Любовь под яблочным соусом (СИ)

— Поклонов не надо, я тоже тебя обожаю! — в коридоре стоял чемодан, а из кухни выглядывала Мила.
Нина в прыжке бросилась обнимать подругу, забыв о ноющей от недавнего виража лодыжке. Родной, много лет любимый человек снова рядом. В какой-то момент казалось, что они больше не увидятся. Мили словно вырвалась из другого мира. Привезла с собой кусочек дома.
— Мы стали мало общаться. Решила, что самое время принять меры на этот счет. Вижу, не прогадала. Скучала, значит, по мне, плакала ночами в подушку?
— Ба, это моя лучшая подруга, еще со школы. Мы сто лет дружим, — проигнорировала очередной подкол Нина.
— Мы успели познакомиться, — хитро улыбалась бабушка.
— Дмитрий поддержал идею моей поездки, обсудил ее с твоими родными и поделился их контактами. Я заранее договорилась с Тамарой о своем приезде, — гордо рассказывала подруга.
— То есть вы давно знали, что Мили приедет, и скрывали? — разыгрывала негодование. Визит подруги — радостный подарок, в который было сложно поверить. Омрачить его сложно.
— Предлагаю собраться на кухне за завтраком через полчаса, — заботливо пригласила бабушка.
Девушки отправились в комнату, как выяснилось, заранее подготовленную для Милы. Она была прямо напротив спальни Нины. Обстановки в них практически не различались.
— Что происходит в твоей семье? — подруга спросила в упор, прыгнув на диван. Она намерена получить правдивый ответ, а, значит, отпираться не было смысла. Обмануть Милу уже не удастся. Она смотрела прямо и ждала откровенных разъяснений.
Оказалось, что произнести вслух наболевшие мысли очень хотелось. Не могла остановиться, в сердцах рассказывала о своих переживаниях, пока телефон не зазвонил в заднем кармане шортов. Звонил Артём. Ответила, не мешкая, прервав свой эмоциональный монолог.
— Есения в больнице. Еду туда. Не приезжай, ее семья на грани. Сам чуть не огреб несколько раз. Будут новости, маякну. Держи телефон рядом.
Артём 4.
Милу распирало от любопытства. Миллион вопросов скопился, чтобы вырваться и обрушиться на Нину. Но та глубоко потрясена. История получилась бы слишком сумбурной. Двух слов связать не могла от удивления: Есения в больнице, она все-таки умудрилась попасть в беду. Хоть “подруга” и нестерпимо раздражала, но зла ей точно не желала. За здоровье поклонницы Артёма было беспокойно. И страшно узнать, что именно произошло. Предчувствие ясно давало понять, что последствия затронут не только саму Еси.
Тем не менее, пора отправляться на семейный завтрак. Мила засуетилась. Второпях потрошила чемодан, раскидывая вещи по дивану.
— Обязательно прямо сейчас разбирать вещи?
— Надо переодеться. Жарко.
— Возьми вон тот зеленый сарафан. Зачем переворачивать весь чемодан? Мы же не на симпозиум собираемся!
— Где же оно… — не унималась подруга, продолжая копошиться в одежде.
Не прошло и десяти минут, как нужное платье нашлось. Подруга вертелась перед зеркалом в очередном миниплатье, на этот раз вишневого цвета, без рукавов, с полукруглым неглубоким вырезом. Оно подчеркивало ее стройную фигуру “песочные часы”. Нина пристально разглядывала девушку. Знакомая блаженная улыбка Мили вызвала подозрения.
— Выкладывай. К кому на свидание собралась. Немыслимо!
— О чем ты? Хочу хорошо выглядеть. Настроение принарядиться. Здесь здорово. Теперь понимаю тебя. Действительно, другой мир: воздух, небо, пейзажи, море. Они особенные, вдохновляющие, завораживающие. Наверное, останусь-ка здесь с тобой. Устроюсь на работу, буду платить бабушке за комнату. Думаю, она не будет против.
— Серьезно? — подняв бровь, наблюдала за подругой. Не понять, шутит или нет.
— Очень даже может быть.
— Не думай, что сбила меня с толку. Слежу за тобой, — прищурившись предупредила Нина.
Завтрак шел своим чередом. Кирилл, как всегда, с чувством делился очередными достижениями из автосервиса. Но на этот раз с непривычным оживлением. Ждал, что сидящие за столом поразятся его профессионализмом и похвалят — он же нашел неисправность в машине за пять минут, вопреки насмешкам клиента. Брат был бы рад аплодисментам, но, увы, все заняты едой.
 
Кир приступил к очередному “захватывающему” случаю, но его перебил телефонный звонок, заставивший выйти с кухни. Вернулся хмурый. Задумчиво предупредил: скоро подъедет Артём. Есть срочный разговор с нами. Нина застыла и чуть не поперхнулась. Аппетит тут же пропал. Очевидно новостей хороших байкер не привезет, иначе скоропостижное собрание было бы ни к чему. Уточнила: “Мила — мой человек. С нами пойдет. С корабля на бал, дорогая. Здесь интриги не менее забористые, чем дома”. Возражений не прозвучало.
Через десять минут напряженного чаепития с улицы донесся рык мотоцикла. Ребята молча вышли из-за стола. Мила и Тамара вопросительно переглянулись. Бабушка ни вопросов задавать не стала, ни поучать. Она лишь строго и многозначительно посмотрела на внука. Слов не нужно. Он понимающе кивнул. Телепатический диалог. Фантастика. Нина умиленно подмигнула бабушке, позвала с собой подругу и поспешила за братом.
— Что за нимфа?
— Мила, моя лучшая подруга, — ответила вскользь.
— Сразу к делу, потому что я немного в шоке. Даже, по правде, не немного. Нам сериал можно снимать. Крутой сюжет получится, зрителя в напряжении будет держать. Вот я неплохо так взбодрился. Сегодняшний день был сказочно богат на впечатления.
— Быстрее! — Кирилл хлопнул друга по плечу. Тот не ожидал толчка и пошатнулся, вальяжно расселся на мотоцикле.
— Я, ваш верный информатор. Сливаю свежие новости.
— Издеваешься? — не выдержала Нина. Мила стояла поодаль и с интересом следила за компанией.
— Еси нашли без сознания на пляже в семь утра, поблизости от “Фрегата”. Пожилые отдыхающие обнаружили ее, лежащей на песке в неестественной позе, без документов и телефона. Пришла в себя в скорой. Но только в больнице через несколько часов вспомнила свое имя, фамилию, адрес проживания. И все. Больше ничего. Врачи диагностировали черепно-мозговую травму, несколько переломов, множественные гематомы и ушибы. Полицейские уже навестили ее — оперативно работают, похвально. Заявление приняли. Нападавших она, конечно, не рассмотрела или забыла. Но… — Артём затарабанил пальцами по рулю, изображая барабанную дробь.
— Иииии? — закричали в голос.
— На месте происшествия нашли… Отгадайте, что?
— Телефон? Документы преступника? Нет?! — перебирал варианты Кирилл. — Говори уже.
— Мою перчатку.
Нина хлопнула себя по бокам и отошла в сторону, закрыв рот тыльной стороной ладони. Цензурных слов не осталось. Злобно смеялась. К слову, ей уже не было жалко Есению. В этот момент всем сердцем ненавидела ее, приносящую одни проблемы себе и окружающим. За эгоистичные мысли стыдно не было. Нисколько. Только чистый гнев.
— Нина правильно поняла, кто первый подозреваемый. Меня уже вызвали на допрос и разъяснили его причины, пригрозили, что явиться стоит вовремя. Я видел Есению последней. И мотив имеется: родители поделились с полицией своими домыслами о моей громкой ссоре с их дочерью, которая, все так же ничего не помнит и опровергнуть версию следствия не может. Еси даже отца с матерью не узнает. Или делает вид.
— Ты семье даже про ваш скандал поведал? Совесть покоя не давала.
— Да. Представь себе. В жизни не приходилось так психовать на девушку.
— Круто, молодец! — хлопнула в ладоши Нина.
Артём понуро смотрел на всех, скрестив руки. Он виновато молчал. Ребята растерянно перетаптывались с места на место. Непредвиденный поворот выбил друзей из колеи.
 
— Улика не может стать единственным доказательством вины. Двадцать первый век на дворе. Камеры видеонаблюдения круглосуточно ведут запись на каждом углу. У тебя наверняка есть железное алиби.
— Радуют твои познания, но ты слишком хорошего мнения о Судаке. У нас камер практически нет, и половина из тех, что установлены, не работают.
— Надо подумать. Мы выясним, как защитить тебя.