Академия Парамагии (СИ)

Конфетная фея: «Умойся».
Жесткий Правдоруб: «Ради тебя даже трусы чистые надену».
Зазнобушка Номер Один: «Фууу».
Дальше шла переписка на тему того, как отвратительно, если парень не моется и не меняет белье, а также о том, что если от Правдоруба будет нести за километр, его  разоблачат в академии.
Беседа в чате меня не впечатлила – банальный флуд и треп студентов. Полезного из него я вычленила только то, что все действительно будут одеты готично. Ну что ж, хотя бы белой вороной не буду, если выряжусь. Но меня волновал другой вопрос: вот у меня есть кодовое слово. И что дальше?  Просто написать его в чат? А если оно супер секретное и его нельзя во всеуслышание вбрасывать в беседу?
Поразмыслив я написала в зеркальце Виконту Схимнику:
«Спишь?»
Ответ пришел буквально через секунду:
«Нет. О тебе думаю».
Я усмехнулась – ну да, конечно. И написала:
«Хорош заливать. Лучше подскажи, как мне кодовым словом воспользоваться. А то я сейчас его просто напишу в чат».
«Вот об этом я и думал», – пришло сообщение с улыбочкой. – «Знал, что не поймешь, как обращаться с кодом».
«А сразу дать инструкции не судьба?» – спросила я.
«И упустить возможность заставить тебя инициировать переписку?»
«Ну ты и жук», – заключила я. «Так что делать-то?»
Виконт Схимник не отвечал минут пять, и я прекрасно понимала – делает он это нарочно, чтобы я извелась и снова написала первой. Но нет, дружочек, два раза один и тот же фокус не прокатит. Так что я терпеливо ждала, сидя на кровати, и смотрела на звездное небо в окне.
К концу десятой минуты зеркальце-скажи курлыкнуло и от Виконта Схимника пришло сообщение:
«А ты быстро учишься, Леди Молния. Ладно. Я понял. В общем пометь кодовое слово звездочкой и отправь в чат».
Я удовлетворенно хмыкнула – то-то же. После чего выполнила его указание, через миг мне в личку пришло сообщение от отправителя «Три точки»:
«Пятница. Двадцать один ноль ноль. Левое крыло. Лунные подвалы. Пароль для входа «Узорочье».
Я похлопала ресницами. Такая конспирация в самый раз для шпионских боевиков. Кто бы мог подумать, что обычная, пусть и нелегальная студенческая тусовка может быть так засекречена.
Чем больше я об этом думала, тем тревожнее мне становилось, потому что секреты обычно таят в себе проблемы. И чем больше секрет, тем пропорциональнее неприятности. Я даже немного пожалела, что вообще ввязалась в эту авантюру с «Тайниками» и шпионством. Но, с другой стороны, вариантов у меня все равно не было. Поэтому, отправив Виконту Схимнику «спокойной ночи», я легла спать с решением завтра добыть себе подходящую одежду, поскольку пятница уже послезавтра.
Следующий день ворвался уже привычным стуком в дверь и требованиями Дубравы, чтобы я вставала. Из-за того, что поздно легла, и всех остальных потрясений я проспала. На занятия по физподготовке к Молоту Бревнобою на внутренний стадион академии мы опоздали на пять минут. На наше с Дубравой счастье, Бревнобой не обратил на нас внимания, он активно расхаживал по траве между Аланом Клыкером и Ясенем Бором, заставляя их отжиматься с упором ладоней в воздух. Выглядело это необычно – носки парней стоят на земле, а остальное тело висит параллельно земле и ладони отталкиваются от воздуха.
– Вы должны понимать, – вещал Бревнобой зычным командным голосом, – умение оттолкнуться от «ничего» может однажды спасти вам жизнь. И ваши заявления о бесполезности этого мероприятия – нарушение дисциплины и подрыв боевого духа.
Мы тихонько встали в конец шеренги, Дубрава шепотом спросила фею справа:
– А чего тут такое?
Та ответила так же тихо:
– Да парни заявили, что физподготовка для мага бестолковое и бесполезное занятие. Вот Бревнобой и демонстрирует им бесполезность.
– Ого, – отозвалась Дубрава, с сочувствием косясь на брата, у которого по лбу катятся крупные капли, но он не прекращает отжиматься. – И давно они так?
– С начала занятий, – сообщила фея.
Они с Дубравой трещали ещё о чем-то, но мои мысли сегодня далеки от физподготовки и местных сплетен. Судя по общему спокойствию, вчерашний инцидент с порталом в Небулан сохранили от студентов в тайне. Что хорошо. Я благодарила небо за то, что лесовичка сегодня не достает расспросами о Виконте Схимнике и о результатах контрольной – спасибо спешке и опозданию. Но она ещё может опомниться и пристать после занятий.
 
Поэтому, когда Бревнобой перестал мучить Алана и Ясеня, я вызвалась и бегать по ленте Мёбиуса, и лазать по лианам, и даже боксировать грушу, ту самую, которая дала мне сдачи. К концу тренировки я так упахалась, что только смогла помахать Дубраве, демонстративно хватаясь за сердце, после чего попросить предупредить учителя Ананду, что я сегодня не приду, и сбежать прямиком к Михе.
К медведю я направилась по нескольким причинам: Алекс зол и общаться с ним сейчас рискованно. Спрутовскую все и так задергали. А с Соловьем после вчерашнего мне встречаться пока стыдно. Оставался Миха и риск столкнуться со Свирэлью, но тут уж, как говорится, из всех зол.
В корпусе АКОПОС, как всегда, царило оживление – кто-то куда-то бежал, лифты и помосты летали от стены к стене. Маленькие пикси носились по воздуху, одна из них обругала меня, когда врезалась в затылок и рассыпала какие-то крошечные книжечки.
Преодолев это вечное столпотворение коридоров агентства, я с постоянной оглядкой – не крадется ли где Свирэль – добралась до кабинета Михи.
– О, Ярослава Воронцова! – обрадовался мне Миха с широким оскалом, который означает улыбку. – Давно тебя я не видел. Ну, рассказывай, как дела?
– Даже не знаю, с чего начать, – честно сказала я и улыбнулась, садясь в излюбленное кресло.
Михаил Валовой, конечно же, о всех деталях моей ситуации оказался в курсе. Кроме Виконта Схимника и эпизода с Соловьем, разумеется. Детали о моей вербовке в шпионы он выслушал, кивая громадной головой с густым бурым мехом, а когда я выговорилась, произнес басовито:
– Так, я понял. А от меня что нужно?
Помявшись немного, я поджала ноги на кресле и ответила:
– Да тут понимаешь… Одежда нужна для этой тусовки. Готичная какая-то. Я понятия не имею, где её брать.
Звериные глаза медведя подозрительно сузились, он хмыкнул и спросил:
– А чего ты ко мне пришла с этим, а не к Хро… Хотя нет, к Хрому понятно, почему не пошла. А вот чего не обратилась к Соловью? Он-то в девчачьих одежах тот ещё дока.
Пока я судорожно думала, что ему ответить, мои щеки покраснели и, видимо, на лице отобразилось слишком много информации, которую опытный агент АКОПОС моментально считал. Карие глаза медведя выпучились, а мохнатые брови вскинулись, он прорычал гневно:
– Соловей, ну тварь паскудная! Ну я ему помидоры-то поотрываю! Совсем молодая девка же! Вот же курощуп волочайный! Ну он у меня…
Я вскинулась и выставила перед собой ладони.
– Стой-стой-стой! Не надо помидоры!
– Да как не надо?! – ревел Миха, скомкав пергамент, в котором до этого трудолюбиво писал. – Сколько можно-то, а? И ладно когда тех, но ты-то молодая совсем! Куда полез!
– Да не трогал он меня! – выкрикнула я и страшно выпучилась на медведя в доказательство словам.
Миха даже замер на несколько секунд, дыша так активно, что широченная мохнатая грудь ходит ходуном. Только через пару мгновений он смог с большим недоверием переспросить басом:
– То есть как, не трогал?
Шумно выдыхая, я пояснила, хотя мне самой эта тема пока дается непросто – все внутри замирает, только вспомню горячие ладони Соловья:
– Ну вот так. Сказал, что я слишком хороша для него и что не даст никому меня обижать.
Миха похлопал ресницами, мне показалось даже со звуком.
– Ничего не понял, – честно сказал он.
– Я сама не поняла… – с грустью вздохнула я и поменяла тему, потому что еще не переварила произошедшее с Соловьем: – Так ты поможешь мне с нарядом? Если нет, то куда деваться, пойду к Алексу.
Все ещё изумленно косясь на меня, Миха чему-то озабоченно покачал головой, потом поскреб затылок и произнес: