Кровь черного мага 1 (СИ)

— Почему ты не боишься, а Харди? — меня в плечо ткнул кулаком другой брат.
Он схватил шарф, собираясь сорвать с меня, но его отпихнул от меня старший.
— Ты идиот? — выкрикнул он. — Забыл, что его кровь сжигает?
У меня слегка поплыло сознание. Я глянул на колбы. Набралось уже больше половины. Когда будут полностью полные, во мне не останется крови. Я чувствовал, как меня морозит, как снова становится нестерпимо холодно.
Кровь в колбах и трубках вдруг стала светиться, словно в там оказалось раскаленное золото. Старший брат с изумлением взял колбу в руки, пытаясь понять, что происходит.
В этот момент дверь распахнулась. На пороге застыли родители.
— Что вы наделали… — отец привалился к дверному косяку, словно из него мигом ушли все силы.
— Прекратите! — выкрикнула мать, бросившись ко мне.
Но старший брат сделал пас рукой и ее, словно тряпичную куклу выбросило на улицу.
— Вы для нас больше — никто, — сказал старший.
— Я… — отец смотрел на него неверящим взглядом. — Мы для вас столько сделали…
— Ничего! Это всего лишь генетика и нет никакой вашей заслуги в том, что вы наши родители. Вы оба — жалкие подобия наших предков! Жалкие ничтожества!
В его руках взорвалась колба. А следом остальные три. Во все стороны брызнули осколки, расплавленный металл и огонь.
Отец издал стон, словно его смертельно ранили. Огонь расплескавшийся по гостиной, принялся пожирать деревянные стены. Стол, на котором я лежал тоже запылал. Веревки с меня осыпались пеплом. Но огонь не причинял мне вреда, как и моей одежде. Освободившись, я соскочил на пол. Отец обвел взглядом, ставшим безумным, пылающую гостиную, в которой никого кроме нас двоих не осталось, вынул охотничий нож.
— Теодерих, стой! — услышал я крик Маделиф.
Но он метнулся ко мне. В следующий миг его сразила молния выпущенная кем-то из магов и отец замертво упал передо мной.
— Эгихард, выходи! — крикнула Маделиф.
— Обещайте, что не будете делать то же самое, — произнес я.
— Без этого нельзя. Но мы обещаем, что это будет безопасно и безболезненно для тебя.
Я хмуро глядел на застывшую на пороге светлую волшебницу.
— Ты получишь, все что захочешь. Можешь остаться тут. Мы подберем тебе опекуна.
Я покачал головой.
— Нет, после того, что сейчас случилось, не хочу тут больше оставаться.
Я наклонился, разжал пальцы отца, забирая охотничий нож, отстегнул ножны.
— Зачем? — спросила Маделиф, наблюдая за мной.
— Чтобы помнить. Об этом — помнить.
  
Глава 19
 
Я проснулся и резко сел на диване. Неожиданно я получил ответы на большую часть своих вопросов. Я достал нож, доставшийся мне от отца, задумчиво поглядел на него.
«Безопасно и безболезненно…»
Наверное, светлые маги решили, что чтобы выполнить обещание про «безопасно и безболезненно», нужно лишить меня памяти.
Я взглянул на часы. Было семь утра. Пора была выбираться отсюда. Только как? Часть магов была связана с дядей Далланом и у них были планы заставить меня замолчать навсегда. Другая часть, с которым явно сговорилась тетушка Цецилия, видела во мне объект по созданию мощных магических артефактов. Было бы неплохо стравить эти две группы между собой.
Я невольно ухмыльнулся, представив как местные маги передерутся из-за меня. Впрочем, наверняка, тут нашлись бы разумные маги, наподобие Энгуса О’Шэнана, которые предпочли бы со мной не связываться. Итак, что я имею? Трусов, трясущихся за свою шкуру, боявшихся всё потерять и свернувших со светлой дорожки на темную. Прагматичных магов, желающих стать могущественнее, допустим, ради благой цели, хотя я сомневался. И тех, кто реально готов был бы защищать Гильдию. Или не готов?
Я достал из-под подушки припрятанные книги. Стал читать. Через несколько страниц понял, что книгу про кровь волшебных существ уже встречал в библиотеке Даллана, когда заставил кузин искать там про кровь. Я просмотрел ее и понял, что в ней нет искомого. Досадно. Занялся книгой «Как создавать защиту от темной магии». Но и там не оказалось ничего нового и полезного.
 
Пролистав страницы до конца, я сжег обе книжки, чтобы не имелось доказательств, что я выбирался из этой комнаты и посещал библиотеку. Интересно, осталось ли там что-то после пожара. Наверняка количество магов, желающих меня убить, увеличится, если узнают, чьих рук это дело. С другой стороны — сами додумались туда ставить охранной огненных саламандр.
Спустя час час я стал думать, что обо мне позабыли. Через два — в голове мелькнули мысли, что может, быть вся Гильдия сгорела дотла? Я решил, что подожду еще час и попробую отсюда выбираться.
Но через минут пять обсидиановые двери открылись. В комнату вошло трое уже виденных мной магистров. Вместе с ними в комнату втянулся запах гари, но я сделал вид, что не заметил.
— Доброе утро, господин Райнер-Наэр, — произнес один из них.
— По вашим хмурым лицам, не скажешь, что оно доброе, — заметил я. — Впрочем, мне тут тоже не понравилось сидеть без каких-либо внятных объяснений с вашей стороны. Особенно, учитывая, что я без ужина и завтрака. И вообще, я хотел бы привести себя в порядок.
Они переглянулись.
— Да, конечно, это наше упущение. Вам принесут завтрак, а потом проводят в ванную.
Я мрачно глянул на магистра.
— Надеялся, что вы меня отпустите уже наконец, — произнес я. — Тем более, что Энгус О’Шэнан это обещал.
— Вы уже слышали — Энгус О’Шэнан не имел права давать вам подобное обещание.
— Разве? Мне показалось, что он вполне достойный сын своего отца.
— Он никогда не станет Верховным магом, если вы подразумеваете это.
— Вот как? А кто станет? — поинтересовался я. — С кем я должен договариваться?
— С нами. Магов Гильдии давно не устраивала единоличная власть Тарлаха О’Шэнана. Сегодня было принято решение что руководство Гильдией переходит под управление совета магистров.
— Да у вас тут революция сегодня произошла, — заметил я с непроницаемым лицом. — Благодаря, кстати, убийце вашего Верховного. Убийцу нашли, надеюсь?
Они снова переглянулись.
— То есть, вы по-прежнему не признаете свою причастность к гибели Тарлаха?
— Разумеется, признаю — я ведь умею проходить сквозь стены.
Они покривились от недовольства. Я очень надеялся, что на моем лице не было и намека на насмешку.
— Так что насчет выпустить меня отсюда? — спросил я.
— Боюсь, что мы не сможем вас освободить, господин Райнер-Наэр, — сказал один из них.
— На каком основании? — мой голос заледенел.
— Вам оно прекрасно известно. У вас слишком ценная кровь.
— Неужели? — я не сводил с них взгляда. — А скажите, Аластар, сколько вы заплатили моей тете за предательство?
Магистр вздрогнул, уставился на меня с удивлением.
— Не помню, чтобы я представлялся. Откуда вам известно мое имя? И откуда…
— Может быть, вы ответите, Лаврас? Или вы, Уиншен? — я перевел взгляд на двух других магистров.
— Вашей тете мы нисколько не заплатили, — ответил Лаврас. — За предательство только одна плата — тюрьма.
— Странно, что не смерть. Интересно, что подумал бы о вашем предательстве покойный Тарлах?
— Мы никого не предавали! — возмутился Лаврас. — Тарлаху было прекрасно было известно, что мы были не согласны с ним.
— Знаете, когда кто-то умирает, обычно это кому-то выгодно, — заметил я.
— Это уже ни в какие ворота! Нас отчитывает черный маг!
— Нет, нас отчитывает мальчишка! — процедил сквозь зубы Уиншен, самый старший из них. — Надо заканчивать церемонии.
— Это вы зря сейчас, — заметил я, чувствуя как начинает леденеть вокруг меня воздух.
— Не пугайте нас, — презрительно фыркнул Аластар. — Вы, Эгихард, сейчас отправитесь в камеру по соседству с вашей теткой. А мы с вами будем делать, что захотим. Точнее — использовать вашу кровь на нужды Гильдии.
— Очень зря, — повторил я. — Впрочем, мне тоже надоели церемонии. Дернетесь — сожгу на месте.