Невинность с секретом (СИ)
Грудь сжимает ноющей болью — я хочу думать о драконе! Хочу его представлять и мечтать о его теле…
Хочу его! И это безумие действительно пугает.
Что, если мне не преодолеть магическую связь между нами? Что, если я всегда буду стремиться к нему в логово? К нему в постель?
Что, если я на самом деле его истинная пара?!
Шею сковывает холодок ужаса, а в груди будто разрастается пламя.
— Спокойно, — шепчу себе. — Давай решим всё как цивилизованные люди. Да, есть некая связь, и она действует на меня всё сильнее. Будем считать, что Тагел — мой любовник. Нужно лишь установить условия нечастых встреч, чтобы потушить это желание.
Представляю, как я заявляюсь в спальню Тагела и предлагаю это, как вырывается смешок. С другой стороны, рано или поздно дракон освободится от проклятия и выберется из своей берлоги. Тогда. Будет ли он мстить? Даже не сомневаюсь! И все мои усилия сохранить мир в этом королевстве пойдут прахом.
Надо действовать умнее. Не отгораживаться от иен Огаута, а попробовать использовать его власть. Как действовали многие великие женщины в прошлом. И как поступают обычные, такие, как Галина в моём мире или Габель в этом.
Вот только я не стратег, а скорее воин. И уже наломала дров.
— Но с принцем пока получается, — напоминаю себе и, щурясь от утренних лучей, улыбаюсь. — Потому что нет другого выбора, потому и получается.
Касаюсь кулона и думаю о том, что и с драконом скоро выбора не станет. Моя страсть растёт, заглушая и страх настоящей Лексии, и её ненависть.
Мне придётся учиться быть такой, как Габель. Уходить с поля боя и брать игру в свои руки. Руководить передвижением пешек, стражей и даже королей. И от осознания этого замирает сердце, становится по-настоящему страшно. Потому что появляется огромная ответственность и опаска, что я попросту не справлюсь. Я никогда не стремилась даже получить руководящую должность.
— Отсидеться на попе ровно не получится всё равно, — горько усмехаюсь я, ёрзая на спине лошади. — Ни в этот раз, ни в следующий. Я уже втянута в игру и выйти не удастся. Если хочу жить. Но я могу выбирать, кем я буду в этой партии. Воином? Королевой? Или тем, кто двигает фигуры?
К замку короля я подъезжаю, чувствуя себя другим (новым!) человеком. Будто две женщины во мне — Лексия и Александра — объединились. Словно родилась новая личность, с которой мне ещё предстоит познакомиться.
«Кто ты?» — спросил меня полупрозрачный торн.
«Кто я?» — задаю себе тот же вопрос, одним взглядом заставляя стражу слушаться.
— Требую немедленной аудиенции короля! — Я даже голос свой не узнаю. И не понимаю, почему захожу с главного входа, а не пытаюсь встретиться с Габель и действовать через неё, как собиралась. — Передайте Его Величеству, что принцесса Лексия Нибб привезла срочные вести от Его Высочества.
Король доверяет только сыну? Так я воспользуюсь этим. Подам заговор так, будто его раскрыл Леастер. Пусть принц выкручивается как хочет. А с моей стороны это будет шах! Или как минимум ход конём… Без седла. За два золотых.
— Ваше Высочество, — склоняется передо мной незнакомый лорд. — К сожалению, вынужден сообщить, что король ещё с ночи выступил со своим войском и сейчас на пути в столицу Фарамана.
Выдыхаю с ужасом. Я опоздала!
Глава 36
Беру ледяные ладони Габель в свои и смотрю в её заплаканные глаза.
— Как же так?
— Не знаю, — сжимается она и опускает голову, содрогаясь в беззвучном рыдании. — Всё произошло так быстро. Я не понимаю!
Я решительно поднимаюсь.
— Нам нужно попасть в кабинет короля.
— Лексия! — пугается Габель.
— Идём, — спокойно прошу я. — Или ты думаешь, что кто-то посмеет остановить жену принца?
Видимо, что-то в моей улыбке убеждает её, и жена советника поднимается. Я не дала себе времени ни отдохнуть, ни переодеться, у меня ноет всё тело так, будто я на ночь попала в руки инквизитору. Но всё это не важно. Интуиция зовёт меня в кабинет короля, и там мы найдём ответы на вопросы.
— Его Величество собирался отбыть после бала в честь Имори, — шепчет Габель.
— Знаю, — болезненно кривлюсь я.
Потому и спешила вернуться. Жаль, что поддалась панике и растерянности. Останься я во дворце короля, возможно, мне удалось бы предотвратить трагедию.
С другой стороны, трагедии ещё не произошло. Да, я не успела предупредить короля о готовящейся засаде, но не вернись я в замок принца, и не узнала бы о ней. А как иначе я бы смогла отговорить Его Величество от личного участия в походе?
Никак. И принц, будь он здесь, не позволил бы поговорить с королём.
Всё случается наилучшим образом, главное — сделать выбор и следующий шаг.
Мой — это приказ открыть кабинет короля. Стража повинуется беспрекословно, и Габель выдыхает с облегчением, но поглядывает на мрачных воинов с некоторой долей опаски. Я же приближаюсь к столу и ищу ещё одно послание. От короля Грибуна или ещё кого-то.
— А что ещё могло заставить короля в одночасье изменить решение? — И отвечаю подруге на невысказанный вопрос. — Письмо точно есть. Но…
— Его Величество мог забрать его с собой, — заканчивает за меня женщина. — Или уничтожить.
— Или спрятать, — вспоминаю послание от настоящей Лексии. — Если там было нечто особо важное.
— Например? — интересуется Габель.
— Например, информация от неизвестного доброжелателя, где именно держат единственного наследника Фарамана.
— Ох, — прижимает она ладонь к бледным от волнения губам. Справившись с эмоциями, кивает: — Это как раз то, что муж бы не смог мне рассказать.
— И заставило бы короля поспешить, — вздыхаю я, так и не обнаружив тайника. — Но это лишь моё предположение.
— Уверена, так и было. — Габель берёт меня за руку и осторожно тянет к выходу. — И мы можем убедиться в этом.
— Как? — бросаю на неё непонимающий взгляд, но тут же догадываюсь: — Идём!
Стражники радуются, что мы покидаем кабинет короля, запирают за нами двери, а я следую за женой советника. Разумеется, король не стал бы прятать важный документ у себя. Он поручил бы сделать это тому, кому действительно доверяет. А муж доверяет Габель, и она наверняка знает все тайники в его кабинете.
Наконец-то мне везёт!
Кабинет советника в разы меньше, чем королевский, а может, это впечатление создаёт многочисленная мебель, начиная от секретеров, заканчивая множеством сундуков. Никакой стражи у дверей, тишина в коридоре, и лишь со двора доносятся вялые переругивания слуг.
Габель запирает двери и быстро направляется к секретеру. Дверцы, которые она открывает, заставляют меня усомниться в законах физики. А может, это магия?
Закончив с секретером, женщина переходит к большому столу, у которого тайники есть даже в ножках! Но послания не обнаруживает и там. И лишь сдвинув большую картину, вскрикивает от радости.
Я улыбаюсь, не веря, что и в этом мире используют такой популярный трюк, но за картиной сейфа не вижу. Габель царапает ногтем по холсту с изнанки, и, проявляясь, на пол падает лист бумаги. Грязный, в пятнах крови и с тёмным подпалённым краем, он производит удручающее впечатление.
Схватив его, Габель быстро пробегается взглядом по строчкам и поджимает губы. Протягивая мне, смотрит обречённо, и я читаю без всякой надежды на хороший исход. Каждая строчка разбивает остатки веры в спасение королевства.
— Значит, принц жив, — бормочу я, перечитывая послание снова и снова. — Но Грибун не знает точно, где его прячут. Лишь указывает связного, некого Головореза… Уже подозрительно. Похоже на кличку разбойника. И умоляет спасти мальчика, а не его самого. Поручает опеку Ниббу, что ещё сильнее смахивает на ловушку.
— Согласна, — бледнеет Габель. — Это фактически просьба быть королём Фарамана до совершеннолетия мальчика.
— Умно, — усаживаюсь я на стул и не сдерживаю стона от боли в ногах.
— Вам надо отдохнуть, — тут же переключается леди Итлеси. Забирает у меня послание и прячет его в самом надёжном месте — в декольте. Помогает мне подняться и ведёт к выходу. — Никаких возражений! Сначала ванна с целебными травами, затем плотный ужин и сон. О великая Имори! Не представляю, как вы провели всю ночь на лошади и без седла!