Охота на птичку (СИ)

‒ Тебя кто-то ждет? — спрашиваю Софи-Соню, смешно вытягивающую шею из-за моего плеча в сторону парковки.
‒ Ты случайно не знаешь, где тут стоянка такси? Вызвать через приложение не получается.
Она все еще стоит на цыпочках, совсем невысокая и хрупкая без каблуков.
Алилуя! ‒ кричит мой внутренний голос.
Я не оставлю босую малышку в беде. Сейчас она сядет в машину и поедет со мной. Пока не знаю как, но я ее уговорю. Зачем? Все просто — я так хочу! А если я чего-то хочу, то сделаю все, чтобы это получить.
На предложение подвезти она соглашается сразу, но выдвигает условие:
‒ До ближайшего Макдональдса.
‒ Куда? — удивляюсь я.
‒ Очень хочется есть, ‒ признается она и уточняет: ‒ Оочень!
‒ Но есть же рестораны с нормальной едой, ‒ я почти ликую.
Все идет как по нотам. Я уже помог ей не упасть, теперь ей снова нужна помощь: она голодна и без обуви… То есть, у меня есть все шансы стать ее сегодняшним принцем. И мне хочется сыграть эту роль.
‒ Бургер — это быстро и сытно. То, что нужно. Мне потом ехать далеко.
Мы подходим к моей Тесле, она приветливо взмахивает крыльями дверей.
‒ Вау! — не может сдержать восхищения Соня. — На такой машине за гамбургерами я еще не ездила.
‒ Я тоже, ‒ смеюсь я в ответ. — Потому что никогда не ем фаст-фуд. Может, лучше суши? Или какой-нибудь салат, ‒ я перечисляю все, что обычно нравится девушкам.
И слышу, как она громко сглатывает:
‒ Без разницы! Еще немного, и я сырую крысу съем!
Она пристегивает ремень безопасности:
‒ Не помню, когда в последний раз была так голодна.
Принимаю ее слова за руководство к действию и выруливаю с парковки в сторону ближайшего японского ресторана, принадлежащего холдингу отца.
До машины в своих подломанных лабутенах Соня еще кое-как дошла, но сейчас разулась и периодически наклоняется, чтобы растереть травмированную лодыжку. У нее красивые тонкие ступни с аккуратными ровными пальчиками и бежевыми ноготками. Обычно женские части тела ниже бедер мало меня интересуют, но тут я всерьез рассматриваю ее ножки, прохожусь взглядом по остреньким коленкам и скольжу к бедрам, обтянутым тонким шелком платья. Она замечает это и напрягается.
‒ Сильно болит? Может, вывих и надо в больницу? — пытаюсь я прикрыть заботой свой очевидно кобелиный интерес.
‒ Я в порядке, ‒отмахивается она. — Это, скорей, от усталости. Не привыкла долго ходить на высоких каблуках.
‒ Как тебе конкурс?
‒ Понравился конкурс?
Мы спрашиваем одновременно. Получается смешно.
‒ Я не большой спец в подобных мероприятиях, впервые был, — честно отвечаю я, отметив про себя, что смех у нее красивый.
‒ И я впервые. Подруга участвовала, а я помогала с организацией. У нас была крутейшая команда!
‒ Какое место заняла подруга? — я напрягаюсь, потому что не слишком хорошо знаю Юлиных подруг. Не хватало еще попасть на одну из них.
‒ Не первое, к сожалению, ‒ вздыхает Соня, ‒ А мы так надеялись, столько сил приложили…
Я тоже вздыхаю ‒ с облегчением.
Мне нравится эта девочка в золотом платье с красивой спиной и тонкими ступнями, нравится так, что скулы сводит. Нравится, как она смеется и заправляет золотистый локон за ухо, а потом сразу же отпускает его. Она заламывает пальцы, рассказывая о слаженной работе своей команды на конкурсе и всеобщем разочаровании, потому что на самом деле их кандидатка в разы лучше победительницы. Мне нравится ее голос, ее манера говорить ‒ быстро, но четко. И этот аромат! От нее пахнет чем-то летним: цветами, солнцем, раскалённым морским песком, солью…
Я ее хочу! С того самого момента, как она упала ко мне в руки. А если я чего-то хочу, то получаю. Поэтому сейчас, вместо того чтобы ехать на прием в честь победы моей девушки, везу эту босоногую малышку есть суши.
Глава 3
Соня: У меня к нему много вопросов
Через час я должна быть на званом ужине у олигархов, но вместо этого еду в японский ресторан с незнакомым парнем.
Кто же ты такой, чертовки привлекательный Никита на Тесле, и что ты делал на конкурсе красоты?
 
У меня много вопросов к нему, но еще больше ‒ к себе.
Как я вообще могла сесть в его крутую тачку? Чем думала? Кажется, мой мозг от голода частично утратил свои функции.
На входе в ресторан нас встречает администратор:
‒ Добрый вечер, Никита Александрович. Поужинать?
‒ Добрый! Да, мы очень голодны, так что сразу фирменное ассорти роллов, а потом дозакажем.
Он уверенным шагом идет к одному из столиков в темном зале. Я отпрашиваюсь, чтобы вымыть руки, и, оказавшись в безопасном месте, принимаюсь лихорадочно гуглить этого мажора. Картина понемногу начинает проясняться.
Фамилию сына директора холдинга, который короновал сегодня победительницу, я забыла, как только услышала. У меня отвратительная память на имена. А вот название самой компании-спонсора знает каждый, живущий в нашем городе и области.
Ввожу в строке поиска: строительный холдинг Град. Владельцем значится Александр Гордиевский. Красивая фамилия, и как я могла забыть такую?
Об известном бизнесмене даже статья в википедии имеется. В разделе «дети» два имени: Никита и Максим. Все ясно. Похоже, это тот самый Гордиевский-младший, который, по словам Дашки, «протянул свою тёлку» и собственноручно надел на нее корону. Увы, я так и не разглядела его из-за кулис.
Он так ненавязчиво предложил помощь, что отказываться в моей ситуации было глупо. По пути мы болтали обо всем на свете, но определенный интерес я отметить успела. Слишком недвусмысленно он меня разглядывал, слишком явственно сжимался и искрил между нами воздух. Короче, все говорило о том, что вляпалась я знатно. Мажор решил развлечься. И ничего, что его девушка только что была названа первой красавицей области. И что она ждет его на вечеринке в его же собственном доме. Я туда тоже, черт подери, приглашена, хотя он этого и не знает.
Ну что ж, Никита Гордиевский, ты еще не в курсе, что нарвался на супер-мега крутую антипикапщицу. Что-что, а морозить парней я умею!
Выхожу в зал уже другой Соней. И пусть каблук шатается, а нога болит — твердая походка и такой же твердый взгляд на хмуром лице не оставляют шансов на легкий подкат под суши.
‒ Крыс в меню не было, принесли просто роллы, ‒ улыбается этот дьявольски прекрасный негодяй, еще не замечая метаморфоз в моем поведении.
‒ Пойдет! — буркаю я в ответ и принимаюсь глотать роллы, практически не пережевывая.
‒ Я — не я, когда голоден, ‒ комментирует он и предлагает бокал вина.
‒ Я — не я, когда выпью, но один бокал белого можно, в качестве обезболивающего.
Похоже, я совершаю очередную ошибку в сегодняшней череде безрассудств. С алкоголем я не дружу.
— Ты не против, если я сниму эти чертовы босоножки?
‒ Да ради бога! ‒ усмехается он. ‒ Вам, девочкам, не позавидуешь, конечно. Столько всего приходится с собой делать и еще обувь неудобную носить…
‒ Это все вовсе не обязательно, — перебиваю я и сую «калифорнию» в соевый соус. ‒ Но большинство женщин слепо следуют тупым, невесть кем придуманным правилам, тем самым усложняя себе жизнь.
‒ Красота требует жертв?
Ненавижу эту фразу.
‒ Да, только почему-то эти жертвы должны приносить именно женщины. Недостаточно нам физиологических испытаний, которыми нас щедро одарила природа?
‒ Ты о чем?
‒ Я ‒ о боли, которую обречена испытывать любая женщина просто по праву своего рождения. Роды, первый секс, месячные, мигрени…
‒ Ээй, — теперь перебивает он, прожевывая свой ролл. ‒ У мужиков тоже голова болит вообще-то. И часто как раз из-за женщин.
Весело ему, а мне вот нет.
‒ Да у большинства мужчин голова — это просто кость, потому что думают они другим местом. А кость не болит, пока ее не сломаешь.
‒ Так ты феминистка! — делает он вывод, все еще смеясь.
‒ Не радикальная. Я ‒ за равенство возможностей и прав, но сохранение женственности. Нужно искать баланс, не люблю крайности.