Беременна из-за развода (СИ)

— А ты далеко живёшь? — спрашиваю я в надежде провести время вне этой ужасной квартиры.
— Соседний дом. Хочешь в гости? — усмехается Пётр, и я киваю.
Мы спускаемся, выходим на улицу, проходимся по улице, вновь поднимаемся и оказываемся в маленькой однушке. Усмехаюсь. Примерно с этого мы и начинали в нашей совместной жизни.
— У тебя же много денег, чего ты не снимешь или не купишь нормальную квартиру? — качаю головой, осматривая комнатку.
— Потому что это единственная квартира рядом с тобой, - Пётр пожимает плечами. — Вдруг я понадоблюсь тебе или нашему ребёнку?
Киваю: он как никогда прав. Он рядом, и наши чувства, похоже, так же сильны, как и раньше. Он смотрит на меня таким тёплым, проникновенным взглядом, и я не могу сдержать довольную улыбку.
— Если хочешь, оставайся с ночёвкой, я лягу на полу, — отмахивается Пётр, но мы оба знаем, чем кончится этот вечер.
Срываюсь с места, висну на его плечах и горячо целую его в губы.
— Ты же понимаешь, что после этого мы официально в отношениях? — хитро спрашивает он, хоть и готов к новым подвигам.
— Да хоть снова женись на мне, — усмехаюсь в ответ.
— А я тебя за язык не тянул, — дразнит меня, прижимая к скрипящей кровати.
Это временные трудности, главное, что мы вместе, несмотря ни на что.
Эпилог 
Олеся 
Мою шутку Пётр воспринял серьёзно и уже на следующий день потащил меня в ЗАГС подавать заявление. Там на нас смотрели как на дураков, но я впервые за последние несколько месяцев почувствовала себя счастливой.
В конце концов, зачем оттягивать неизбежное. Мы расставались не потому, что чувства иссякли, а потому что таковыми были обстоятельства. И ни я, ни Пётр не могли противостоять этому.
Конечно, мне было бы проще, скажи он правду, но у него тогда не было никаких надежд, что мы снова сможем быть вместе. И, если бы не Милена...
Они, кстати, пригласили нас на свадьбу, и я узнала об этом чуть ли не в последний момент.
— ОЙ, я думал, что тебе это будет неинтересно. Но если хочется повеселиться, то надевай своё новое платье, свадьба завтра, - пожимает плечами Пётр, как будто ходит на такие праздники чуть ли не каждый день.
— В смысле неинтересно!? Там халявная еда! Меня только отпустил токсикоз, и я ем за двоих, ты забыл? — с улыбкой упрекаю его. На свадьбу я хочу не поэтому.
С наслаждением смотрю на невесту в красном платье чуть выше колен. Ей действительно не подошло бы длинное белое платье. Да и она не стереотипная невеста.
Сегодня она настоящая. Счастливая. Красивая. Не изображает куклу, а является собой. Не представляю, сколько Милена пережила и сколько натерпелась от своего ужасного отца, который смотрит прямую трансляцию из тюрьмы. Морщится, ненавидя жениха. Морщится, но не имеет права голоса, потому что ему даже аудио не подключили. Удивительное рядом.
— Боже, я так рада, что вы пришли! - уже в ресторане говорит мне Милена. - Пётр сначала отказался, и я немного расстроилась.
— Да он мне даже ничего не сказал, - ворчу на своего будущего (опять) супруга.
— А вы с ним... - Милена начинает водить указательным пальцем с меня на Петра и обратно.
— Да. Решили попробовать снова.
— И это правильно! Жизнь так коротка, чтобы быть вдали от любимых! Она так коротка, чтобы не получать от неё удовольствие! - Милена произносит небольшую речь, которая трогает до глубины души.
После происходит старинный обычай — невеста кидает свой букет, и неожиданно его ловлю я.
Это забавное совпадение, я буквально через три недели выхожу замуж.
Но в этот раз, пожалуй, мы просто распишемся. Обойдёмся без медового месяца. Не хочу, чтобы наш праздник испортил кто-то ещё.
Тогда мой отец напился, дебоширил, разбил окно в ресторане, и с тех пор мы не общаемся.
С мамой я перестала общаться после того случая. Это было даже обоюдным решением, потому что матушка искренне обиделась, что суд запретил ей приближаться ко мне и к моим детям.
«Буду права, Пётр тебя вновь бросит, ко мне не смей приходить». Не стала говорить, что она будет последним человеком, к которому я обращусь в случае своих проблем.
  
Некоторое время мы с Петром живём на съёмной квартире, и мой жених продает ту квартиру, и мы ищем новую. Я пережила случившееся, но так и не смогла вернуться туда, где со мной пытались сделать страшное.
В итоге Пётр находит замечательную квартиру с видом на реку, с чудесным ремонтом и свободной комнатой под детскую. Я соглашаюсь, и вскоре мы переезжаем в наш новый дом.
По иронии судьбы тот цветочный магазин, в котором я работала, в соседнем дворе. Очень хочется вернуться к цветам, но его продают. Лерка жалуется, что хозяйке надоел её бизнес. Пётр внимательно слушает жалобу гостьи и говорит:
— Слушай, может, я его куплю, и ты станешь его хозяйкой? — интересуется он, а я аж вздрагиваю.
—Помню, как сильно ты этим горела. Так оно будет приносить тебе деньги, и ты будешь заниматься любимым делом.
Улыбаюсь, услышав это. У самой аж сердце стучит от предвкушения.
— НУ, не знаю, - пытаюсь отнекаться я. - Только если ты уйдёшь в декретный отпуск, - я отшучиваюсь, но Пётр абсолютно серьёзен.
— Не проблема. Тем более цветочный недалеко; если что случится, будем вместе. — У меня аж сердце перехватывает от такого предложения.
Я соглашаюсь. А кто я, чтобы спорить с собственным мужем? Через неделю я становлюсь полноценной бизнес-леди, и улыбка не сходит с моих губ.
Пётр
Я помню, как она хотела эту вечеринку. Не понимаю, почему отказалась от этого. Может, это было связано с временным расставанием?
В любом случае срок её беременности подошёл, и я заказал эту услугу — сделать воздушный шар с определением пола.
Пока Олеся была на работе, усиленно готовился к вечеринке-сюрпризу в честь ребёнка. Всё-таки не хухры-мухры -— почти семь месяцев дитю. Хочу порадовать любимую жену, которую второй раз потерять не хочу.
Помогают мне организовать всё это три замечательные женщины, которые нашли общий язык: моя мама, Лерка и Милена. Милена занимается украшением дома, Лерка следит за передвижением своей начальницы-подруги, а мама — за едой.
Я только и делаю, что бегаю по поручениям. Благо Витур помогает: мы очень сдружились с ним.
Как-никак, деловые партнёры. Периодически празднуем, что общий враг до сих пор гниёт в тюрьме.
В назначенный день у нас всё готово, и я стою, как дурак, посреди зала с чёрным парящим шариком.
Поскорее бы его взорвать и увидеть цвет конфетти.
Лерка уже отписалась, что напросилась проводить Олесю домой. Ни о чём не подозревающая жена спешит на праздник в честь нашего малыша.
Щёлкает входная дверь, девушки заходят в квартиру, о чём-то весело болтая, а затем проходят в гостиную, где мы хором кричим:
— Сюрприз!
Олеся сначала вздрагивает, после интересуется, нахмурившись:
— Что это такое?
— Вечеринка в честь ребёнка, о которой ты когда-то мечтала, — горделиво произношу я.
— Ты не забыл! — со слезами на глазах Олеся кидается ко мне на шею, и я обнимаю её, попутновдыхая аромат её тела.
— Боже, беременные такие сентиментальные, — моя мама вытирает свои слёзы.
Вечеринка идёт своим ходом. Кто-то пьёт, кто-то ест, кто-то общается. Мама периодически устраивает очень смешные конкурсы, после которых казна будущего ребёнка пополняется магическим образом. Но, самое главное, Олеся смеётся.
Наступает миг, когда пора торжественно взорвать тот самый шарик, и мы с Лесей встаём подле него. Тыкаем в него ножницами и смеёмся, потому что он никак не может лопнуть.
— Ну, молодёжь! — ворчит мама, достаёт свою заколку-невидимку и с лёгкостью взрывает шарик.
Розовое конфетти наполняет комнату.
— Это девочка, девочка! - кричат все, кто-то радостно, кто-то с грустью.
— Ну вот, не будет наследника фамилии, — добавляет кто-то из моих друзей.