Врата в Сатурн (СИ)
Можно и дальше развить эту мысль: скажем, представив себе, что после заключительной сцены, когда И. О. О. вручает героям листок бумажкой с надписью «Не пора ли домой?», Середа и Козелков вернутся в тот самый момент на ту самую лестничную клетку, разумеется, без ИОО и даже без салюта. Но я не стал этого делать этого — зачем опошлять сказку, сводя её, по сути, к сюжету «Большого космического путешествия», только в воображаемом формате?
Так вот: а что, если и я угодил в такую же вымышленную реальность? В самом деле, она словно слеплена по моим фантазиям — тут тебе и «Звёздные Врата», и лунные приключения почти по лемовскому «Пилоту Пирксу», и Артек и даже «Москва-Кассиопея»! Любовь — и ту и я закрутил с местной реинкарнацией Юльки Сорокиной; чего скрывать, из всех девочек, входящих в экипаж «Зари» она во времена оны нравилась мне больше других, и уж тем более заносчивой и (уж недалёкой Вари Кутейщиковой.
Нет уж, прочь, прочь подобные мысли! Я живо представил, как выбираюсь из «Зари» после окончания рейса к Сатурну — и вдруг оказываюсь на той самой скамейке перед Дворцом Пионеров на Ленинских (не Воробьёвых, всегда избегал этого названия) Горах. И что мне тогда останется? Только одно: бежать сломя голову (и в меру возможностей далеко не молодого уже организма) к Москве-реке и кидаться в воду, предварительно привязав на шею подходящий по размеру булыжник, чтобы уж наверняка. Бритьку вот только жаль — поскулит, помечется по набережной, да и кинется за мной, бестолочь ушастая…'
'…Пора, пожалуй, напомнить о том, кто, собственно, таков автор этих строк, и почему он так упорно возвращается к сюжету одного и того же, пусть и замечательного, фильма. Неужели, спросит читатель, в свои вполне солидные шесть с чем-то десятков лет ему больше нечем заняться? Есть чем, конечно; но, так уж получилось, что все эти занятия так или иначе связаны с упомянутым сюжетом. И почему так вышло — об этом и пойдёт речь…
Для начала — немного самокопания, как это водится у русского человека, взявшегося за перо. Или, в моём случае, за клавиатуру персонального компьютера, положенного мне, как сотруднику международного проекта «Великое Кольцо». Причём персоналка у меня не простая, «Эппл-GR» (GR — аббревиатура «Великого Кольца» по-аглицки, если кто не догадался), а продвинутая модель, продукция зеленоградского «Микрона», выпускаемая совместно с американцами для использования за пределами нашей планеты. А что, имею право: мой ноутбук (термин этот, насколько мне известно, никто, кроме меня, здесь не использует, да и я стараюсь не употреблять его на людях) постоянно путешествует со мной на орбиту, да и на лунных станциях — орбитальной «Звезде КЭЦ» и Ловелле, что в Море Спокойствия — успел побывать…
Но я снова отвлёкся, простите. Итак — кто же такой автор этих строк? Попаданец? Если судить по сугубо формальным признакам, то да. А кто же ещё, если, оставив своё далеко не молодое тело в первой четверти двадцать первого века, он чудесным образом оказался в шкуре себя-четырнадцатилетнего в семьдесят пятом году предыдущего столетия? И сохранил при этом память и кое-какие навыки, приобретённые в предыдущей жизни, прихватив, заодно, кое-что вполне материальное — например, карманный складной нож-бабочку и собаку породы золотистый ретривер? Попаданец и есть, тут и спорить не о чем!
Оказывается, есть о чём! Канонический попаданец в собственное детство просто-таки обязан, выполнив минимальный набор обязательных действий (перечислять не буду, он и так всем хорошо известен) как можно скорее взяться за выполнение своей главной миссии. Тут есть варианты — от спасения СССР до наведения исторической справедливости в одном отдельно взятом населённом пункте с обязательным устройством своего собственного будущего в максимально безоблачном варианте. Разумеется — используя при этом весь массив знаний, умений и навыков, накопленных за годы, прожитые в предыдущей реинкарнации.
А вот хрен вам по всей роже — как говаривал ещё в той, покинутой жизни один мой хороший, но совершенно неинтеллигентный друг. Для начала выяснилось, что СССР — как и весь остальной мир, — здесь немного не те. То есть внешнее сходство, причём в мелочах, имело место — но очень скоро я стал обнаруживать различия, причём различия, без преувеличения, судьбоносные.Не буду вдаваться в подробности, желающие могут обратиться к предыдущим моим дневниковым записям — скажу только, что этот мир не нуждался в спасении. Я, как уже было упомянуто, словно оказался в реальности своей юношеской мечты — и оказалось, что здесь не требуется плести хитроумные интриги, сочинять многоходовые комбинации, извлекать из памяти факты, позволяющие управлять, как марионетками, судьбами отдельных людей и целых народов. Эта, новая для меня версия человечества сумела взять барьеры, оказавшиеся непреодолимыми для прежних моих «единовременников». И сделало то, о чём я, все мы, мечтали в наши юные годы: вырвалось в Космос всерьёз, по-настоящему, не ограничиваясь копошением на орбитах да посылкой редких автоматических станций — и собирается двигаться дальше, к другим планетам, а там, глядишь, и к звёздам! В «Стране багровых туч» братьев Стругацких старт фотонного планетолёта «Хиус» к Венере состоялся, если мне не изменяет память, в 1991 м году, а в 2001-м люди уже вовсю хозяйничали на орбитах планет-гигантов? Что ж, здесь, похоже, успеют раньше…
От меня же требовалось нечто невероятно сложное, почти невыполнимое: сперва отыскать, а потом и установить некий баланс между своим новым, молодым телом и прежним, далеко не молодым сознанием — ухитрившись как-то не причинить вреда ни тому, ни другому. поверить, что это прошлое-будущее на самом деле сбылось, и теперь нужно просто жить и работать, чтобы найти в нём своё место. Благо, опереться было на что — и это стало таким же необъяснимым и поразительным, как сам факт попаданства.
…Поговорить бы на эту тему с И. О. О… Увы, в ближайшее время я точно не осмелюсь на столь радикальное действо — а жаль, результат может оказаться крайне любопытным и неожиданным…'
За спиной тренькнул электронный замок — кто-то снаружи приложил к нему карточку-ключ. Я обернулся, и обнаружил в проёме люка Юрку-Кащея. Старый друг, как и я, был облачён в станционный комбинезон; щёку украшали две свежие царапины, за спиной он старательно прятал что-то вроде чемодана или саквояжа.
— Лёха, привет! А мы ждали тебя только завтра. «Тихо Браге» запаздывает, вот я и подумал: чего тебе тут торчать, наверняка тоже задержишься!
— Юрка! — Я вскочил, ухитрившись одновременно нажать клавишу отключения экрана и выдернуть дискету из дисковода. — Так нас с тобой вдвоём тут поселили?
— Ну… не совсем вдвоём. — Он вытащил из-за спины пластиковый ящик с решётчатыми стенками, из-за которых на меня угрюмо смотрел большой полосатый кот. — Это Дася, новый член экипажа «Зари». Прошу любить и жаловать!
III
— Откуда тут это пушистое счастье? — опешил я.
— Мя-а-ау! — ответил новый член экипажа.
Юрка поставил переноску на стол. Видимо, недостаточно аккуратно, потому что внутри возмущённо мявкнуло.
— Из «Астры». Я провёл у них полторы недели, работал со стажёрами в рамках юниорской программы. И вот, всучили на прощанье…
«Астрой» именовался большой подземный тренажёрно-имитационный комплекс, предназначенной для психологической акклиматизации, подготовкии тестирования будущих обитателей Внеземелья. Название было заимствовано из детского фантастического фильма «Большое космическое путешествие» — там группа юных космонавтов тоже помещается в замкнутый «имитатор» межпланетного корабля, оставаясь в полной уверенности, что на самом деле они в самом настоящем космосе. Мы все, наша группа, в своё прошли время через подобный этап подготовки — и сохранили о нём массу разнообразных воспоминаний. С появлением на орбите большого количества станций, «Астру» целиком передали в распоряжение «юниорской» программы Проекта, и теперь там проходили начальную подготовку группы, прибывавших из филиалов в других городах, и даже из-за границы.