"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Но это для Василевского она была на краю земли, а для генерала-армии, Николая Олешева, буквально через речку. К тому-же, эта "деревня" почти на целую неделю становилась фактической столицей мира. А в кулуарах, торжественных приемов, церемоний и банкетов, этого, якобы исключительно ритуального визита, решалась без всякого преувеличения судьба мира.
За прошедшие после "Эдмонтонской конференции" два месяца, цепь трагических событий, а также обмен территориями между СССР и Республикой Аляска, совершенно изменили расклад сил в Северной Америке. Сил даже не столько военных, хотя теперь севернее САСШ появилось еще одно американское государство с мощной армией и флотом, а также имеющие за спиной Четырнадцатую Гвардейскую ударную армию русских, сколько сил нравственных, морально этических.
На северной границе САСШ вдруг возникло государство, которым уже гордился каждый американец — от Сан Диего до Бостона и от Сиэтла до Майами. И то, что сэр Эрнест Генри Грининг недавно открыто заявил о вступлении в партию Коммунистов, лишь добавило ему симпатий среди простых американцев. Да что там симпатий, после его слов "Коммунизм никому не навязывают, меня сочли достойным. И социализм никому не навязывают, социализм нужно еще заработать, его нужно самим построить, за нас никто ничего делать не будет.", в рейтинге популярности американских политиков всех времен, он обошел Вашингтона, Рузвельта и Эйзенхауэра вместе взятых, а про ныне живущих и говорить не стоило, упоминания о них не превышали планку статистической погрешности.
Желание встретиться с русскими в Олешев-Сити изъявили абсолютно все президенты новых американских государств, отказывать русские никому не стали, но сразу поставили условие — все встречи будут трехсторонними. И хотя в состав Советской делегации больше не входил друг Николай, его дух на встрече незримо присутствовал, и не оставлял президента Аляски своим покровительством. Похоже, сейчас этот "дух" заговорил в генерале Мэтью Риджуэе.
— Ты жопа с глазами, а не президент, мать твою. А Маккормик, гореть ему в Аду на самой горячей сковородке, был жопой с ушами. Одна жопа не слышала, а вторая не видела. Все, что вы натворили, вы натворили сами и не пытайся что-либо переложить с больной головы на здоровую. Ты, именно ты, обрек мою армию на участь мародеров, а избегли мы ее вопреки тебе. Будь моя воля, я бы прямо здесь тебя арестовал, и посадил в ту же Монреальскую клетку, где сидят британские упыри, а после бы вместе с ними и вздернул. Да, мы теперь коммунисты. Сэр Грининг уже, а я надеюсь скоро стать достойным. В чем ты, жопа с глазами, узрел коммунистический заговор? Что вам не дали превратить всю Америку в радиоактивные руины? Ты, отдавший приказ бомбить Джексонвилл и Норфолк? Заговор увидел?
Распалившейся "духом Олешева" Риджуэй встал и, казалось, готов был запустить в голову Макартура тем, что подвернется под руку, но сэр Грининг мягко потянул его за локоть, призывая присесть и не нагнетать обстановку. Дуглас Макартур, "Бешеный Дуг", слушал своего бывшего подчиненного хоть и с каменным лицом, но постепенно наливаясь кровью. Повисшую паузу попытался разрядить директор ЦРУ Аллен Даллес, обратившийся к присутствующему за переговорным столом министру Государственной Безопасности Советского Союза и Республики Аляска, Павлу Анатольевичу Судоплатову.
— Отрицать ваше влияние на ситуацию не конструктивно, господин маршал. Мы с вами оба профессионалы, и вы не можете не понимать, что достаточно наследили в этом деле. Да вы следов и сами не скрываете, судя по действиям "Счастливчика ОЛири".
— Не скрываем, мистер Даллес, ибо скрывать нам нечего. Естественно, что мы отслеживали ситуацию и на нее реагировали, но уверяю вас, что кроме неуплаты налогов в особо крупных размерах, несуществующему уже государству, вы моим ребятам ничего инкриминировать не сможете. Кстати, про мистера ОЛири. Помните ли вы произошедшие в Филадельфии события, от второго мая, сего года? Вижу, что помните. Тех британцев вам "сдал упакованными" мистер ОЛири и его люди. Они делали вашу работу, но, к сожалению, всем нам не хватило даже совместных усилий. Однако, президента Эйзенхауэра не уберегли именно вы. Надеюсь, хоть это вы нам в вину не ставите? Ну и отлично. Тогда открою вам еще одну тайну, таких случаев, как второго мая в Филадельфии, было еще четыре. Вы, своими силами, сумели предотвратить только два, да и то оба раза с жертвами и просто невероятным везением. Мы с вами оба профессионалы, но из разных лиг, выражаясь по-спортивному. Не буду от вас скрывать, господа, если бы нам нужна была революция в контролируемых вами САСШ и ваши "головы на блюде", мы бы их получили еще вчера.
 
Все еще пунцовый "Бешеный Дуг" при этих словах выразительно посмотрел на Аллена Даллеса, но тот только как-то уклончиво пожал в ответ плечами. Снова возникла неловкая для гостей пауза, которую русские равнодушно пережидали, а генерал Риджуэй казалось наслаждался каждым ее мгновением. Ни равнодушия, ни торжества не испытывал только сэр Грининг. Ему почему-то было в этой тишине неловко.
— Господа! Мы ведь здесь собрались не ругаться. Господин президент! Официально прошу у вас прощения за слова генерала Риджуэя. Его слова — не позиция правительства Республики, но только личные эмоции. Мне бы очень хотелось, чтобы мы оставили взаимные упреки и перешли к конструктивной повестке. Тем более, что ваши упреки нас нисколько душевно не ранят. Да, мы, в вашем понимании, настоящие "комми", но мы этого и не скрываем, мы этим гордимся.
И нам есть, чем гордиться, господин президент. У нас на рассмотрении шестьсот тысяч заявок о приеме в "Трудармию" Республики. Из них, тысяч четыреста, от ваших граждан, граждан САСШ.
Словом, упреки мы услышали, на них отреагировали, еще раз прошу прощения за излишнюю горячность, давайте двигаться дальше. Вы же не войну приехали объявлять?
Слова Грининга подействовали на Макартура, как каменная стена на, бодавшего непонятное красное пятно, быка. Вроде и боднул, вроде и попал прямо в пятно, но оно оказалось нарисованным на каменной стене. Краска стала спадать с его лица, а упертая решимость "армейского сапога" в выражении, сменилась на "интерес политика". Он поднял глаза на Рокоссовского, но ответил как-бы Гринингу.
— Мы, разумеется, приехали не войну вам объявлять, господин президент. Мы хотели бы твердо убедиться, что в этой войне вы не нанесете нам удара в спину.
Сэр Грининг уже набрал в легкие воздуха для отповеди, но его остановил жестом, чуть приподнятой над столом ладони, Рокоссовский.
— Это конструктивно, господин президент. Какие вы хотели бы иметь гарантии?
— Гарантии? В политике? Я еще не настолько выжил из ума, чтобы просить у сильного, но пока сытого хищника гарантий. Все гарантии закончатся, когда сытость у хищника сменится голодом.
Я хочу понять умом, зачем мы вам нужны, чтобы самому оценить перспективы.
— Охотно вам это объясню, господин президент. Новый президент КЮША, господин Джордж Линкольн Рокуэл [33], самый натуральный нацист. Вы хоть у себя и "сидите на штыках", но сидите довольно прочно. В случае вашего "изъятия" и проведения выборов, наши аналитики предсказывают, с почти стопроцентной вероятностью, приход к власти подобного господина и в САСШ. Мы считаем, что национал-социализм — это совсем не то, что сейчас нужно Америке.
Пройдет совсем немного времени, и вы убедитесь, что социальная модель развития, принятая Республикой Аляской, нисколько не противоречит вашим убеждениям. Сами убедитесь. Вы уже убеждаетесь. Глядя, как ваши граждане иммигрируют в Канаду и Республику Аляска. Глядя, как чахнет ваша экономика, и в то же время расцветает Аляска. Когда сами в этом убедитесь, вернемся к этому разговору еще раз. Мы считаем вас законной властью в САСШ, именно с вами предпочитаем сотрудничать в противодействии возрождения национал-социалистической идеологии. Именно вы правопреемники той Страны, которая подписалась под протоколами "Нюрнбергского трибунала".