Системная нежить 3 (СИ)

— Джим, дружище!
— Твой друзья в овраге волка доедают. Чего тебе, гуль? — техногоблин всё ещё воинственен, глаза рыщут, пистолет в руках дёргается из стороны в сторону.
— Посмотришь, там другие обезьяны прут? Крутить нам педали, пока не дали или есть возможность чуть-чуть прийти в себя?
Джим что-то пробурчал на гоблинском, но пошёл в сторону той щели откуда до этого ввалились приматы.
Над трупом короля витает карта. Подбираю, чего уж там.
Транслирование гнева. Золото. Активное. Позволяет распространять свои эмоции другим существам, в том числе группе существ, заставляя следовать этим порывам. Эмоции: гнев, боевая ярость, страх, воодушевление, так и другие. Развиваем. Иное: скрыто или не доступно.
Мне бы сейчас скорее что-то из медицины подошло.
Голод дорос до 100%, что нихрена не удивительно.
Привстал, пинком опрокинул короля на спину, глянул на свой раскуроченный плечевой сустав и залитые густой кровью ребра. На семь бед один ответ. Вонзил пехотный нож в живот короля и стал рывками вскрывать его брюшину, завывая от боли в частично оторванной руке, создавая разрез от рёбер и до нижней части живота. Рывком раздвинул края разреза, залез в брюшину, отодвинул кишечник, напрягся, подтянул и выволок наверх громадную печень. Выдох. Отрезал кусок и, после коротких колебаний, закинул в рот, почти не жуя сожрал, снова отрезал и повторил операцию, закидывая в рот крупные партии вражеской печени. Вообще жрать обезьяну как-то мерзко, но, когда ты рискуешь врезать дуба посреди ледяного пузыря на чужой планете, границы морали начинают бодро раздвигаться.
Жрал и жрал, кидал куски Помоешнику, который устал ждать подачек, зевнул, совершил пространственный скачок и вернулся с ещё одним трупом обезьяны, вероятно, из коридора. Оттуда же топал сердитый низенький техногоблин, бурча что никому мы не сдались, никакие враги не нападают и вообще место говно, день говно, настроение тоже ни разу не ромашка.
Чуть утолив голод, переместился к банши и летуну. Пацан готов, получил своё. Не повезло ему, конечно. Девахе тоже, пришлось не сладко. Она была еле жива, без сознания, свернулась в клубочек и тихонько завывала. Мне впервые стало её немного жаль. Поколебавшись между вариантом переместить её в карту и стазис или подлечить тут, выбрал второй вариант, потому что — когда выпадет спокойная минута, не известно. Применил лечащую руку, после неё так же обошёл врачебным обходом Темника (глубокие укусы зарастали практически на глазах) и Помоешника, глянул на Джима, тот задумчиво ковырял потемневший кусок льда, выступающий из поверхности озера.
— Ты как, Ксения? — погладил по голове банши.
Она слабо улыбнулась и чуть приобняла мою руку.
— Помнишь, как меня зовут?
— Помню, — вздохнул я. — Как чувствуешь себя?
— Уже лучше, но какое-то время петь не смогу.
— Отдыхай.
— Леонид.
— Что?
— Спасибо. И. Ты бы меня выпускал погулять, я всё-таки девушка.
Слабо улыбнулся ей, баюкая израненную руку, отошёл, в голове уже прикидывая варианты. Внимание привлёк техногоблин, который что-то извлёк из льда и тащил ближе к двум громадным трупам, словно это был наш основной лагерь. Ну, учитывая, что Темник и Помоешник устроили там тошнотворную пирушку, куда ещё тащить?
Он показал пальцем на ближайший к нему труп — короля обезьян.
— Ты можешь убрать его до инициации, формально он в промежуточном состоянии, будет классифицирован как органические останки.
— Какой ещё инициации? — присмотрелся. Восприятие. Мать моя роща. Они обращаются в нежить. Тьфу, ну а чего я удивляюсь? Каждый из них кусал нежить и был ею убит. Так теперь и совершает переход. Гоблин прав.
Убрал труп короля и йети (собаку пришлось отогнать мысленной командой, причём она обиделась) в инвентарь, места они заняли много, но после выгрузки оттуда восьми тонн горючих шаров — пространство «в кузове» имелось.
Когда закончил, техногоблин потянул меня за рукав и ткнул пальцем в то, что он достал изо льда, причем в процессе доставания как минимум оторвал этому руку. Объект представлял собой был потемневший от времени полуразрушенный труп неизвестного обитателя этого мира, отдалённо напоминавший сгнившего мужика в потемневшей куртке.
 
— Этого не возьму, Джим, он тухлятина, слишком долго валялся.
— Глаза протри, зомби из человека, — с плохо скрываемым сарказмом пробурчал он.
Повернулся. Джим, вздохнув и пробормотав что-то про мою тупость, резко дернул, царапнул своими медными ногтями по лицу обледенелого трупа. Я рефлекторно вздрогнул.
Но то, что он мне открыл, заставило забыть остатки брезгливости. Под сгнившим суровым лицом, которое отошло как протухшая маска — находился не потемневший от времени череп. Там был металл. Металлический, примитивный аналог черепа, что-то вроде жутковатой подделки под терминатора, когда тот снимал кожу.
— Что это, ты говоришь? — сглотнул я.
— Хе-хе. Я не говорил. Зато теперь скажу. Ты классное место выбрал, зомби из человека.
— Ты про озеро? Я не выбирал, так само…
— Про мир, дубина трухлявая. Это очень интересный мир, если в нём бывает такое. Сделай что-то, чтобы мы погостили тут, Леонид царь. Мне кажется, тут много интересного.
— Какой-то монстр?
— Твои слова слишком тупые даже по человеческим меркам. Конечно же, это был солдат Бога машин.
— Я ничего не путаю, ты сейчас про того же самого ушлёпочного бога, который вторгся в мой мир, гоблин?
— Делаешь успехи, мёртвый человек. Меня, в отличие от тебя, мало волнует судьбы твоего мира, но это явно высокотехнологичное создание, может быть в чём-то даже равное мне.
— И ты хочешь покопаться в его внутренностях?
— Фу. Нет. Это прерогатива ходячих мертвецов типа тебя. Я жажду знаний и технологий, которые скрыты подо льдами этого мира. Ну, а тебе может быть полезно оружие и методы, которые местные применяли в войне, прежде чем всё пошло так… как это принято у людей, плохо, глупо и безнадёжно.
А чёртов стимпанк прав, я не так давно прыгаю по мирам и это первый, который столкнулся со злодействами Бога машин.
Рассеянно кивнул, огляделся. Так-то тут лёд, тоска и трупы. Но вместе с гоблином у нас может что-то получится. Осталось найти способ задержаться в этом мире. Но, так чтобы в формате отпуска. Побыли, сувениров взяли, загар от солнышка под футболку и покатились на автобусе в местный аэропорт, домой, в родные пенаты, там проблемы ждут на работе, и кошка не кормлена.
Двигаем.
— Сударыня, — обратился я к банши, прежде чем призвал в карту. Она слабо улыбнулась в ответ. — Пора в стазис.
Без всяких церемоний закинул в карты всех, с сожалением посмотрел на переломанный труп летуна. Забрал в инвентарь и его, хотя понимал, повторно он уже не восстанет. Джима оставил. В боку существенно кольнуло, великолепная куртка богини была испорчена, но я взял его на руки, причем судя по выражению его лица, он тоже от такого не в восторге, совершил серию блинков, чтобы догнать остаток армии обезьян.
Не знаю уж, какой приказ гонит обезьян, но они проигнорировали потерю арьергарда и короля. Догнать их получилось уже когда они буквально втягивались в пещеру с алтарём. И, не сказать, чтобы нападения со спины стало для них сюрпризом. Однако тут я всё же устроил форменную бойню.
Мой бердыш рубил и рубил без устали, почти каждым движением отрубая части тел, подсекая ноги, разбивая головы и проливая буквально реки крови. Обезьяны ревели, как безумные, а когда я вырвался из туннеля в спину атакующей и сильно поредевшей армии, в меня стреляли даже свои.
Игроки выстроили три примитивных аналога римской «черепахи» из тех воинов, которые имели щиты. За их спинами дальнобойные игроки наносили урон толпе лохматых, а тех, кто пробегал между черепахами забивали игроки-одиночки. В целом всё было очень и очень неглупо и у обезьян против сводной армии людей были бы шансы пятьдесят на пятьдесят.