"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Что хорошо для Майкла О Лири, то хорошо и для Америки. — согласился ирландец, отпивая свой виски, — Поблагодари меня за то, что я теперь всё-таки больше американец, чем ирландец.
— Благодарю. — Марк Кларк отсалютовал своим бокалом и сделал глоток, — Кстати, ты в курсе, что Мэн и Вермонт готовят референдум о присоединении к Аляске?
— В курсе, конечно. Я на этом даже немного зарабатываю, но будь уверен, что Аляска к себе никого не примет. Во всяком случае, в ближайшие лет двадцать. Гриннинг даже не прислал на конференцию уполномоченного официального представителя, только наблюдателей, он не претендовал ни на вхождение в наш общий рынок, ни на часть золота Форт-Нокс, или хранилища Федерального Резервного Банка. Русским всё это неинтересно, а Аляска, считай, четвёртая Советская республика, хоть об этом пока и не объявлено. Русским хватает своих забот. Их слишком мало для освоения такой территории в приемлемые сроки. Двадцать лет — это минимум. Этого времени хватит, чтобы все успели выучить русский язык.
— Двадцать лет… Это очень хорошо. Надеюсь, что не доживу. Трудный у русских язык, как и у всех азиатов. С двойным, а то и тройным дном. Да и вместо букв — какие-то иероглифы. А за добрую новость спасибо, Майкл. Я себе уже всю голову сломал, в раздумьях — как пресечь свой сепаратизм, но при этом не пресечь его у наших западных соседей.
— Так раньше бы спросил. — пожал плечами О Лири и сделал ещё глоток, — Запад тебе присягнёт, как только ты выиграешь официальные выборы в США. Русским больше не нужна война в Америке, они уже поимели с неё всё, что планировали. Теперь им нужен мир, чтобы спокойно работал их Госплан и получал необходимое. Если ты не собираешься конфисковывать имущество русских, запад тебе отдадут, не сомневайся. Так что готовься воевать с китайцами за Филиппины, Сэр Президент. Давай подремлем, Марк. У меня в Филадельфии много дел, хотелось бы хоть чуть-чуть отдохнуть.
Конференция государств-победителей Бразилии прошла в Монтевидео с шестнадцатого по девятнадцатое ноября 1954 года. По итогам войны, Уругвай вернул себе штат Рио-Гранде-ду-Сул; Карибская Конфедерация, Республика Аляска и Социалистическая Республика Куба разделили четыре миллиарда рублей контрибуции в пропорции два-один-один, а кроме того, получили от Уругвая земли под пастбища, в тридцатикилометровой полосе вдоль новой границы с Бразилией. Не в суверенное владение, юрисдикция осталось уругвайской, но в собственность компаний, принадлежащих правительствам трёх государств-союзников.
Такой «коммунизацией» региона остались недовольны и осудили Аргентина, Чили, Перу и Парагвай; а поддержали Боливия и Эквадор. Континент затих, но затих ненадолго, разделившись на два примерно равных (по численности населения и экономическому потенциалу) лагеря, с враждебными идеологиями.
Панамериканская война закончилась, но спрос на различные вооружения советского производства только увеличился. И если у Аляски, Карибов и Кубы имелись собственные каналы со схемами оплаты бартером и взаимозачётом; то для остальных, «Пенсильвания Инвест-Финанс Холдинг» в этом вопросе был незаменим. То есть, заменим, конечно, но намного дороже. Русские больше не нуждались в импортных поставках чего бы то ни было, а где тому-же Уругваю взять рубли?
Андрес Мартинес Труэба, председатель Конституционного Совета Уругвая, пожилой джентльмен семидесяти лет, неплохо говорил по-английски.
— … нам нужны эти геликоптеры, мистер О Лири.
— Геликоптеры нужны всем, Сэр, но за них нужно платить рублями.
— Я уверен, что вы сможете что-нибудь придумать. У вас отличная репутация.
— У меня отличная репутация, но у вас ужасные законы, Сэр. Извините, но это мнение моего юриста. С вашим законодательством невозможно работать в кредит под залог — как бы грамотно не был составлен контракт, залог всё равно придётся выигрывать в суде, а на это уйдут годы, деньги и нервы. Римское право и Наполеоновский кодекс — это полнейший анахронизм, навязанный вам извне, чтобы удерживать в статусе недоразвитого государства, а вы этим ещё и гордитесь.
 
— В Аргентине такие-же законы, однако с Пероном вы договорились.
— Вас неверно информируют, Сэр. Мы договорились продолжать договариваться, всё остальное — выдумки аргентинских газет. Залог меня и в Аргентине не интересует. Только передача актива в собственность «Пенсильвания Инвест-Финанс Холдинга».
— Какого актива, если не секрет?
— Конечно, это секрет, Сэр. — с трудом подавил усмешку ирландец, этот дед во фраке и накрахмаленной сорочке был ему симпатичен. Благообразный такой абориген. Прототип для персонажа романа про индейцев новейшей истории, Чингачгука, или как его там… — Мне интересен участок земли под аэропорт около Порто-Аллегре. Тысяч десять-двенадцать акров. В частную собственность, без какого-либо обременения. Можно обсудить базу вашего Военно-морского флота в порту Монтевидео, или военного аэродрома в районе Карраско, в Канелонесе. Но всё это должно продаваться сразу с разрешениями на строительство новой инфраструктуры и коммерческой эксплуатации. В качестве бонуса, я готов выкупить «Сентенарио» [104] со всем парком и построить там современный стадион, пятизвёздочный отель и парк развлечений общего пользования.
— У вас есть подрядчики в Уругвае, мистер О Лири?
— Пока нет, Сэр. Не было нужды.
— Я мог бы порекомендовать.
— Этот вопрос обсуждается.
С семнадцатого по девятнадцатое ноября 1954 года, в Пекине проходил Пленум ЦК КПК, участие в котором приняли, кооптированные в состав ЦК Китайской компартии, товарищи Маленков и Игнатьев.
Они оба уже не раз пожалели о выборе ленинского пути, хитрая сволочь — Мао плевать хотел на Ленина, когда ленинские нормы не совпадали с его планами. Причём обосновывал это тем, что будь сейчас сам Ленин на его месте, он именно так и поступил бы. Ведь Ленин был Гением и моментально вник бы в китайскую специфику, а вам нужно время чтобы освоиться, товарищи.
Армию у Маленкова и Игнатьева забрали играючи, включив по роте наших добровольцев в каждый китайский батальон для сплачивания и поднятия боевого духа в НОАК. Ленин поступил бы именно так! Ведь китайская армия самая многочисленная на планете, но пока ей не хватает выучки и опыта. (ещё еды, вооружений, боеприпасов, обмундирования и желания воевать, но это товарищ Мао оставил читать между строк).
По сути, этот поганец нагло присвоил себе право говорить от имени Ленина, а вялые Маленков с Игнатьевым своим присутствием это право легитимизировали. Разумеется, они не были людьми глупыми, в чём-то даже очень умными, но… Будённый сказал-бы: «Тилигены хреновы». Отличные исполнители, но в политике полные импотенты. Мао же реально был Вождём. Калибром, конечно, поменьше Сталина, но, чтобы подавить волю интеллигентов, этого хватало вполне.
«Революция только начинается!» — под этим лозунгом проходил Пленум ЦК КПК. Продолжением революции должна была стать оккупация Филиппин. Вернее, конечно, освобождение от колониального гнёта американских империалистов, как бы они сами себя не называли. Но империалисты занесли заразу, и её придётся лечить. Долго и упорно. До последнего лавочника, до последнего деревенского кулака.
Но сначала — «Азия для азиатов». Американцев нужно вышвырнуть, и теперь это вполне реальная задача. Применить ядерное оружие они больше не посмеют, тем более что в десанте участвуют и русские коммунисты-ленинцы.
Кроме того, Пленум ЦК КПК осудил правый уклон в СССР, впервые официально признав Советский Союз возможным вероятным противником. Решения Пленума были опубликованы в том числе и в «Правде», иллюстрированные фотографией улыбающихся Маленкова и Игнатьева.
Просто удачно пойманный кадр, дежурные улыбки, в ответ на очередную глупую азиатскую шутку, но кому теперь это объяснишь? Назад пути уже точно нет. Даже на область, как Берию, не посадят. Да и позор-то какой. Целый миллион за собой увлекли и бросили, а ведь Мао их спалит в своём Филиппинском десанте, как хворост. Операция там была спланирована по принципу «Завалим мясом».