"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Далеко не все — это ещё мягко сказано, на самом деле затеянные в СССР преобразования очень нравились подавляющему большинству в руководстве Коммунистической Партии Китая, то есть тем, кто знал реальную суть реформ, начатых великим северным соседом.
Рядовые коммунисты Председателя Мао пока в большинстве поддерживали, но толку от этого было чуть. Рядовые китайские коммунисты точно также будут поддерживать любого председателя КПК, который придёт на его место.
Словом, убрать его русские могли в любой момент, но вместо этого затеяли непонятную игру, в которой его, председателя Китайской Народной Республики, играли в тёмную. Его не лишили слова в «Правде», хоть и перестали публиковать на первой полосе и даже затеяли полемику, в результате чего появилась почти миллионная добровольческая армия коммунистов-ленинистов, которую и отправили в помощь Китаю — вот вам товарищи возможность доказать свою правоту делом. Возможность и вождь — товарищ Мао Цзэдун, который объявил себя единственным верным апостолом Ленина.
Объявил-то объявил, но ведь не для того, чтобы воплощать ленинские идеи в Китае, а для того, чтобы их воплощали в Советском Союзе, однако его на этом этапе с лёгкостью переиграли.
Русские всё сделали правильно, и именно это вызывало раздражение Председателя Мао. Ведь ленинский путь — это прежде всего право наций на самоопределение. Оно понятно, великорусский шовинизм был для космополита Ленина бОльшим врагом, чем все эксплуататоры всего мира вместе взятые.
А право наций на самоопределение — это мина замедленного действия, заложенная под любое многонациональное государственное образование, которая обязательно сработает, когда нации повзрослеют для самостоятельной жизни. К сожалению, эту мину разглядел не один Мао Цзэдун.
Русские не стали дожидаться взрыва своей страны, а сами её разделили. Все взрослеющие нации, которые имели основания считать русских колонизаторами, были выделены в две республики — Кавказскую и Средне-Азиатскую. Во внешней политике они продолжали оставаться единой страной, а во внутренней получили полное самоуправление. Только какое может быть самоуправление, при такой экономической зависимости? Фикция. В общем, обезвредили мину. Теперь если и бабахнет, то только у многонациональных соседей. Тоже неприятно, но уже не смертельно. Для пущего эффекта, русские присоединили к КССР Курдистан, а к САССР — Афганистан.
Ни курды, ни пуштуны (афганское большинство) русских колониалистами не считали, наоборот — считали освободителями и благодетелями. Они-то и стали самой надёжной опорой центральной власти на южных границах. И совсем не удивительно, что главами КССР и САССР были избраны именно этнические русские — друг к другу, населяющие их народы, относились с гораздо большим недоверием, чем к бывшим колонизаторам. Да и не было ни у одного народа опыта собственной государственности, всегда их кто-то колонизировал.
Потом русские затеяли чистку в Партии. Вернее, затеял это грузин Сталин, кроме него на такое никто решиться не мог, но он ведь сам про себя говорил — «Я русский человек грузинской национальности». И доверил русский Сталин чистку партии человеку, которого к большой политике нельзя было подпускать даже в наморднике — Павлу Судоплатову, главному диверсанту НКВД-МГБ. Итог ожидаемый. Из Коммунистической Партии РССР было вычищено три четверти «попутчиков», среди которых оказались и все верные ленинцы, не принявшие новаторских идей Сталинизма.
Теперь этих дураков-ортодоксов, верных ленинцев, отправили добровольцами в Китай. Ловко избавились под благовидным предлогом: — «Считаете, что правильный коммунизм строят в Китае? Ну так и поезжайте в Китай, помогите товарищам, а мы посмотрим, что у вас получится. Если что-то хорошее, то и у себя так же сделаем, а на нет — и суда нет».
И ладно бы отправили только партийных еретиков низшего уровня, их удалось бы переварить, но нет. Возглавлять эту орду фанатиков-ортодоксов назначили Маленкова и Игнатьева, членов Бюро Президиума ещё Сталинского ЦК и секретоносителей высшего уровня допуска. Доверие проявили, называется…
И не принять их уже невозможно, очень ловко товарищ Сталин поймал товарища Мао за язык. Теперь отказать коммунистам-ленинцам без потери лица не получится, а значит, нужно решать, что с ними делать, пока они, как монголы, или маньчжуры, не взяли в Китае власть. Вся история России состоит из отправок таких вот «казаков» осваивать дикие земли — Урал, Сибирь, Дальний Восток. Похоже, дошла очередь и до Китая. Эти «казаки-ленинцы» не долго будут беспрекословно подчиняться председателю КПК. Не зря их русские отправили куда подальше. У каждого из этих «казаков» свой Ленин в голове, и Мао для них в этом вопросе не слишком большой авторитет.
Тот-же Маленков, например, Ленина лично знал. Если уж он пошёл против Сталинского большинства в своём Бюро Президиума, не имея под командой миллионную армию, то с армией, да против какого-то туземного теоретика…
При первом же конфликте, Маленков подберёт для КПК другого председателя и присягнёт Москве на верность. Все русские казаки всегда так делали и будут так делать, хоть христианско-православные, хоть ленинско-коммунистические.
Хотя, об этом пока не догадывается и сам Маленков, человек он не слишком умный. Его, очевидно, тоже играют в тёмную. Но играют наверняка, все ходы просчитаны. Мину ленинизма с Союза сняли и отправили дрейфовать по течению, и вот её принесло в Китай. Ещё более многонациональный и неоднородный, чем Советский Союз. Не случайно принесло, с определённой заданной целью. И отправить её дальше некуда и с боевого взвода снять невозможно. Дотянулся чёртов Ленин из могилы…
— Товарищ Маленков, прямо вам скажу, задача перед нами стоит непростая. Это СССР обложился со всех сторон союзниками, поэтому у них есть время на сомнительные эксперименты, а мы сейчас — самый настоящий фронт. Китайская Народная республика и Ленинская Коммунистическая Партия Китая с трёх сторон окружены врагами. На западе и юге копят силы самые настоящие средневековые монархии, на юго-востоке, американцы из КЗША продолжают угнетать Филиппины, на северо-востоке предатель Ким Ир Сен, оказавшийся очередным Наполеоном, так что скучать не придётся — это я вам обещаю. Ни вам с товарищем Игнатьевым, ни вашим людям. Каждый коммунист сейчас на счету. Кстати, товарищей, исключённых из КПСС за Ленинский уклон, необходимо немедленно принять в КПК с учётом их партийного стажа, то есть с того дня, когда они вступали в партию. Мы не делим коммунистов на своих и чужих.
Намёк был более чем понятен. В Китае до сих пор действовала карточная система распределения, в которой коммунистам было положено больше. Чем больше стаж, тем больше благ. Такая социальная справедливость с Ленинскими принципами не расходилась. Пайки по карточкам, пусть и повышенные — это нормально, это не Капитал, это заслужили честно.
— Спасибо, товарищ Мао. Я собирался об этом просить.
— Это излишне, товарищ Маленков. Для КПК такое подкрепление — большое счастье. Не скрою, правый уклон и у нас поддерживают многие, так что не все вам будут здесь рады. Если столкнётесь со скрытым саботажем — немедленно извещайте меня. А пока давайте обсудим десант на Филиппины. Теперь у нас есть для этого силы.
***Пятого августа 1954 года, состоялось внеочередное заседание ГКТО-Бюро Президиума ЦК. Присутствовали: председатель ГКТО, первый секретарь Бюро Президиума ЦК КПСС, председатель Президиума Верховного Совета РССР, Верховный Главнокомандующий вооружённых сил Социалистического Содружества, генералиссимус — Рокоссовский Константин Константинович; председатель Совета Министров РССР — Косыгин Алексей Николаевич; заместитель председателя ГКТО, секретарь Бюро Президиума ЦК, министр Государственной Безопасности, председатель Комиссии Высшего Партийного Контроля, маршал ГБ — Судоплатов Павел Анатольевич; министр Иностранных Дел — Громыко Андрей Андреевич; министр Внутренних дел, генерал-полковник — Меркулов Всеволод Николаевич; Военный министр, заместитель командующего ВС Социалистического Содружества, верховный маршал — Василевский Александр Михайлович; министр Государственного Контроля, генерал-полковник — Абакумов Виктор Семёнович; первый секретарь Московского ГК КПСС — Брежнев Леонид Ильич; заместитель председателя Совета Министров, заместитель председателя ГКК, министр Электронной промышленности — Лебедев Сергей Алексеевич; председатель ГКК, генеральный конструктор ОКБ-1,- Королёв Сергей Павлович; министр по Делам Молодежи и Спорта — Шелепин Александр Николаевич; министр ВМФ СССР, адмирал флота Советского Союза — Кузнецов Николай Герасимович; председатель Спецкомитета, президент Академии Наук — Курчатов Игорь Васильевич; председатель Госплана — Сабуров Максим Захарович.