"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Нашла кого слушать, твой отец в канаве лошадь… Ай, ладно. Проехали.
Я бы наверное тоже обосрался от такой внезапной засады, но за последнее время успел выработать иммунитет не только к женским ужимкам, но и к выпендрежу феодалов — строй грозных мужиков не вызывал ничего, кроме раздражения. Специально ведь ждали, готовились, прихорашивались, князь позу покруче подбирал… Чтоб прямо внушало! Вон, аж ножны на другой бок перевесил, дабы заметнее было!
И это правящий класс, элита, сильные мира сего! Тьфу… Те же дети, только письки большие и мечи не игрушечные.
— Глядишь ты… — завел князь отрепетированную в голове речь. — Своим ходом под ясны очи не являлся, а как дармовщиной потянуло, на всех четверых заспешил…
— Слушай, мне до клоунады, я вообще-то наедине поболтать с тобой думал…
Но Рорик оказался слишком занят самолюбованием, чтобы слушать других.
— Злым за предобрейшее платить изволил… — почти слово в слово повторил он слова сотника. — Так не сетуй на судьбинушку, а свое же вероломство кляни! Сколько веревочке не виться…
Княжеская рука рванула к ножнам в драматическом жесте, но позабыв про перевешанные ножны, в пылу куража он ухватился за промежность. По строю дружинников прокатилось приглушенное хрюканье. Заслышав реакцию подчиненных, князь слегка смутился.
Судя по отличающимся комплектам доспехов, нынешняя его дружина представляла собой сборную солянку, присланную с чужих земель. Видать, братья и отец парня по десятке «скинулись» или типа того. Негоже полноправному члену такой крутой семьи без настоящей дружины ходить, а опытные бойцы, подлецы такие, на деревьях не растут. Дарили, ясный пень, кого не жалко, что непременно задевало гордость самих «подарков».
Во всяком случае, былого уважения к пахану как у предшественников в глазах «новичков» не водилось. Для них молодой громила всего лишь младшенький сынок своего куда более крутого папки. Задиристый сопляк и заносчивый мажор, возрастом и опытом вполовину меньше их, мозгами с курицу, силой с муху, а про пипирку и сравнивать страшно.
Зря это они, конечно. Не застали они, как князь самолично штурмовал ворота Грисби и не видели как отчаянно бился при осаде. Зато чрезмерно ухоженную бороденку заметили сразу. А ведь я сам порой таким грешу — Гену за пацана сопливого почитая. Гордо забывая, что молодой он может и молодой, а пороху понюхать уже успел. И с бароном, и с демонами, и с разбойниками.
Мда… Короче, вот отчего Рорик так на меня взъелся, что аж целую сцену разыграл — перед «молодым пополнением» я его ненароком унизил. По самому больному месту попал, когда позволил помоями на сцене закидать, да Куролюба с города выпустить. После такого перед этими бородатыми дембелями уже не отмыться — навеки слабовольным говном заклеймят. Все как в поговорке про тысячу мостов и один облизанный хрен.
Потому ему кровь из носу как нужно заставить меня обделаться да ползать на коленях. Оттого всю дружину и собрал, дабы своими глазами видели. Крепко я его задел…
Вернее, не я, а инспектор, но на федерала жало поднимать чревато — оторвет.
Сзади послышался смешливый шепот Киары.
— Знаешь, а твой бубнеж порой не так уж плох… Не зря с тобой пошла, так и знала, — опять отмочишь!
— Твою мать! — плюнул я, сообразив, что опять думал вслух.
Щеки Рорика оттенками напоминали помидор. Ненароком «разоблачив» его нехитрую комбинацию, я умудрился еще сильнее усугубить положение, о чем свидетельствовало сдавленное хрюканье дружинников. Положив большой и северный на приказ «выглядеть грозно» они вовсю наслаждались развернувшейся комедией.
Наконец, князь совладал с неловкостью с помощью гнева и рванул за ножны — в лучах оконного света заискрился невероятно острый меч.
— Довольно с меня твоего колдовства! Истину глаголил отец, с колдуном поведешься, одного дерьма нахлебнешься! Нельзя было тебе верить!
— Я даже знаю, какой именно «отец» это говорил…
От услышанного, глаза князя едва не выпали из орбит, чтобы не прокатится по полу.
Ктож меня за язык-то дергает⁈ Зашить, зашить рот к чертовой матери… Ай, ладно уж, поздно извинятся. Один черт он меня и пальцем не тронет. Инспектор полюбому ему все уши прожжужал на эту тему. Просто запугать пытается, перед подчиненными силу показать.
— Полно твоего грязного чародейства! Готовься, пришел твой конец…
— Ага, он как раз вчера от твоей мамки вернулся… Может хорош уже, а? Не хочешь говорить, так не мешай хоть.
Бычья шея тут же вздулась — такое хамство ни одному Рорику слышать еще не доводилось. Даже дружинники подобрались, ожидая команды. Киара напряглась, запуская руку к поясу и хватаясь за скальпель.
Все, приплыли… Шутки про мамаш, ну этож надо, а? Сам себя переплюнул — тупее способа помереть и придумать сложно.
Пугающую тишину и скрежет княжеской челюсти разорвал веселый перезвон колокольчика. Стоя в раскрытой двери княжеского кабинета, на зал взирал худой, неприглядный мужичок в простеньком френче из дешевого льна. Без личины слуги, инспектора можно было легко спутать с антикваром, лоточником, или регистратором гильдии. Если бы не липкий, осуждающий взгляд, конечно.
Снова щелкнув пальцем по подвешенному у порога колокольчику, он буднично вернулся в кабинет, бросая на ходу:
— Следующий.
В голосе не слышалось ни нажима, ни командирских ноток. Однако подействовало мгновенно — Рорик бессильно стиснул челюсть и вогнал меч в ножны, звучно плюя сквозь зубы на мой берец. Наглядно продемонстрировав, как сильно ему не пристало мараться о такое низкорожденное говно, как я, он размашистым шагом двинул к лестнице, едва не растоптав меня по дороге.
Пара дружинников, из уцелевших при осаде, двинула за «паханом», остальные же начали потихоньку рассасываться по залу, занимая столики и берясь за свои кружки, ковриги с похлебкой, да игральные доминошки. Несмотря на великолепную физическую подготовку и боевые шрамы, матерые мужики очевидно побаивались тщедушного мужичка в кабинете. Их крутизны хватало лишь на косые взгляды в мою сторону.
Вот так вот, лейтенант. А ты только сам себя дрессировать умеешь.
Только ближе к раскрытой двери я заметил, что все это время, с другой стороны зала, за сценой следила группа неприметных фигур. Агенты, к гадалке не ходи. «Мальчишка», толстый «инспектор», пара уголовного вида мужиков и…
От вида покрытого замысловатого татуировками лица, мне стало не по себе. Пустые белые глаза кричали о слепоте, но молодая девчонка будто видела всех насквозь. Сидя на лавке у стены она степенно держала ладони на прикрытых длинной юбкой коленях, пряча непропорционально длинные пальцы за складками грубой ткани.
— Вот это экземпляр… — присвистнула Киара, так же заметив ряженную в крестьянские одежды слепую. — Подержишь ее пока я за инструментами для вскрытия схожу? Таких даже отцу встречать не доводилось…
— Завязывала бы с приколами — как бы она тебя сама не вскрыла…
На слепом лице мелькнула тень улыбки — несмотря на наш шепот, она все прекрасно слышала и с другого конца зала.
Колдунья, мать ее. Не лохушка со «струищей», как синевласка, а реальная. Способная целую толпу огнем выжечь и смертельную рану прикосновением исцелить. Редчайший кадр. Живое сокровище, доступное только избранным небожителям здешнего мирка. Дед болтал, такие паскуды даже в будущее заглядывать умеют. Недалеко и не особо точно, но тем не менее!
Вот она, настоящая ведьма. Всамделишная, а не Киара…
— Эй! Я тоже ведьма! То есть… Подожди, чего я сказала? Эй! Ты куда⁈
— На прием.
— А я⁈
— Головка от… В расположение возвращайся. Тьфу, то есть, домой иди!
— Погоди, но… Эй! Да стой же!
Киара попытался нагнать меня у порога, но дорогу к кабинету ей преградила группка агентов. Слепая же и бровью не пошевелила, явно чувствуя полный контроль над ситуацией. То ли мысли читает, то ли правда будущее предвидит…
А я, дурак, думал хрыч басни сочиняет! Значит и впрямь такие твари водятся. Аж кожей чую, насколько она… Непонятная. Молодая, красивая, но такая стремная… Мутант. Реально мутант. Аж перекреститься захотелось.