Охота на птичку (СИ)
Не успеваю вспомнить подругу, как звонит мама. Начинает издалека. Рассказывает, как ходила в гости к тете Свете, их с папой однокласснице, и какой вкусный рыбный пирог та испекла. Как дочка ее подросла и похорошела, школу в следующем году заканчивает. И что эта почти выпускница подписана на мой блог.
Меня прошибает холодным потом, когда понимаю, что мама уже в курсе событий.
‒ Это называется эскорт? — спрашивает она дрожащим голосом.
‒ Причем здесь эскорт, мам? — меня трясет от возмущения, но я беру в себя в руки и объясняю намного спокойней:
‒ Я веду блог, где рассказываю о знакомствах в сети, о своем опыте.
‒ Такая завуалированная проституция? — уточняет мама, и голос ее срывается.
‒ О боже! — в отчаянии выкрикиваю я. ‒ Кто тебе это сказал? Ничего общего, мам! Услышь меня пожалуйста: просто блог о знакомствах в поисках любви. Не секса ради денег, а любви. Чистой и настоящей, такой, как была у вас с папой.
‒ Папа сейчас в гробу переворачивается, видя кем стала его дочь, ‒ мама начинает плакать.
Похоже, этот день решил меня добить. Сначала Дашка с своими наездами, потом ‒ Хави с этим поцелуем не к месту, теперь ‒ мама с обвинениями в проституции.
‒ Мама, позволь, я тебя все объясню, ‒ умоляю я.
‒ Если все так плохо, почему ты не возвращаешься? Даша сказала, что тебе работу здесь предлагают, а ты не хочешь.
‒ Куда мне возвращаться? В ваше с отчимом уютное загородное гнездышко? Не помешаю?
‒ Соня, я не знаю, как мне теперь жить. Как по городу ходить, на работу. Такой позор, ‒ она рыдает в трубку. ‒ Что мне делать?
‒ Живи, как жила до этого. Что поделать, если у тебя такая дочь? ‒ устало вздыхаю я. Мне хочется сказать, чтобы она посылала всех доброжелателей в сад, но мама так не сможет. Ей репутация важней.
Мы сухо прощаемся, и я иду в душ. Мне просто необходимо смыть с себя все эмоции этого проклятого дня. Оставляю одежду на полу. Умываюсь, остервенело чищу зубы. Подрывает набрать Майю и потребовать, чтобы сворачивала всю эту богадельню с тиндером: не выйдет из меня блогера. Но я даю себе еще сутки на переваривание ситуации. Надо успокоиться и принять взвешенное решение.
Телефон тоненько пищит. Это Ник. Спрашивает, что я делаю.
Не задумываясь, отвечаю, что собираюсь зайти в душ и смыть с себя трудный день.
Просит фото. Любое, но из душа. В полотенце или без, себя в зеркале или часть тела фронтально. Как захочу, на мое усмотрение. Даже смеситель или кусок плитки можно. Что-нибудь, что посчитаю уместным. Ему не терпится пообщаться, а до завтрашнего заката еще долго.
Офигеть заходы у него. Шустрый британец! Бледнею, краснею и ловлю знакомую щекотку в груди. Мне нравится его смелость на грани наглости. Не пугает и не раздражает. Заводит!
Щелкаю себя, входящую в душ. В кадре только рука, которая ловит струящуюся воду, и нижняя часть ноги. Если разобраться, совершенно асексуальный снимок, но он пишет: «Wow…». И присылает в ответ практически идентичное фото, на котором он заходит в душевую кабину с такой же вытянутой вперед рукой. То есть мы совпали в своих желаниях, и даже душ решили принять одновременно. Прикольно!
Рассматриваю полученное фото. Рука красивая, смуглая, сильная, с заметно выпирающими венами, натянутыми сухожилиями. Кисть крупная, пальцы ‒ идеально ровные, запястье ‒ широкое. Ловлю себя на том, что уже представляю эту руку на своем теле. Чувствую, как грудь наполняется тяжестью, которая медленно сползает вниз и мгновенно переполняет собой низ живота. Ох, не думала, что один только вид мужской руки способен так возбуждать!
А ведь в кадре есть еще нога, точнее ‒бедро, которое рельефно и прекрасно, как у греческих богов. Боже, он что, во всех местах такой красавчик? Я готова встретиться с ним прямо сейчас, но он спрашивает по поводу завтра.
Грустно вздыхаю и набираю тест с извинениями. Пишу, что всю неделю работаю допоздна и мой ближайший свободный закат случится только в следующий понедельник.
Присылает задумчивый смайл и уже через секунду предлагает решение: вместо заката посмотреть вместе рассвет.
Я не понимаю ранних свиданий. Пить самый интимный утренний кофе с малознакомым мужчиной — противоестественною. Пишу, что утром тоже занята, но можно встретиться после моей работы и прогуляться по ночному городу.
Предлагает перейти в другой мессенджер и обменяться телефонами, дабы не потеряться.
Напористый парень, но тактичный. Его внимание и настойчивость льстят, и я соглашаюсь. Пишу адрес и название чирингито, даю свой номер телефона.
Прощается до завтра, желает сладких снов.
Набираюсь смелости и отправляю поцелуйчик. В ответ получаю три. Чувствую, что прямо расплываюсь от счастья. Мелочь, но до дрожи в теле приятная.
Теперь все мои мысли только о том, как очаровать и самой очароваться. Что надеть завтра? Как уложить волосы, чтобы даже после работы выглядеть свежо? Маникюр сделать натуральный или яркий?
Засыпаю с улыбкой, в предвкушении нового знакомства. Интуиция подсказывает, что оно будет невероятным.
Вот и все, Никита Гордиевский! Больше я не буду вздрагивать от звука твоего имени. И слез не буду лить, вспоминая бесовские твои глаза! Ты не один такой прекрасный на этой земле, мне повезло найти парня, который намного лучше.
__________________________
Песня для главы
Елена Темникова feat. Natan — Наверно
Глава 17
Никита: получается, я долбанный сталкер
Бесконечное синее небо, теплый терпкий воздух, припекающее солнышко — так выглядит осень в Барселоне. На календаре уже октябрь, а на улице ‒ по-прежнему лето. По Рамбле снуют полураздетые туристы с обгоревшими плечами, на песке полно мамочек с детьми и подростков, играющих в пляжный волейбол. В море болтаются мелкие катера и яхты. Они ‒ словно игрушечные среди заходящих в порт гигантских круизных лайнеров.
Не обращая внимания на искрящееся, все еще теплое море и пляжную суету, загорелые люди в строгих костюмах спешат на деловые встречи, местные пенсионеры пьют кофе в тени платанов.
‒ Hola! — бросает пробегающий мимо официант. Мы просто встретились глазами.
‒ Buenos dias*! — отвечаю. Совсем немного, но я говорю по-испански ‒ учил в школе.
‒ Hola! — слышу с другой стороны. Это парень на скейте объезжает меня, приветливо взмахнув рукой.
Тут принято здороваться даже с незнакомыми людьми. И улыбаться тоже принято ‒ всем и без повода.
Я в Барселоне не впервые, но она каждый раз поражает меня своей непосредственностью.
Прогуливаясь по набережной Барселонеты, не перестаю думать о Соне.
Она ‒ своя в этом ярком и свободном городе. Живет, учится, работает, часто ходит на свидания и открыто рассказывает об этом в соцсетях. Она разговаривает на испанском, по утрам бегает вдоль пляжа, а в выходные ‒ танцует сальсу. Уверенная в себе девушка в ковбойках и кожанке поверх хипстерского короткого платья с последнего фото в ее инсте совсем не похожа на ту девочку в золотом, которая сломала каблук и упала ко мне в руки за тысячи километров отсюда. Ту, что заикалась от волнения вечером в беседке и трепетала утром в моих руках, а потом сбежала и выдала за ошибку нереальной силы притяжение, с первых секунд возникшее между нами. Она ли это? Узнаю ее здесь?
Она-то меня не узнала. Как вообще такое возможно? Неужели наше короткое, но такое яркое общение настолько мало для нее значило, что она не удосужилась запомнить мое лицо? Мне казалось, я неплохо разбираюсь в девушках.
Размякнув на испанском солнышке после сумрачных краковских недель, обедаю на зеленой терраске отеля с панорамным видом на Эшампле** и спускаюсь в прохладный номер, заваливаюсь на огромную кровать. До вечера еще долго, надо чем-то занять себя, но делать ничего не хочется.
Как бы странно это ни звучало, я не люблю жить в отелях, даже в самых фешенебельных. Их расслабленная атмосфера выбивает меня из привычного ритма. Поэтому во время рабочих поездок я предпочитаю останавливаться в аппартах с обычной домашней обстановкой ‒ кухней, чайником и утюгом. Но это путешествие никак не связано с работой, поэтому я позволяю себе шикарный отель, бесцельные шатания по городу, отпускную послеобеденную лень и излишнюю рефлексию.