Цивилизация 2.0 Окно в Европу (СИ)
- Я не вижу рядом таких же, как и мы. Денисовцев и л’тоа вы вряд ли там встретите - первые очень редко заходят так далеко на запад, а вторые избегают населенных мест. Что касается черных людей… Хаким, не ленитесь строить временные укрепления вокруг стоянки. Знаю, насколько тяжело это сделать с каменными топорами, но даже простейшие заграждения из ветвей колючих кустарников дадут вам время для отражения нападений.
- Здесь растут колючие кусты - женщины собирают с их побегов комочки застывшего сладкого сока.
- Значит, этот вопрос решенный. Что ещё? Усиливай смены часовых, на охоту отправляй только большие группы, вооружай всех, кто может держать копья. Собирайте камни, если найдете подходящие деревья - делайте дротики.
- Дротики - это маленькие копья?
- Да, Хаким. Смотри внимательно, это копьеметалки - мы их уже практически не используем, но в свое время эти простейшие устройства помогли племени Солнца выжить…
Вряд ли кроманьонцы станут сразу нападать на названных гостей - пройдет некоторое время, прежде чем черные люди перейдут к активным действиям. И то, если у них хватит для этого сил - один род ничего не сделает такой толпе неандертальцев, будь в нем хоть сотня человек. В ближнем бою преимущество будет на стороне рода Поющих Песков, и потеряв нескольких охотников, местные надолго отступят. Угроза останется только для разведчиков, потому я и настаивал на больших отрядах - у них больше шансов отбиться.
Время во сне течет иначе, и в своем, и в чужом. И почти всегда - намного быстрее, чем в реальности. Несколько коротких разговоров заняли всю ночь, и, когда вождь открыл глаза и стал разминать затекшее от неподвижности тело, на горизонте уже обозначилась светлая полоса. До восхода солнца оставалось не больше получаса.
Большинство людей недавно проснулось, и лагерь, подсвеченный вновь разгоревшимся кострами, стремительно оживал. Чан-Синь с дочкой выполняли комплекс утренних упражнений - все как обычно… Команды катамаранов и воины скатывали спальные мешки, кипятили воду и распределяли между собой остатки вчерашней осетрины. Лёгкий перекус, кружка горячего травяного чая - и вот уже мы, преодолев вброд узкую полосу мелководья, взбираемся на палубы кораблей. Придется немного поработать веслами, выводя флот в открытое море - в бухте “Медвежьей”, как ее окрестили, ветра почти не было.
Сегодня нам предстояло испытание посерьёзнее - как ни крути, вчерашний переход был каботажным, и мы, хоть и не всегда видели берег, всегда знали, что он совсем рядом. Это придавало уверенности…
- Дим, когда мы увидим землю?
Вопрос Пратта заставил меня на мгновение задуматься. Протяженность Черного моря с севера на юг минимум двести шестьдесят километров. Если получится набрать вчерашнюю скорость, то это больше тринадцати часов в пути, если по прямой. А если флотилию снесет в сторону, то хорошо бы успеть причалить до полной темноты.
- Перед закатом, если ветер и удача будут на нашей стороне.
- А если нет?
- Вершины гор Заморья мы увидим намного раньше, но в темноте причаливать будет опасно - берег там скалистый, и катамараны могут разбиться.
- Что тогда?
- Будем ночевать на воде.
Оставив Пратта раздумывать о перспективах ночёвки в открытом море, я присоединился к матросам, опускавшим лот. Глубину мерять сейчас незачем, а вот скорость - не помешает.
Ветер, хоть и сменился на боковой, но с каждым часом усиливался, и “Газель” постепенно разгонялась. Пятнадцать километров в час уже есть, и нынешнее движение бакштагом имело все шансы вскоре обогнать вчерашний фордевинд - недаром именно при боковом ветре скорость парусных судов была наибольшей.
Волны тоже стали повыше, легкое продольное раскачивание катамаранов, к которому люди уже немного привыкли сменилось гораздо более сильным поперечным. Вскоре все, не занятые с парусами и рулевыми веслами лежали на палубе, пытаясь побороть поступающую тошноту. Да, тут нужна привычка - именно из-за этой проблемы небольшие многокорпусные суда так мало применялись для морских переходов. Правда, это касалось изнеженных европейцев, а полинезийцы - те ничего, плавали, десятки островов заселили…
- Ли, ты как, держишься?
- Йа плохо… Йа не жалуюсь!..
Голос тихий, слова произносит с паузами, явно не рискуя надолго открывать рот. Светло-коричневая кожа девчонки побледнела, пальцы впились в сетку, натянутую между главным корпусом флагмана и боковыми поплавками. Чан-Синь выглядел не лучше, но виду не подавал - застыл у борта неподвижным истуканом, даже глаза закрыл. Ну хоть в чем-то они не превосходят нас!..
Так прошла первая половина дня, я даже успел немного привыкнуть к качке. Переодически поглядывая на компас, мы задавали курс для остальной флотилии, выстроившейся наподобие журавлиного клина. Ветер усилился ещё больше, наполняя паруса и натягивая снасти до предела.
- Хорошо… идём!
Пратт довольно оскалился слегка позеленевшей от морской болезни физиономией. Этого моремана так просто с ног не свалишь, вон, даже улыбаться пытается…
- Хорошо!.. Но лучше бы… мы шли помедленнее. Посмотри направо… небо у горизонта начинает темнеть.
- Думаешь, будет… шторм?
- Вряд ли сильный… Но проверять не хочется!..
Впрочем, выбора у нас особого не было - только надеяться на то, что экспедиция доберется до берега раньше, чем нас настигнет буря. И на качественную сборку “Газели” и “Зайцев”...
Туча двигалась почти паралельно нашему курсу, и к трем часам пополудни она закрыла собой солнце. Ветер становился порывистым, и я, опасаясь за прочность мачт, скомандовал спускать парус и зажигать сигнальные лампы. На других кораблях повторили наш маневр, готовясь встретить непогоду.
- Всем привязать... страховки! Чан-Синь, ты почему без пояса?
- Энн-ой Дим, моя сильный. Крепко держаться!..
- Ты сейчас... член команды “Газели” и... должен выполнять приказы капитана! Смоет тебя за борт, думаешь, мы... бросимся тебя вылавливать? Нет, будешь... выбираться сам. Рисковать... жизнями других из-за твоей глупости я... не разрешу!
- Моя ошибся… Сейчас Чан-Синь привязать себя. И Ли привязать…
- Она не настолько... самоуверенная. Уже выполнила команду. Без споров!
Пока денисовец, сокрушенно вздыхая, закреплял страховочный пояс, небо совсем потемнело. По укрытым шкурами и прорезиненной тканью тюкам застучали первые капли дождя. С запада приближался шум стремительно надвигающегося ливня.
- Пратт, сколько от нас… до ближайших кораблей?
- Метров двести. Боишься… что столкнемся?
- Да, сейчас… дождь скроет… свет от ламп! Пратт, давай немного… пройдем вперёд - не дай Добрые Предки, заденем кого. Мы только… скорость потеряем, а “Зайцы”... могут и затонуть, если совсем… не повезет!
- Понял! Четверо на весла!.. Полный вперёд!...
Гребцы заняли свои места, и отфыркиваясь от потоков воды, ритмично заработали веслами. Флагман медленно двинулся вперёд, ориентируясь только по направлению ветра - использование несовершенного и неудобного водного компаса сейчас было невозможным. Десять минут мы шли наугад, и прикинув, что за это время “Газель” достаточно разорвала дистанцию, Пратт остановил гребцов. Теперь оставалось только пережидать кратковременный летний шторм…
Порывы шквального ветра стали стихать уже через полчаса, но вот дождь, хоть и перестал лить, как из ведра, все равно сильно снижал видимость. Как ни старался Л’тени, наш вперёдсмотрящий, даже взобравшись на мачту он не смог разглядеть ни одного огонька с соседних судов. Выждав ещё немного и оценив уменьшившиеся волны, Пратт, нервно выбивая пальцами дробь по мокрому борту, подошёл ближе ко мне:
- Мы уже можем поднять парус! Разворачивается и идём назад?
- Не спеши... Давай лампу, сначала нужно определится, где они. “Зайцев” могло разметать на несколько километров, наугад мы их будем до ночи искать.