Твоя оторва (СИ)

― Даниил, ― обратилась к мужчине, который оставил поднос с чашками на кофейном столике.
― Что?
― Ты с кем хочешь встретить Новый год? С Олей?
Он прищурился и усмехнулся.
― Не знаю еще. Почему спрашиваешь?
Я пожала плечами.
― У тебя очень уютно.
Даниил продолжал рассматривать меня с интересом. Пожалуй, впервые так пристально, внимательно, что от одного только взгляда пошли мурашки по коже. Интересно, он увидит их? Я по‐прежнему была в одном топике. Правда, синяк смущал, но я старалась об этом не думать.
― Лиан, давай начистоту с тобой?
Я приподняла бровь в удивлении.
― Говори.
― Ты красивая девочка, сексуальная, и не буду скрывать, что хочу тебя. Раньше я о тебе совсем не думал. Знал, что у Юры две дочки. Он часто о вас рассказывал, даже показывал фото не один раз. Я оттуда тебя и узнал тогда в баре. И ошалел, что ты готова со мной трахнуться прямо на улице.
― Я люблю тебя, Даниил. В противно случае я бы никогда не позволила кому‐то поцеловать меня.
Его признания были приятны несмотря на то, что я понимала, что последует дальше.
― Я изначально поверить не мог, что дочка моего друга так откровенно предлагает себя. И сейчас не понимаю, что ты во мне нашла?
― А я тебе нужна? ― уточнила я, так и не услышав самого главного.
Он продолжал смотреть мне в глаза, но при этом молчать. Не знал, что сказать? Думал над ответом? Или пытался правильно подобрать слова? Что он хочет от меня? Нужна ли я ему?
― Ты Олю любишь, да? ― с грустью улыбнулась я и потянулась за чашкой с чаем.
Я вспомнила, как они мило шептались на его Дне рождении и поняла, что мне ничего не светит с этим мужчиной. Он любит опытных взрослых женщин, которые умеют приласкать в постели, и где надо промолчать.
Ни первым, ни вторым навыками я не обладаю.
― На самом деле она красивая, ― призналась я, понимая, что я для нее не конкурент, ― и уверена, что с ней тебе куда лучше.
Я поняла это и приняла.
Моему сердечку слишком больно, и я хочу облегчить нам жизнь. Что если действительно будет верным отступить?
― У меня к тебе просьба, Даниил. Не попадайтесь мне на глаза вместе, ладно? Мне будет очень больно.
Я поднялась с дивана и направилась на кухню за своим жакетом, как неожиданно крепкие руки подхватили меня и понесли в сторону лестницы. Я была удивлена поведением Даниила, который всю дорогу до спальни смотрел мне в глаза. Я руками обхватила его шею и пальцами перебирала слегка отросшие на затылке волосы.
Он зашел в спальню и уложил меня на кровать, а я неожиданно покачала головой.
― Ты займешься со мной сексом?
Его глаза резко налились кровью, и он крепко сжал руки в кулаки.
― Ты понимаешь, что если он узнает, то оторвет мне голову. Он мой друг! ― зарычал Даниил, хватая меня за шею.
― Он твой друг! А я кто для тебя? Девочка на побегушках? ― заорала в тон ему.
― Не неси ерунды. Ты понимаешь, что я не могу тебя тронуть. Ты мне нужна, но, между нами, пропасть, ― прошептал он, когда я, поднявшись, подошла к нему и положила ладонь на колючую щеку.
― Если он узнает, какая я счастливая, то тоже будет счастлив.
Мужчина странно усмехнулся.
― Сделай меня своей! Докажи, что я тебе нужна.
Он покачал головой. А я едва не зарычала.
― Ну и пошел ты к черту! ― прошипела я и он неожиданно швырнул меня на кровать, нависая сверху.
Давай, сноб, докажи, что ты другой…
Он принялся жадно целовать мою шею, оставляя на ней свои следы. Я, не обращая внимания на боль в ребрах, прогнулась в спине и низом живота почувствовала его каменный стояк. Мне захотелось, чтобы Даниил коснулся меня между ног, и потому я, перехватив его руку, направила ее к себе в трусики. И каково было мое удивление, когда мужчина не стал противиться, скользнул рукой под резинку лосин, сдвинул в сторону трусики и нежно коснулся возбужденных складок.
Я запрокинула голову назад, и громко застонала. Мой стон слился с дверными звонком.
― Ненавижу твой звонок, ― прорычала я, а Даниил достал руку из трусиков, ― хотела кончить на твои пальцы.
 
― Главное, чтобы твой отец сейчас меня не прикончил. Приводи себя в порядок и спускайся. Мы будем ждать внизу.
  
Глава 17
 
Как я обожала проводить выходные дни вместе с семьей. Сегодня мы собрались за городом все вместе. Приехала Карина со Львом, мама, папа, и единственное, что омрачало мои выходное так это мое одиночество. Я постоянно думала про Даниила. Мне было грустно и обидно. Все по парам, а я… не то, что без парня, я ему просто не нужна. И да, я помнила его слова, сказанные утром, но мне мало слов. Мне нужны действия. А каких действий можно ждать от Даниила, если он так трусится над дружбой с отцом. И в этом я его прекрасно понимаю.
А вечером меня буквально добили два прекрасных признания. Сначала Карина со Львом сообщили, что у них будет малыш. Я была счастлива за нее, прекрасно помня, как она переживала момент с бывшим мужем. Ох, что тогда было. Его любовница подделала справку будто Карина делала аборт. Но самое сложное, что она не могла родить от Димы. Тогда с ним она еще была счастлива и очень переживала, что не может иметь детей. Оказывается, все дело было в мужчине.
Но это еще не все.
У родителей тоже будет малыш. Они все такие счастливые, радостные, а я…
После ужина каждый разошелся по своим комнатам. Они по парам, а я одна.
Прикрыв двери, я взяла телефон и что уже не удивительно не обнаружила там ни одного сообщения. Я ему не нужна, и это лишь очередное подтверждение. Он не скучает, как я, не думает обо мне и не переживает. А я… я дура. Все мои мысли о нем, каждая минутка занята только им. Даже Федя мне писал пару раз, спрашивая, как мои дела и волнуясь о моем самочувствии после инцидента во дворе университета.
Не того ты, сердечко мое, выбрало. О ком волнуешься ты, нет дела до тебя.
Переодевшись в ночную пижаму, залезла под одеяло, оставив открытым панорамное окно. Все равно подглядывать за мной некому. Разве что медведь с высокой горы узрит мое тельце, укрытое одеялом.
Всхлипнула и повернувшись, уткнулась лицом в подушку, чтобы никто не слышал, как я плачу. Не хотела портить настроение своим родным. Они счастливы, у них прекрасные события, а тут я со своим воем неразделенной любви. Кому это надо?
Снова всхлипнула и услышала, как неожиданно открылась дверь. Я повернулась и увидела в полумраке комнаты разгневанное лицо отца.
― Юр, пожалуйста, успокойся, ― прошептала мама, поглаживая мужа по плечу.
― Что случилось? ― произнесла я, усаживаясь на кровати.
― Это ты мне дочка скажи, чем ты занималась сегодня ночью?
Мои брови взметнулись к верху, и я перевела взгляд на маму. Она всем своим видом пыталась меня поддержать.
― Спала. Ты о чем, пап?
Он прошел в комнату и присел на кровать рядом со мной.
― Мне мама сказала о твоих чувствах к Даниилу. Это правда?
― Пап…
― Лиана, ответь мне пожалуйста.
Я посмотрела на него словно нашкодивший котенок и медленно кивнула.
― Правда. Еще с подросткового возраста.
― Черт, как я это упустил?
Сказала ему, и словно легче стало. Только на минуту. Потому что от моего признания Даниил не побежит ко мне в объятия.
― Юр, это чувства, и мы не в силах что‐то изменить, ― негромко произнесла мама, уперевшись спиной в стену.
― Я не понимаю, почему именно в него? Почему не Федя, почему не другой твой сверстник?
― Пап, сердцу не прикажешь. Это тоже самое, если бы тебе сказали разлюбить маму. Ты бы смог?
― Не сравнивай, твоя мама моя жена и женщина, которая родила вас двоих. Моих дочерей.
― Со мной тоже такое может быть.
Он продолжал хмуриться и о чем‐то думать. Я смотрела на маму и снова хотела расплакаться. Мне было больно. Отец не поймет, я знала об этом и оттого становилось сложнее. Как бы теперь не стал еще хуже, ведь он мог запретить мне куда‐либо ходить. Хотя мой отец не был жестоким, но кто знает, как он переживает за своего ребенка?