"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Что получил Майкл О Лири, кроме морального удовлетворения? Во первых «Ireland Intercontinental Airlines» (официальный авиаперевозчик МОК и ФИФА) получил право работать на внутренних российских линиях (самых протяжённых линиях самой большой, богатой и быстроразвивающейся страны мира); «Макдональдс» открыл в России уже сорок шесть ресторанов; «Дисней» восемь парков развлечений; «Эй Эн Би Си» начал трансляции канала «Спорт» (бесплатного, как и всё телевидение в РССР, но очень ёмкого в плане отзыва на рекламу); «Oleshev-City Electronics», «Cheetah» и «Coca-ColaCompany Product» представили новые товары (тот же квас зашёл на ура) и нарастили капитализацию, но это всё про деньги, а они уже давно шли для ирландца фоном.
Главное — наконец-то РССР выпустил Вернера фон Брауна за границу, теперь он и его Конструкторское Бюро будут работать в Сент-Луисе, с промышленными мощностями «McDonnell Aircraft» и его подрядчиков в США, Техасе и Калифорнии. Тут уже деньги пойдут в минус, но зато… Майкл О Лири мечтал построить космические корабли, которые полетят на Луну и Марс, а деньги… деньги на это есть. Если они нужны не для этого, то для чего-же ещё?
Марк Уэйн Кларк всё-таки выдвинул свою кандидатуру на выборы президента США, тянул до последнего, но Майклу удалось его уговорить.
— Америке нужна новая партия, Марк. Та партия, на которую сможет опереться Орден Сталина, а кроме тебя её создать некому, так что отложи свои мемуары, их время ещё не пришло — и за дело.
На выборах пятьдесят четвёртого года, Кларк победил как независимый, беспартийный кандидат, но тогда альтернативы ему просто не имелось, теперь же окрепли старые партии — Демократов и Республиканцев. Они уже собрали фракции в Сенате и Конгрессе и повели борьбу за власть. Имелись у них теперь и проходные кандидаты — Джон Кеннеди и Джеральд Форд. Молодые (сорок один и сорок пять лет), полные сил, энергии и задора. Но снова отдавать Америку старой системе очень не хотелось. Она снова поднимет наверх амбициозных ублюдков, вроде Трумэна, Никсона, Макартура, Гувера, или братцев Даллесов.
— Я проиграю, Майкл.
— Глупости не говори. Ты не просто выиграешь эти выборы, ты сокрушишь остальных. Развалишь их до основания, чтобы больше никогда не смогли собраться. Я берусь уговорить Кеннеди снять свою кандидатуру и пойти с тобой вице-президентом. Он ирландец и неплохой парень, хоть и из богатеньких.
— А ты из каких? — усмехнулся удачной шутке Марк Кларк.
— Я про детство и ты меня понял. Партия Прогресса, как тебе?
— Прогрессисты? Не знаю. Как-то тускловато и безлико.
— Можно подумать, демократы и республиканцы лучше, просто к ним все уже привыкли. Противники прогрессистов — ретрограды. Это можно красиво обыграть в предвыборной кампании. Доверься мне, мы не только твои выборы выиграем, но и Сенат с Конгрессом. Причём, таким большинством, что сможем вносить поправки в Конституцию.
— Какие ещё поправки?
— Пока не знаю, думать надо. Наверняка какие-нибудь нужны. Ну, как?
— Пусть будут прогрессисты, — вздохнул тридцать пятый президент США, как ребёнок, которого заставили есть овсянку.
Договориться с кланом Кеннеди удалось без проблем. Отказать Майклу О Лири — значило отказаться от своих ирландских корней, от всех связей. И всё это ради Демократической партии? Да гори она синим пламенем. Конечно, президентом быть почётнее, чем вице-президентом, но выборы ведь ещё выиграть надо, а если на них выходит сам Марк Кларк, шансы на это невелики, прямо скажем. Зато после работы с Кларком, пост президента в 1962 году будет практически гарантирован.
Кеннеди попросили пост заместителя председателя правления «Philadelphia Trust Bank» для Роберта, и обещание поддержки Джона на следующих президентских выборах. Майкл согласился, и новая партия в США родилась.
В конце июля 1958, Вальтер Труэба сменил своего отца на посту Председателя Конституционного Совета Уругвая, под ликование всех уругвайцев. Майкл О Лири готовил команду вождей будущего. Молодых и сильных, которые придут к власти надолго, лет на тридцать, а за тридцать лет система изменится уже навсегда. За тридцать лет вполне возможно объединить человечество. Ну, по крайней мере, в его цивилизованной части.
 
В августе 1958 года продолжился процесс «Распада». О своей независимости от Пакистана объявила Бенгалия, образовав одноимённое государство со столицей в Калькутте и, тем самым, обидела одновременно и Пакистан, и Индию.
Вторая Индо-Пакистанская война впала в кому из-за финансовых трудностей у обеих сторон конфликта. Как-то внезапно отказался от поддержки Пакистана Иран, а без его нефтерублей оказалось нечем оплачивать вооружения, боеприпасы и наёмников. Джихад — дело благородное и слово красивое, но подписываться на это дело забесплатно желающих не было. Точно так же внезапно, Государственный Банк РССР отказал в новых кредитах Индии. Камилло остановил свою армию в пакистанской части штата Пенджаб и приступил к организации пограничной и таможенной служб на территории объединённого Пенджаба. А куда деваться? Людям платить надо. Если свои (социнтерновцы и кубинцы) ещё подчинятся приказу уйти без денег, хоть и скрипя зубами, то сомалийцы точно нет, а их уже в Индии шесть дивизий. Кому будет лучше, если они сами начнут взымать долги? Вот то-то и оно, что никому.
Ситуация к этому моменту запуталась до предела. Пакистанцы оккупировали индийскую часть штатов Джамму и Кашмир и Ладакх, а индийцы (наёмной армией Камилло де Сьенфуэгоса, которая им больше не подчинялась) пакистанскую часть Пенджаба. При том, что в обеих странах начались движения сепаратистов.
В Пакистане, желание получить независимость высказали пуштуны, претендующие на всю провинцию Хайбер-Пахтунхва и добрую половину Афганистана. И что самое плохое, руководство САССР и Афганистана уже начали переговоры с вождями племён — независимость пуштунам они предоставить были готовы, спор шёл только о границах и принадлежности многонационального Кабула. А ведь если пуштуны отрежут Северный Афганистан от Белуджистана, обязательно полыхнёт и там.
В Индии независимость уже объявили штаты Махараштра и Гоа (пока никем не признанную, но это только вопрос времени); Западная Бенгалия (индийская) слилась с Восточной (пакистанской) и превратила в эксклавы сразу семь индийских штатов: Аруначал-Прадеш, Ассам, Мегхалая, Трипура, Мизорам, Манипур и Нага-Прадеш. То есть, пока ещё не в эксклавы, но если придётся уйти из Западного Тибета, Непала и Бутана, то всё — весь северо-восток будет потерян. Правда, и Пакистан потерял значительную часть территории, но это радость такая…
В общем, повоевали, так повоевали… Территории потеряли, наёмники из-под контроля вышли и, того и гляди, начнут грабить, деньги закончились и мир заключить невозможно.
К распаду шло дело и в Швейцарии. Со всех сторон окружённая русскими оккупантами (в Италии, Франции, Германии и Австрии), Конфедерация выживала натуральным хозяйством, втридорога закупая критически важное из недостающего — продовольствие и топливо. Закрывались и банкротились промышленные предприятия, разорялись банки. Естественно, что уровень жизни граждан стремительно падал, а кому такое понравится? Это при том, что у северного соседа (ГДР) дела шли отлично.
Условием для установления нормальных отношений, русские ставили аудит швейцарских банков на предмет их сотрудничества с нацистами и сокрытые в них ценности, а это противоречило самой Конституции Швейцарской Конфедерации. Выход был — развалить эту чёртову Конфедерацию, вместе с её чёртовой Конституцией, отдать русским их законную добычу из чёртовых банков — не помирать же из-за них с голоду и в полной нищете. Отдать и жить как в ГДР — именно к этому склонялись немецкоязычные кантоны. Вопрос теперь стоял не о сохранении единства Швейцарии, а о том — по какому сценарию она будет разваливаться. Выйдут немцы одним большим куском, или поодиночке, кантонами.
Весь август и сентябрь, Майкл О Лири, в компании с Че Геварой, мотался между Дели, Исламабадом и Лахором (столицей, объединённого Камилло де Сьенфуэгосом, Пенджаба).