. Сильные и горячие. Должны успокаивать.
– А где сумка? – спрашивает внезапно.
Дважды моргаю, глупо уставившись на довольного мажора. Парень ехидно растягивает губы и подмигивает. Наглый такой, самодовольный.
– Там осталась.
– Вот ты… Жди здесь.
Аверин скрывается за дверью аудитории, где во всю идет лекция. Она его ничуть не смущает. И выходит с моими вещами.
– Вот тебе секрет от старшекурсника, Лисица Белинская. Ты на хрен никому в деканате не нужна в середине учебного процесса. А если и нужна, то напишут сообщение вашей старосте. В самом крайнем случае – преподавателю. Но это точно не про тебя.
Отхожу от него на шаг, а то и два. То ли бить его, то ли смеяться. Но больше хочется обнять. Я соскучилась.
– И что это значит? – обвожу взглядом пустой коридор и скрещиваю руки на груди.
Я снова сбегаю с лекции. Отец узнает – не сносить мне головы. А если еще до него дойдет слух, с кем именно сбежала его дочь, боюсь представить какой Армагеддон случится.
Но это все отходит на второй план, если не на десятый, когда Стас говорит:
– Увидеть тебя хотел.
Он хватает меня за руку и тащит к лестнице. Ноги перебираю часто-часто и то не успеваю.
В груди сотни молоточков отбиваются. Я смотрю на наши сцепленные руки, и кожа ладони гореть начинает.
Такое чувство, что меня затащили в фильм. Все вокруг декорация, все ненастоящие. Только я и Стас реальные. Меньше всего хочется заканчивать этот фильм.
– Расскажешь, куда везешь? – решаю спросить, когда Аверин помог мне застегнуть ремень безопасности.
Сама же я не могу, ни разу не делала.
В нос прокрадывается аромат его туалетной воды. Новой, какой-то горько-сладкой. Как и сам Стас.
– Снова задам тебе вопрос: для тебя это так важно, когда объект…
– Твоей влюбленности… Слышала уже, – теряю терпение и чуть повышаю голос. Как бы мне хотелось, чтобы влюблена была не только я, но и этот хамоватый и развязный парень за рулем.
Аверин меняется в лице. На мгновение мне показалось, что и сам он напрягся. Волнуется? Немыслимо!
От этой чуждой мысли мурашки по рукам разошлись. Прохожусь по ним ладонью, стирая не совсем приятные ощущения.
– Ко мне.
Затихаем оба. Поток машин движется быстро, как и поток моей крови в организме.
Стараюсь переварить сказанное и в голове не укладывается. Стас гонит. Первый раз я вижу такого напряженного, серьезного мажора. Словно его судьба решается. Иногда он посматривает на меня, не сбежала ли.
И нет больше той расслабленной атмосфера.
Руки дрожат. Я прячу их под бедра, чтобы Стас не успел заметить, какая я трусиха.
 
У меня от воспоминания о единственном сексе кожа становится мокрой от пота. И не признаться в таком.
Аверин криво ставит машину, двигается вообще резко и быстро. В полной тишине мы поднимаемся на лифте и заходим в его квартиру.
Я останавливаюсь в коридоре, потому что силы полностью покинули. Страх сковывает и лишает опоры.
– Лис, – подходит ближе и пальцами надавливает на подбородок, – я не монстр.
Закусываю губу и кусаю ее как-то особенно сильно. Глупая попытка сдержать слезы. Они назло стекают по щекам, выдавая мое волнение.
На мне обычные джинсы, старая футболка, а волосы собраны в небрежный хвост. Я не знаю почему, но не так хотела выглядеть, когда у нас со Стасом все случится. Наивно полагала, что это будет романтично, красиво… внезапно. Да, последнее все-таки в точку.
Подавляю странную волну эмоций, бьющую фонтаном из груди, и, набравшись смелости, смотрю Аверину в глаза. Торкает от пронизывающего темного взгляда как острой стрелой. Я забываю обо всем.
Живот сводит, бедра оттого, что я сильно их свела, болят.
Стас подходит ко мне медленной походкой и надавливает на подбородок. Я смотрю на его губы правильной формы, и вспоминаю их твердость.
Наши поцелуи – это отдельный вид наркотиков.
Сердце сжимается в груди, когда парень наклоняется и нежно касается моих губ. Не как раньше.
Провожу ладошкой по его сильной груди и чувствую частые удары. Раз за разом их становится все больше, они набирают силу и отбивают меня по руке как ракетка.
– Боишься? Мы можем посмотреть фильм, – недовольно сообщает. Фыркнуть хочется и закатить глаза.
Его взгляд бегает по лицу и ищет какое-то подтверждение. Отчего-то думаю, как я выгляжу, а не над ответом.
Аверин отстраняется на крошечный миллиметр, а мне уже кажется, что он в другой вселенной. Недоступный, чужой, не мой.
Мозг начинает вырабатывать сотни мыслей в час.
– Извини, – выдает с грустью и делает еще этот долбанный миллиметр. Как ножом режет, и я испытываю настоящую боль.
Не думая больше ни секунды, хватаю его за футболку и притягиваю к себе. Прижавшись ближе, впиваюсь в губы парня. Проходит лишь мгновение, и его язык притрагивается к моему.
– Стас, я не… у меня уже был секс. Однажды, – говорю сбивчиво и отворачиваюсь.
Его резкий выдох вместе с презрительным хмыком как ледяной пронизывающий ветер. Хочется забыть эти ощущения и выкинуть из памяти последние несколько секунд.
Хватка пальцев на моей голове усиливается, а волосы натягиваются до болючего состояния. Опускает меня с небес на землю.
Или он так ревнует?
– И кто он?
Чуть отстраняюсь от мажора. Хочу взглянуть ему в лицо, в его глаза. Стас смотрит на меня сверху вниз, а во взгляде лед. Губы чуть припухли от наших поцелуев, но все равно плотно сжаты.
Аверин касается моей щеки большим пальцем, вынуждая прикрыть веки.
– Не хочу вспоминать. Хочу забыть ту ночь.
– Он сделал… что-то плохое?
Его навязчивые движения успокаивают. Сама не замечаю, как снова льну к его телу и часто вдыхаю аромат туалетной воды, которая пропитала кожу.
– Скорее я была глупа, а он воспользовался этим. Банально.
Аверин застывает. Его дыхание прекращается. Мороз по коже от такой паузы.
От плохого предчувствия деревенеют суставы, и тяжесть опускается в солнечное сплетение.
– Но ты не такой. Я знаю. Уже знаю, Стас. Просто не отпускай меня, хорошо?
 Глава 19. Саша 
Глава 19. Саша
Я не принц, которого ты ищешь. И ни хрена не благородный. Ты зря в меня влюбилась
Стас.
Стас отодвигается от меня на мгновение, несколько секунд смотрит нечитаемым взглядом, а потом за один вдох прижимается к моим губам и целует.
Его движения голодные, словно мы никогда не целовались. Только смотрели друг на друга.