Городская фэнтези-2006
Петр Сергеевич оглянулся еще раз, а потом сел ровно, обхватив портфель обеими руками.
— А как вы оказались на дороге? — спросил Женя.
Профессор вздрогнул и повернулся к нему всем телом, прижимая портфель к груди, словно боялся, что его отберут.
— Я?
— Ну да. Как вы туда попали?
— Обыкновенно, знаете ли. Ногами.
— А, — сказал Женя.
Он резко взял вправо, обогнал замешкавшуюся «Волгу» и замолчал. Старичок, похоже, был немного не в себе. Трясется, оглядывается… Пожалуй, не стоит больше расспрашивать. А то еще от волнения случится у него сердечный приступ.
Женя молчал ровно минуту, а потом понял, что умрет от любопытства, если не сейчас, то завтра к вечеру точно, если не узнает, что все-таки случилось.
— Знаете, — сказал он, — а вы похожи на моего учителя географии.
— Да? — сказал профессор и снова оглянулся. — А нельзя ли побыстрее?
— Увы, Петр Сергеевич, — отозвался Женя в тон пассажиру. — Слишком много машин. Опасно.
— Понятно, понятно, — забормотал старичок, щурясь на стройные ряды машин за окном. — И все же, может, хоть чуточку быстрее?
— Чуточку — можно, — согласился Женя, нажимая на газ.
Джип басовито рыкнул и неуловимым движением вклинился между новой «десяткой» и старой «Волгой». Оттуда он рывком перебрался в левый ряд, увернулся от догонявшей «Скорой» и снова оказался в середине потока.
— Петр Сергеевич, — позвал Женя. — Так что случилось? Вы не бойтесь. У меня отец в МГУ учился. Давно, правда. Может, я вам смогу помочь?
— Это вряд ли, Евгений, — отозвался профессор.
— Ладно. Вы историк?
— Археология, — отозвался Петр Сергеевич, судорожно прижимая к груди заветный портфель.
Он с подозрением глянул на водителя, словно ожидая следующего каверзного вопроса, но Женя не отрывал взгляда от дороги. Он выбирал удобный момент для рывка в левый ряд, но при этом краем глаза следил за странным пассажиром. Его история интриговала. Сейчас Евгений боялся одного — что профессор выйдет, а он уже никогда не узнает, что произошло и чем все кончилось. Он даже пропустил пару машин вперед, нарочно придержав джип. Покосился на Петра Сергеевича — не заметил ли? Но тот был полностью поглощен портфелем — побелевшими руками прижимал его к груди и чуть ли не поглаживал, как кота. Евгений подумал, что нужно попробовать его разговорить, и начал прикидывать, какой вопрос задать. Но в этот момент профессор снова обернулся, взглянув в заднее стекло.
Он разом переменился в лице. Глаза широко раскрылись, брови белыми бабочками вспорхнули к редеющему пробору, а бородка затряслась, словно у ее владельца застучали зубы. На морщинистые щеки легла мертвенная бледность.
— Нет! — взвизгнул профессор бабьим голоском. — Нет!
Евгений быстро сбросил скорость, и старичок повернулся к нему.
— Быстрее! — взмолился он, вцепившись костлявой ладонью в локоть Жени. — Быстрее, ради бога!
Послушная машина, повинуясь толчку, вильнула в сторону и чуть не снесла с дороги возмущенно загудевшую «Тойоту».
— Мля! — бросил Женя, рывком возвращая джип в свой ряд. — Да что ж такое!
— Быстрее, быстрее, — подвывал профессор, сжимая его локоть, — умоляю!
— Да что случилось, твою… — возмущенно бросил Женя и тут же осекся.
Старичок выглядел так, словно увидел привидение: Бледный, как простыня, с посиневшими губами и выпученными глазами, он напоминал глубоководную рыбу, вытащенную на борт корабля. Женя подумал, что до сердечного приступа профессору осталась пара минут — не больше.
— Они догоняют, — пожаловался Петр Сергеевич.
Женя взглянул в зеркало заднего вида, но не заметил ничего подозрительного. Поток машин — и только. Кто-то идет на обгон, кто-то отстает, уступает место… Все как всегда.
— Кто догоняет? — спросил он, аккуратно отцепляя руку профессора от локтя.
— Они, — прошептал старичок. — Они…
Женя снова взглянул в зеркало и на этот раз заметил — кто.
Эту машину сложно было не заметить. Битый «жигуленок» первой модели, «копейка», рвался вперед, отчаянно дымя выхлопной трубой. Когда-то он был белым, но теперь его покрывала корка серой грязи. По капоту и крыльям расползлись пятна ржавчины. Лобовое стекло затянуло паутиной мелких трещин, да так плотно, что нельзя рассмотреть, кто сидит внутри. Это был тот самый уникум, что можно встретить в любом старом дворе. Обычно на них ездят пенсионеры — на дачу. Но чтобы на кольцевой… Женя бросил взгляд на спидометр и присвистнул. Неплохо идет. Неужели движок не родной? Поменяли?
— Евгений, — прошептал профессор, — прошу вас, быстрее!
— Да запросто, — отозвался коммерсант, нажимая на газ. — Держитесь.
Джип заурчал и рванулся вперед, проскользнув в щель между «Скорой» и «девяткой». Женя взял резко влево, потом вправо, потом снова влево… Шашечки. Вот как это называется. Если быстро перестраиваться из ряда в ряд, то можно продвинуться вперед — и довольно быстро. Но это чертовски рискованная игра. Особенно здесь, на левой полосе кольцевой, где никто и не думает снижать скорость. Но Евгением овладел азарт погони — в самом деле, как может «копейка» догнать его машину? И, главное, зачем?
Женя взглянул в зеркальце и тихо выругался. Битый — «жигуленок» не отставал. Напротив, он догонял джип, сокращая разрыв. И он не шел на обгон, он именно догонял.
«Совсем обалдели, — подумал Евгений, вспоминал, куда сунул старый газовый пистолет, — башню дедам, в натуре, сорвало». Он вспомнил, что пистолет остался в старой «Ладе». «Ладно, — решил он. — Монтировкой обойдусь, если догонят». И тут же ухмыльнулся. Догонят. Вот это будет номер!
— Евгений! — взвизгнул профессор. — Женя!
Коммерсант очнулся, бросил взгляд в зеркало и выругался — «жигуленок» таки догнал их и пристроился сзади, едва не упираясь носом в задний бампер джипа.
— Портфель, — простонал профессор, — не отдавайте им портфель!
— А вот хрен! — с чувством произнес Женя, нажимая на газ.
Джип рванулся вперед, завывая гудком как океанский лайнер, заблудившийся в тумане. Евгений жал на газ, нарушал все правила — и писаные, и неписаные — и гнал машину вперед. Те, кто успел, расступались перед обезумевшим джипом. Кто не успел — получали царапины: на крылья, дверцы…
«Как в старые времена, — подумал Женя, объезжая на полной скорости престарелый „БМВ“, — только Сереги с битой не хватает…»
Машины перед ним сошлись, Женя вдавил педаль газа в пол. Машины разошлись, и джип проскочил в щель между ними, ободрав борта. Вслед возмущенно завопили гудки, и Евгений, торжествуя, бросил взгляд в зеркальце. «Жигуленок» должен остаться там, позади машин. Либо притормозивший, либо осевшей беспомощной грудой металла.
«Копейка» прошла. Она подрезала синюю «девятку», и та должна была врубиться в борт наглеца. Но не врубилась. Она прошла сквозь «копейку», словно та была сделана из тумана. Водитель «девятки» ударил по тормозам, машину занесло, в нее воткнулась идущая следом «Газель», обе машины перевернулись, осколки стекол брызнули сверкающим фонтаном… А битый «жигуленок» как ни в чем не бывало промчался вперед, догоняя джип.
— Это что? — прошептал Женя. — Это что, мля?! — Он обернулся к старику и одной рукой ухватил его за лацкан старенького пальто. — Что за нахрен! — крикнул он, чувствуя, как вспотела бритая голова. — Что это?
— Это кольцо, — прошептал профессор, жадно втягивая воздух. — Замкнутый круг… Все из-за круга!
— Твою поперек! — выдавил Женя.
— Они тут! — завизжал очнувшийся старик. — Не отдавай им портфель!
Женя отпустил старика, бросил взгляд назад и закричал.
«Копейка», шедшая следом, прыгнула вперед, и грязно-белый капот вошел в черную плоть джипа.
Удара не было. Битый «жигуленок» просто вошел в машину Жени и заполнил ее изнутри, как вода заполняет пустой стакан. Коммерсант заорал от ужаса, но не услышал сам себя. Все звуки отрезало как ножом. Дорогой кожаный салон заполнился серым туманом, откуда-то повеяло сыростью, и соленые капли осели на губах Евгения. Издалека пришел громовой раскат, заглушивший все звуки, а следом — шум прибоя.