Водный мир. Герилья (СИ)
— Не дождёшься, юнец!
Хм… а я ведь его за живое задел! Вон какая реакция эмоциональная! Так-то Агуэй и раньше особой сдержанностью не отличался, но сейчас это вообще что-то с чем-то. Изменился куму-пойаи, однозначно. Вот только в какую сторону? Как бы это выведать поделикатней?..
— Короче, старик! — рубанул я рукой воздух. — Выслушивать твои поучения я не намерен! По крайней мере, бесплатно! Так что давай, колись! Выкладываешь, что знаешь, потом я рассказываю, что выяснил сам. Ну а там видно будет, может, твои нравоучения и не пригодятся! Или наоборот, я сам попрошу! Да побольше!
— Да ты никак ко мне в ученики набиваешься, юнец⁈ — пришёл к парадоксальному выводу шаман.
— Охренел, что ли⁈ — возмутился я в ответ. И порывисто вскочил на ноги: — Ну и демоны с тобой! Не хочешь нормально общаться, не надо.
— Сядь обратно, — поморщился Агуэй. Он, кстати, тоже подхватился, как ужаленный. — Ладно, давай, как ты там сказал?
— Баш на баш.
— Вот это самое! — удовлетворённо кивнул куму-пойаи и уселся на песок в позе лотоса. Ну или чего-то типа того. — Что ты хочешь узнать?
— Для начала расскажи мне про неправильные отростки, — последовал я его примеру. — Хотя нет, начнём с того, как ты меня выследил. Ты же не сидишь постоянно в Паутине, правильно я понимаю?
Вот сейчас и проверим, врёт или нет. Для сидельца вид у него слишком цветущий. Я помню, каким он был, когда неделями вынужденно торчал в «изнанке». А сейчас, после того, как я прекратил преследования шаманов в целом и конкретно Агуэя, было бы слишком тупо забрасывать все дела и прятаться от собственной тени.
— Правильно, — кивнул куму-пойаи.
— А как же ты тогда узнал, что я… э-э-э… по «норам» перемещаюсь? Неужели духи гор рассказали?
— Они самые, — с лёгкой ехидцей растянул губы в ухмылке шаман. — Если бы ты жил с Паутиной столько же, сколько и я, тоже бы научился. Я её… чувствую. Независимо от того, где нахожусь.
— Что, реально⁈ В любой точке Гессионы? — натурально офигел я.
— Нет, к сожалению, — после секундной заминки признался Агуэй. — Только на островах. Но там да, в любом месте.
— Чего-то ты не договариваешь, старик.
— Ладно, ладно, демоны с тобой! — сдался тот. — Раньше мог и из других мест чувствовать.
— Раньше?
— Когда у меня был мой амулет! А не это жалкое подобие! — в сердцах сграбастал куму-пойаи ожерелье, что покоилось на его тощей груди, и злобно потряс. — Если бы только знал, юнец! Эх!..
— В ученики не пойду! — отрезал я.
— Да я уже и не надеюсь, — тяжко вздохнул Агуэй, выдав себя с головой.
Так вот, оказывается, какие у него планы! Прямо скажем, недурственные. Ну а что? Заиметь в учениках наследника главы клана, а в будущем и главу! Это ж какие перспективы открываются! Вот только я слишком упрямый и независимый. А ещё, я только сейчас осознал, что всё это время вёл себя с куму-пойаи по всем канонам аборигенской морали, то бишь юлил, обманывал, принуждал силой и всячески притеснял, тем самым демонстрируя сугубо положительные качества. Ну и как такого в ученики не взять? Вот он и размечтался…
Ладно, замнём для ясности.
— То есть ты прямо сейчас можешь сказать, сколько человек и куда перемещаются по Путине? Вот так, не сходя с места? — вернулся я к конкретике.
— Если приложу определённые усилия, — кивнул шаман с усмешкой. — Ну и если захочу, конечно. Но для этого меня надо… как там пропойца Качи говорил? Модное словечко… замотивировать, вот!
— Могу перейти в режим «разговора», — многообещающе потянулся я к рукояти ножа-«бабочки».
— Ладно, ладно, замотивировал, юнец! — сдал назад Агуэй. — Тебя интересуют, э-э-э, твои люди?
— А что, в Паутине — в смысле, в нашей, гессионской, есть ещё какие-то? — насторожился я. — Или ты на своих бывших учеников намекаешь? Есть причины их опасаться?
— Этих-то? — многозначительно задрал бровь куму-пойаи. — Этих всегда нужно опасаться! Чуть зазевался, и у тебя уже нож в спине! Но ученикам так и положено, юнец. И нет, я не про них. Для тебя и твоих людей они не опасны, потому что вы… ещё одно модное слово… не вспомню…
— Не конкуренты? — подсказал я.
— Вот-вот, они самые! — обрадовался шаман. — Народу архипелага с вами делить нечего, тем более, в Паутине.
— Тем более что дядька Митяй им кое-что объяснил популярно, — поддакнул я.
— И это тоже, — и не подумал смутиться Агуэй. — Твой воин бывает очень убедителен. Даже завидую. Чуть-чуть.
— Значит, есть кто-то ещё? — вернулся я к насущной проблеме.
— Прямо сейчас — нет, — на мгновение прислушавшись к себе, мотнул головой шаман.
— Э-э-э… извини за занудство, старик, но никого нет где? В Паутине под архипелагом?
— Нет, во всей Паутине в целом, — обломал меня собеседник. — За другие миры не скажу, но у нас нет.
— Ладно… а нет вообще никого, или?..
— Или, юнец, — снисходительно усмехнулся куму-пойаи. — И хватит меня проверять, я говорю правду. Сейчас в Паутине дон Эухенио с твоей женщиной, и трое моих бывших учеников. Ученики на архипелаге, а твои люди…
— Не отвлекайся на мелочи, старик! — прервал я демонстрацию возможностей шамана. Больно уж он самодоволен, аж светится от важности. И на всякий случай уточнил: — А представителей каких-то других разумных видов нет? Или сначала объяснить, что за другие разумные виды?
— Не надо, я видел! — отверг моё предложение шаман.
— Ну и где же? — удивился я.
— У пропойцы Качикано на планшете, где же ещё? — пожал плечами Агуэй. — Он ведь любил перед подданными похвастаться, а я у него из всех подданных был самым важным. Вот он меня и… награждал.
— За верную службу? — не удержавшись, хмыкнул я.
— Нет, за то, что я его не убивал, — ощерился Агуэй.
— Кстати, а почему? — ухватился я за оговорку.
— Почему не убивал? — переспросил куму-пойаи.
— Угу.
— Потому что смысла не видел, — снова пожал плечами мой собеседник. — Сам посуди, юнец: зачем мне во главе народа какой-то молодой и горячий выскочка, когда Качи проверен десятилетиями? Очень долгими десятилетиями?
— То есть ты уже натренировался им манипулировать, — перевёл я с шаманского на нормальный язык.
— И это тоже, — ухмыльнулся Агуэй. — Но мы как-то уживались… пока ты не припёрся, юнец!
— Ой ли? Уверен, что всё именно с меня началось? Может, у самого рыльце в пушку?
— Чего⁈
— Ну, сам накосячил! А моё появление — это уже следствие из твоих собственных ошибок, старик.
— Возможно.
— Ладно, не суть! — отмахнулся я. — Ты так усиленно намекаешь на некую, э-э-э, третью силу, что я не могу это игнорировать. Давай-ка, расскажи про неправильные отростки. Ну и про твой поисковый алгоритм заодно. Наверняка ведь они между собой связаны?
— Возможно.
— Не беси меня, старый дурень!
— Пытаюсь, но ничего не могу с собой поделать, — мстительно рассмеялся куму-пойаи. — Ладно, ладно, всё! Дело есть дело.
— Хорошо, что ты это осознаёшь! — скрипнул я зубами, сдержав крепкое словцо. — Я слушаю!
— Тут всё очень просто, юнец, — зашёл Агуэй издалека, — чем дольше живёшь в Паутине, чем больше пользуешься «слезой ангела», тем сильнее с ней… как бы это попроще… сродняешься, что ли? Амулет превращается в часть тебя самого. И потерять его… ну, ты понял…
Ну да, теперь и до меня дошло, почему для куму-пойаи потеря артефакта стала таким ударом. Это, как выяснилось, не просто инструмент, это фактически дополнительная часть тела. А я эту часть варварски отсёк. Естественно, Агуэй взбеленился! Это же как заново учиться ходить без одной ноги, или делать повседневные дела без одной руки. Понятно, что тут необходима соответствующая реабилитация. Хотя к данному моменту, судя по его цветущему виду, она успешно завершилась — новая «слеза» «вросла» в шаманскую душу не хуже старой. Вот только функционал у неё здорово урезан. Впрочем, это дело наживное. Плюс у Агуэя теперь есть цель в жизни — восстановить былые возможности. Так что пусть спасибо скажет, что я его не грохнул. Да и потом преследовать не стал…