Невинность с секретом (СИ)

Как Олег нашёл.
Поджимаю губы и, развернувшись, двигаюсь к выходу из тронного зала. Сегодня Его Величество отбывает в свой дворец и берёт меня с собой. Это моя награда за исполненное задание. А туз в рукаве я пока приберегу.
— Леди, как всё прошло? — бросается ко мне Лицина, стоит закрыться дверям.
Я мельком смотрю на лакеев и едва заметно качаю головой. Даже у стен есть уши, и слуги не упустят возможности впитать как можно больше информации о той, что вырвалась живой из логова дракона.
Разумеется, меня не ждали обратно. И пусть Леастер разливался сладким сиропом о нашей будущей счастливой жизни, сейчас я понимаю, что это лишь слова. Пройди всё по сценарию принца, я бы не выжила. Что бы сделал колдун с женщиной, которая проснулась рядом с мёртвым драконом?
Ёжусь и следую за камердинером, который показывает нам дорогу в покои принцессы. И знать не хочу! А вот бедняжка Лексия даже не сомневалась в том, что с ней будет. И предпочла умереть невинной и влюблённой, чем опороченной убийцей дракона и с разбитым сердцем. Теперь я не сомневаюсь, что девушка отравила себя.
Расправляю плечи и холодно киваю мужчине в ливрее, отпуская его. Когда двери закрываются, расслабляюсь и практически падаю на огромную кровать.
— Ох, какое же слабое у меня тело!
— Леди, а ну поднимайтесь, — тянет меня служанка. — Я помогу вам принять ванну и переодеться.
Вставать не хочется совершенно. Я так устала, что могу заснуть и стоя, держусь лишь за счёт силы воли, но при звучании соблазнительного слова «ванна» подушка чудесным образом перестаёт казаться самым желанным предметом в мире.
Пока я нежусь, позволяя Лицине омывать моё натруженное и едва живое тело, и наслаждаюсь тёплой и ароматной водой, служанка внимательно выслушивает мои планы. Кивает и с лёгкой обидой в голосе радует меня:
— Разумеется, я еду с вами! Я боялась, что вы бросите меня…
— Почему? — удивляюсь я. — Ты не поверила моему обещанию и всё равно помогла сбежать?
— Я простая девушка, — пожимает она плечами, — а вы — принцесса!
Качаю головой, не понимая то, что для Лицины кажется очевидным. Стискиваю её ладонь:
— Я никогда не брошу тебя. Ты спасла меня от верной смерти, и я хочу, чтобы мы стали подругами.
Она судорожно втягивает в лёгкие воздух и часто-часто моргает. В свете свечей я вижу, как на густых ресницах девушки сверкают слёзы, и улыбаюсь. Так приятно обрести в чужом мире друга!
С этой мыслью я и начинаю дремать прямо в воде. Едва понимая, что делаю и как, позволяю Лицине вытащить меня и довести до кровати, где засыпаю, даже не коснувшись головой подушки.
И попадаю в лабораторию колдуна. Явственно чувствую пыльный аромат старой бумаги и пряный дух сухих трав и с ужасом смотрю на спину стоящего передо мной мужчины.
О нет!
  
Глава 20
 
Примораживаюсь к месту, не понимая, как сюда попала. Едва дышу от охватившего меня ужаса. Неужели колдун не только может перемещаться сам, но и способен переносить других? Прикосновение я бы ощутила — это незабываемо! Может, телепортация? Вызов с помощью зелий или пентаграмм? Но почему тогда он не воспользовался этим ранее? Зачем было тащиться в карете, если мог вызвать меня вот так? Или не мог?..
Вопросы роятся, вытесняя страх, наполняя меня адреналином по горлышко.
Ясно, зачем меня вытащили.
Колдун обнаружил мёртвого дракона и решил отомстить. Возможно, он не бросился за нами в погоню, потому что пытался спасти Тагела. Но теперь.
Убьёт меня!
Прижимаю ладонь ко рту и сдерживаю стон. Грудь давит так, что невозможно дышать. И не от страха перед смертью, — я уже умирала, не так это и ужасно, — а при мысли о длинноволосом блондине. Не знаю почему, но каждый раз, как подумаю о нём, сердце щемит так, будто я очень больна. Мотаю головой и пытаюсь, выбросив дракона из мыслей, придумать путь спасения.
Может, торн ещё не знает, что я здесь? Что, если его ударить вот этой деревяшкой и снова сбежать? Вернуться во дворец и обратиться к целителю… Есть же способы защититься от магии? Я готова хоть засушенную лягушачью лапку сгрызть!
 
Тянусь к загадочному изделию, назначение которого мне непонятно, но вдруг осознаю, что не вижу своей руки. Её нет. Опускаю взгляд на свою грудь, живот, ноги.
Меня нет!
— Что ты там ищешь?
Лишаюсь дыхания и, кажется, даже самой жизни. Резко поворачиваюсь к приоткрытой двери, за которой вижу Тагела. Золотые глаза сияют, губы кривятся в едва заметной усмешке.
Дракон жив! И он обращается ко мне?
Ощущаю дурноту и покачиваюсь, но вовремя напоминаю себе, что у меня нет тела. Значит, тошнить меня не должно, да и упасть в обморок не получится. Тагел смотрит не на меня, а сквозь меня, на читающего колдуна. Значит, не видит!
Может, это сон? Да, ощущаю запахи. Да, не вижу своего тела. Но это лишь видение. Ведь дракон мёртв! А я сейчас во дворце принца.
Мысль успокаивает, и я уже без страха наблюдаю, как в лабораторию, пригнувшись, чтобы не удариться головой, входит Тагел. Его длинные белоснежные волосы соскальзывают с плеч и на миг заслоняют прекрасное лицо.
Жаль, что это существо — сжигающий людей монстр.
— Ты давно знаешь послание Дризеавайса наизусть.
— Я не понимаю, — глухо отвечает колдун, склоняясь над заключённой в стекло книгой ещё ниже. — Почему именно она?!
— Чужая женщина, невинная дева, — пожимает плечами Тагел. Он опускается в кресло и, положив ногу на ногу так, что сквозь ткань брюк выделяются очертания мышц, приподнимает светлую бровь: — Ты сам подсказал идею о праве первой брачной ночи и оказался прав. Что тебя настораживает?
— Она не похожа на истинную, — хрипло возражает колдун и передёргивает плечами: — Девка попыталась вас убить!
— Почти выдохшееся проклятие на это не способно, — гадливо скривился дракон и, откинувшись, скрестил руки на груди. — Может, ещё сто лет назад оно бы сильно навредило мне, но теперь это не более чем досадная неприятность.
— Тем не менее девчонке удалось лишить дракона преображения. — Колдун хватается за голову и медленно оседает перед Тагелом. — Это моя вина. Я был недостаточно внимателен, проверяя её вещи.
Склонив голову, он замирает, будто предоставляя дракону отрубить её. Но Тагел отводит взгляд:
— Если бы обнаружить проклятия было так же легко, как банальные артефакты…
В голосе его звучит безмерная печаль, но Тагел замолкает, не завершив фразу.
— Я должен был открыть ту шкатулку, — горестно стонет торн. — Но решил, что там обычные драгоценности.
— Открыл бы и выпустил проклятие, — резонно замечает Тагел. — Оно нашло бы меня через день или два. Лучше так. Я предпочитаю знать, что со мной происходит.
— Вы должны злиться на меня! — восклицает колдун.
— Я и злюсь. Ты позволил истинной покинуть меня.
— Я сомневаюсь, что она истинная, — упрямо возражает тот. — Вы сами говорили, что почуяли в первую встречу нечто странное. Будто перед вами не один человек. Я перебрал немало книг и теперь точно знаю, что она такое.
— И? — Тагел сплетает пальцы в замок и прищуривается. — Что же она такое?
У меня вдруг перехватывает дыхание, будто я внезапно попадаю под воду. Отчаянно мотаю головой и, зажмурившись, начинаю биться за глоток воздуха. Что бы это ни было, оно пугает меня так, что забываю даже загадочный сон о мёртвом драконе.
Ощущаю свободу и, судорожно вдыхая, слышу хриплый мужской голос. Распахиваю глаза и в свете луны вижу перед собой искажённое злобой лицо Леастера. Мужчина удерживает мои запястья прижатыми к кровати и пытается поймать мои губы.
 
Вот же сволочь!
Изловчившись, я наношу удар коленом, и принц задыхается. Отпуская меня, хватается за причинное место. Спихнув с себя тяжёлое тело, я вскакиваю и быстро оглядываюсь. Комната, на стене которой зловеще скалится череп дракона, залита призрачными серебристыми лучами. Кроме нас с Леастером, никого.
Пытаюсь успокоться, хотя сердце стучит так, будто вот-вот вырвется из груди.