В подземелье я пойду, там свой level подниму X (СИ)

— Чего?
— Упс, похоже вышло небольшое недоразумение. Не знал, что вы очень некрасивая девушка, а не такой-себе парень. — извиняясь улыбнулся я, и откинулся на свое место.
Девушка угрожающе прищурилась.
— Ах ты…
— Хотя… — я прищурился. — Фемкам же не важно кто их возвышает, правильно? Так чем мы хуже?! Тоже можешь по двадцать часов в сутки стоять с нами в забастовке держа в руках плакат! — широко улыбнулся я, и показал большой палец.
Почему я ее подначивал? Дело не в том, что я не могу отличить парня от девушки — очень даже могу, тем более такую красавицу. Просто — это та самая барышня, которая утром чуть было не устроила мне «майский дождик» из ближайшей лужи. Это была моя месть.
— Эй, я вам не мешаю? — раздраженный рык пронесся по всему актовому залу. — Может мне приостановить свою речь и позволить вам наговориться?
Я удивленно посмотрел на Вениамину. Вот уж не думал, что она окажется настолько чокнутой, чтобы прерваться посреди такого важного мероприятия. Оглядевшись и убедившись, что все смотрят на меня, я вздохнул и благодарно улыбнулся девушке.
— Что вы, уважаемый представитель. Спасибо что поинтересовались — я это оценил. Но, уверяю, вам не о чем волноваться — наоборот, ваши громкие речи отлично маскируют обсуждение действительно важных идей и планов. Так что, продолжайте, не стесняйтесь. Я тоже постараюсь как можно большее число людей склонить на свою сторону.
Девушка побуравила меня недовольным взглядом, после чего развернулась и ушла за кулисы. Я уж было подумал, что она собирается наказать меня за дерзкое поведение, но Вениамина просто ушла в класс, где сразу после церемонии должны были начаться занятия.
Там я ее и встретил.
— Ты… — зло посмотрела она на меня, но я прошел мимо и сел на свое место, полностью ее проигнорировав.
Я не могу с ней нормально общаться из-за ее отношения ко мне. Она люто ненавидит мужчин. А Вилфорда она ненавидит в десять раз сильнее. Не сказать, что ублюдок не заслужил такого отношения, но раз Вилфордом теперь являюсь — вся эта ненависть направлена на меня.
Чтобы я не сказал или не сделал — это будет выглядеть жалко. Если буду огрызать — это похоже на обиду. Если буду игнорировать — то же самое. Если буду добродушным — может подумать, что я просто поменял тактику подката…
Единственный способ как добиться желаемого результата — это грамотно балансировать между этими крайностями. Что я, собственно, и собираюсь делать.
Правда, для этого мне, возможно, придется привлекать излишнее внимание, но, уверен, даже без этого с меня глаз не будут спускать. Наоборот — плохое поведение может мне быть на руку, если я не хочу, чтобы вокруг меня вечно ютились девушки.
Думая об этом, я сидел на своем месте и смотрел в телефон.
— А? — удивленный голос привлек мое внимание.
— Ты ведь тот пацан…
Прямо вслед за мной в класс вошел тот самый парень, над которым сегодня издевались старшеклассницы.
— Да, здравствуйте… — неловко улыбнулся он и почесал затылок. — Мое имя Лукатиэль. Лукатиэль фон Айнцберн.
[Лукатиэль Фон Айнцберн. 9 ур.]
— Немец, что ли? — предположил я, на что тот смущенно кивнул. — Вилфорд Грэг. Рад знакомству, — махнул я ему рукой.
— Да, я тоже, — улыбнулся он чуть увереннее. — Я уж было боялся, что буду единственным парнем в классе…
— Ну, учитывая, что на всю школу и десяток парней не наберется — это было весьма вероятно. — согласился я, и ужаснулся от такой перспективы. — Повезло что я не один такой…
Лукатиэль оказался неплохим парнем — без учета неуверенной натуры, разумеется, но было бы странно если бы он был другим. Спокойный, немного отстраненный, но достаточно умный — он произвел на меня хорошее впечатление.
Думаю, будь я на пару десятков лет младше, и ходи в эту школу как настоящий ученик — несомненно взял бы шефство над парнем и защищал от всего лишнего.
Лукатиэль был слабым. Очень слабым. Даже представить не могу, как так получилось, что его приняли в магическую академию. Но предположу, что из-за связей — он вроде сказал, что его родители были потомственными Магами.
 
С парнем мы говорили достаточно долго. Он оказался весьма интересным человеком, причем, не слишком разбалованным этим миром.
— Слушайте, господин Вилфорд, так вы брат госпожи «Сакуры»?
Сакура — это прозвище данное моей сестре из-за цвета ее волос и способностей. И, должен сказать, хоть всю ее силу по достоинству и не ценят, но Керолайн все равно весьма популярна среди обычных людей.
— Попытаешься за ней приударить, порежу на мелкие кусочки. — холодно произнес я, и мои глаза засияли красным.
Даже если Керолайн по факту и не являлась моей сестрой, реакция у меня была такой. Наверное, сказалась душевная травма связанной с конкретной парочкой.
— Н-нет, что вы! Я бы даже не подумал! — заверил меня Лукатиэль. — Просто… я восхищаюсь вашей сестрой… Она очень сильная — в таком молодом возрасте она уже стала одной из самых сильных государственных Магов. Каждый день она сражается со Злодеями и спасает людей. Я тоже хотел бы стать таким же…
— Ты что, всеми государственными Магами восхищаешься? — вдруг понял я.
— Д-да… стать государственным Магом — это моя мечта с самого детства. — смущенно признался он
— Слушай, Лукатиэль… а где в классе твое место? — прищурился я.
— К сожалению, мы не соседи, — неловко почесал он затылок. — Я сижу там — последнее место у окна…
Что я мог на это сказать?
«Вирус, это то, о чем я думаю? — осторожно спросил я.»
[Ага, то самое.
Пацан избран «Путем». Причем, не как Игрок, а как «Избранный». Типа, его ждет большое будущее, и немаленький гарем из настырных девушек, которым он не сможет отказать из-за своего неуверенного характера. Хотя любить он будет только одну — ту самую мужененавистницу Вениамину]
У меня чуть глаз не задергался. Ну серьезно, такое клеще…
«Неужели все сидящие на задней парте у окна — такие особенные люди? — задался я закономерным вопросом.»
Как-то мы с Гилом обсуждали «теорию Главного Героя». Если упростить — это был список клеще, которые могут работать в реальном мире. И «задняя парта у окна» — это первый пункт в этом списке, которые мы поклялись проверить. Второй пункт утверждал, что Главный Герой гаремника останется с девушкой, которую показали первой. А третий пункт касался спасения красавицы — действительно ли девушки влюбляются в тех, кто их спасает.
Учитывая, в каком мире я оказался, я не мог себе отказать в удовольствии посмотреть на историю этого «Избранного». И если реальное будущее — это что-то очень сложное, где есть тысячи переменных, то вот в предполагаемое будущее заглянуть я могу.
Мои глаза засияли, и я начал наблюдать за этой историей.
Гаремник. Нет, не так. Откровенный Гарем с множеством девушек в самом конце, могучей силой и всем самым прекрасным в проходных историях.
Мне потребовалось десяток секунд, чтобы посмотреть одну из вероятностей развития событий.
Вилфорд и Лукатиэль стали бы врага. Добрый Немец, росший всю жизнь в лесу, где его скрывал дед, обладал чудовищным потенциалом к магии. И вот сейчас, попав в академию, он должен был раскрыть этот потенциал.
Почему именно сейчас? А потому что магия эта завязана на чувствах, а в частности, на похоти.
Началось бы все с того, что Лукатиэль узнает о скверном характере Вилфорда, который мучает первую из девушек в гареме — ту самую ныне мертвую служанку. Лукатиэль бедную девушку спас, попутно избив парня своим превозмоганием и большой случайностью. Вилфорд будет исключен из школы, и на время выпадает из истории.
 
Немного позже Лукатиэль находит друга в лице старосты, которая оказывается маньячкой, готовой на все ради силы — она собирается использовать ритуал и забрать силы всех в школе себе. Но бравый Главный Герой ее останавливает, попутно спасая Вениамину, тем самым привлекая внимание девушки, которая становиться чуть более терпимой к мужчинам — а точнее к конкретному мужчине. Так расширяется гарем Лукатиэля.