"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Ну… — я дернул плечами, стараясь не думать о зрителях. — Дядька-то прав — конское говно реально не годится. С боевых кляч, во всяком случае.
Понятия не имею, какие там биодобавки в корма суют, но помнится у пиявочника на полке «для конюшни» стояли мешки со свинцовым порошком и какими ртутными снадобьями. Мол, их со всякой другой херней смешивают и в овес подсыпают, отчего жеребята жрут как не в себя, вырастая заметно крупнее обычного. А титану Грисби и вовсе яйца и толченую керамику кладут… Страшно представить какой еще гадостью коняшек угощают на протяжении службы.
— Короче, не просто так боевая лошадь помирает почти в три раза быстрее рабочей.
К концу спонтанной лекции тишина в зале казалась осязаемой. Только пара гвардейцев, видимо служивших по детству конюшатами, тихонько спорили о допущенных мной ошибках, но соглашаясь с цельным посылом. Остальным было что в лоб, что по лбу. В принципе, не удивительно. Уверен что и самому Грисби невдомек, какая ядовитая дрянь вылезает из-под хвоста его бронированной твари.
А вот советник, судя по выступившему поту, оказался прекрасно осведомлен о экзотическом составе кормов…
— Занятно, как столь достойный рыцарь выбирает такие причудливые слова. — угрожающе сложив ладони домиком, он склонил голову в театрально-траурном жесте. — Даже чудится, будто они походят на призыв к ослаблению трона… Услышь это от кого иного, я непременно присоветовал миледи уточнить у господина, — сколько ему заплатили северяне?
Лицо Аллерии мигом побелело, а взгляд голубых глаз опасливо впился в герб на камзоле советника. В отличие от пафосной пары титанов на фоне холма изображенных над троном, эмблема мужика выглядела бледно. Всего-то пара черных силуэтов конских голов с девизом из «сильные впереди».
Помнится капитан говорил, что чем худороднее дом, тем понтовее у него герб. Полагаю, это работает и в другую сторону… Только с кем-то из Мюратов закуситься не хватало! Четвертовать может и не четвертуют, но кирпич на голову или ДТП на средневековой дороге точно организуют. Чисто чтобы другим неповадно стало.
Хотя, навряд ли кто-то из Мюратов стал бы тесниться возле чужого трона — гордые же дохрена.
Наградив меня долгим взглядом, мужик заметил закипающее недовольство герцогини и выдавил фальшивую улыбку. В его глазах отчетливо виднелось, как он мысленно подчеркивал мое имя в своем списке на устранение. С именем он, конечно, погорячился…
— Юмор, разумеется. Не обессудьте… Что же, от лица миледи благодарю вас за познавательный комментарий! Прошу, позвольте же эскорту проводить вас до вашей…
— Хочу еще! — капризно вклинилась малявка. — Пусть говорит, мне интересно!
Как и любая девчонка, недостаток знаний она компенсировала интуицией. А серьезное лицо советника читалось однозначно — не лезь дебил, оно тебя сожрет.
Блин, ну что за жизнь? Хотел же просто самостоятельно подтереть себе задницу, а в итоге… Ай, пес с вами! Раз мелкая хочет шоу, она его получит.
— К вопросу о деньгах — а тебе сколько за саботаж забашляли? Почем нынче измены на рынке стоят?
— Вы полно бредите, сир!!! Что за нелепые шутки⁈
— Сир устал и не признал вас, господин! — мигом заблеяла Аллерия, пытаясь сгладить вспыхнувший конфликт. — Вас не успели представить друг другу, поэтому сиру неведомо, что вы присланы самим Севиром Мюратом, дабы помогать ее светлости в ежедневных хлопотах!
Перепуганная моська Аллерии вторила суровому лицу — куда лезешь, дурак⁈
Я лишь облегченно выдохнул — все-таки не сам Мюрат… Аж отлегло — «всего-то» доверенный советник. В принципе, чего-то подобного я и ожидал. Даже не стараются. Им бы в Грисби недельку пожить, что ли.
— Ладно, окей… — я отвернулся от трона с завороженной малявкой и повернулся к толпе у ступеней. — Следим за руками! Только сегодня и только сейчас, проездом из «зажопинска», шоу имени Грисби!
В программе полудохлый лейтенант, срыв покровов и, возможно, смертная казнь по завершению. Чья именно не уточняется. Да чтож мне все неймется-то⁈ Болезнь натуральная — а еще на Гену жалуюсь…
Подождав пока придворные и просители вдоволь нахлопаются глазками, я продолжил, стараясь не обращать внимания на нервные шепотки Аллерии, призывающую немедленно остановится.
— Есть четыре герцогства, одно разорено курицами, два сильно надкушены — какое самое целое?
— Если вы явились дабы поддерживать клевету о трусости и бездействии покойного отца нашей очаровательной миледи…
— Я знаю! Я знаю! — счастливо запричитала малявка, воспринимая все за игру. — Молочный Холм!
— Садись, пять!
Мюраты могут пыжиться сколько влезет, но из-за петушиного бунта их власть сильно покачнулась. По сути, если отбросить феодальные отношения, они владеют таким же герцогством как и остальные, просто сильно отожранным на чужих налогах. Из-за восстания северян они здорово потеряли в армии, а из-за вторжения куриц — в налогах и благосостоянии собственных земель — всеж таки самая западная точка континента.
Как бы — и хрен с ним, — потеряли да потеряли. Но вассалы тоже не дураки, а ну как возьмут, да используя минутную слабость скинут их с пьедестала? Уж от чего-чего, а от дармовой власти феодалы никогда не откажутся — гадюшник почище пауков в банке. Даже хуже — пауки друг другу в верности не клянутся.
Мюратам еще дико повезло, что курицы промаршировали по всему Пределу… Впрочем, а почему «повезло»? Кто знает, почему они так долго тянули с заключения перемирия с Рориками? Уж не затем ли, чтобы вассалов тоже как следует надкусили? Но это уже теории заговора — хрен докажешь.
А вот особое внимание к Молочному Холму и доказывать не надо. Самое отдаленное от моря и наименее пострадавшее. Ни северяне, ни курицы сюда так и не добрались. Долины теплые, пастбища жирные, крестьяне довольные — того и гляди затмят своего сюзерена. Другие-то герцоги с графьями чуют, куда ветер дует — так и норовят, поганцы, к Холму подмазаться. Всякие интересные заговоры, тайные соглашения, игривые телодвижения армий…
Глядя на мужика за столом, я в очередной раз понял, какой же невообразимой овцой является Аллерия. Действительно, и почему же Мюраты закрывали глаза на «злодеяния» регента? Где же были все инспекторы, когда барон захватывал власть, разрушая все связи покойного герцога? Господи, ну и дура…
Мюратам нахрен не упали такие сильные вассалы, как и инспекторам не захочется очередной войны. Регент столько просидел не вопреки, а благодаря. Потому-то его так скоро и казнили, не заморачиваясь с перевозкой в Столпы и публичным судом, который в свое время устроили для отца Эмбер.
Мало-ли чего рассказать успел бы, говнюк этакий. И потому этого «клерка» в советники прислали. Не сожрали сразу, будут грызть потихоньку и исподтишка.
Не удивлюсь, если он по ночам этот диверсант еще и в подъездах гадит, да землю солью посыпает — вредные советы это так, хобби. Небось половина гвардии ему зашифрованные «письма счастья» шлет…
— Короче, сцена такая — наступает весна, герцогство доедает последний хрен без соли. В пустой казне сношаются мыши, в амбарах они попросту вешаются с голодухи, сеять нечем, сеять негде, зато охрененно большая гвардия! Которая слегка подзадолбалась сидеть без жалования и кушать писюны с гречкой, отчего ею становится сложновато управлять. Вопрос не в том, «зачем», вопрос — кто прибежит первым, предлагая столь нужные для экономики деньги и припасы в обмен на отожранных боевых лошадок? Или вместе с всадниками попросят? А может этот кто-то будет дожидаться нужного момента, дабы скупить командиров и устроить еще один переворот?
Из-за пусть и вяло, но все же функционирующего инстинкта самосохранения, я не упоминал вслух фамилию Мюратов, упирая на «неизвестных заговорщиков», но даже кучкующимся у колонны старостам было все понятно без подсказок. Советник то не с потолка свалился.
На бледное лицо «клерка» было страшно взглянуть. Он как мог пытался заткнуть мне рот, но раз за разом обламывался из-за капризных выкриков герцогини, требующей продолжения банкета.