"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Заговоров пока никто не планировал, очень своевременным оказался перевод Владимира Александровича в Варшаву, но, по мнению Сандро, это лишь вопрос времени. Даже вокруг Сергея Александровича начинают группироваться недовольные. Ведь у множества дворян в мещане разжаловали родственников и лишили их тем самым наследства.
«Ага: – «Мой дядя, самых честных правил…»
– Сандро. Во флоте ты мне не нужен. То есть, ты можешь продолжить службу, но высот не добьёшься. Будешь одним из посредственных адмиралов, заслуживших орлы на погоны выслугой. У меня к тебе другое предложение.
– Слушаю, Ники.
– Дядя Владимир из Варшавы может уйти только на понижение, к командованию гвардией ему уже не вернуться никогда. Я предлагаю занять этот пост тебе.
Сандро опешил.
– Не по чину мне, Ники.
– А кто у нас чины раздаёт, Сандро? Я, самодержец и самодур. Но ты погоди благодарить, сначала дослушай. Наша гвардия сегодня вызывает у меня ассоциации с содержимым выгребной ямы – сплошь педерасты и масоны, экскременты и опарыши. Ты мне нужен для того, чтобы эту выгребную яму вычистить. От гвардии сохранятся только славные названия полков, личный состав придётся менять полностью. Да так, чтобы не вызвать в процессе мятежа. Подумай – готов ли ты к этому?
– Знаешь, Ники, а ведь я бы начал именно с этого, если бы сам оказался на твоём месте.
Из Александровского дворца, Александр Михайлович Романов вышел контр-адмиралом (за отличие) генерал-адъютантом и командующим гвардии. Из Царского села все гвардейские части в ближайшее время предстояло перевести в горячие точки: на Кавказ, в Персию и на Дальний Восток. Охрана резиденции Государя-Императора доверялась 59-му пехотному Архангельскому полку.
Пятого (девятнадцатого) марта 1894 года состоялось бракосочетание Александра Михайловича Романова с Ксенией Александровной Романовой. Ну а что? В прошлый раз детишек они наплодили много, детишек здоровых, да и любили друг друга по началу искренне, так зачем мешать? То, что потом разругались и развелись – дело житейское, а вина их в этом, ну – как минимум совместная и равная. Бабы вообще – очень злокозненный гендер, который вечно лезет не в свои бабьи дела, вот взять, к примеру, ту же Маман. А ведь Ксения её старшая дочь. Наверняка такая-же коварная и ядовитая тварь. У младшей сестрёнки любящему брату этого незаметно, но вполне вероятно. Вполне. Почти наверняка.
Подарком к свадьбе новобрачным стал опубликованный накануне манифест об императорской фамилии. Великими князьями (и княжнами с великокняжеским содержанием) теперь считались только потомки Александра Третьего, Святого, Миротворца и Избавителя. То есть, пока только несовершеннолетний Наследник-Цесаревич Михаил Александрович, Ксения, с мужем Сандро и Ольга, пока ещё совсем ребёнок. Порядок наследования теперь был следующим: прямая династическая линия – дети Николая Александровича (которые пока не родились), вторая династическая линия – Михаил (пока несовершеннолетний) и его будущие дети, третья династическая линия – дети Сандро и Ксении, четвёртая – дети Ольги и её будущего мужа. В случае прерывания династической линии Александровичей, России следовало созвать Всеобщий Собор и избрать нового царя, новую династию.
Сандро не стал третьим в очереди престолонаследия, но как старший мужчина в династии Александровичей, он был назначен регентом Михаила, в случае вступления того на трон несовершеннолетним. Мало ли что. Николай глупой отвагой не бравировал и охраной не пренебрегал, но иногда ведь и молнией убивает. На всё Воля Божья.
Если гвардия и сомневалась до этого в праве Сандро казнить и миловать, то сейчас все сомнения точно исчезли. Михайловича теперь за глаза называли не иначе, как Малютой Скуратовым. И родственники, и гвардейцы.
– Мишкин, – на свадебном балу в Зимнем дворце (Эрмитаже) Николай подхватил за локоть младшего брата, – составь-ка мне компанию. Пойдём на балкон, я покурю, а ты подышишь.
– С удовольствием, Ники. Здесь на меня все смотрят, как на павлина с распушенным хвостом. Тебе-то хорошо.
– Дурак ты, братец. Уж прости за правду. На меня здесь смотрят как на дракона, с тоже распущенным хвостом, но уже не для красоты, а для атаки. Тебя здесь, по сравнению со мной, они очень сильно любят, в этом не сомневайся. Идёшь, Наследник-Цесаревич?
– Конечно, брат. Но скорее бы уж у тебя прямые наследники появились. Ты уж постарайся, Ники.
– Постараюсь, брат. Пойдём.
Пост возле балкона, на котором уединились Император и Цесаревич занял флигель-адъютант Государя, подполковник Изюмов.
– Мишкин, ты хочешь прожить жизнь так, чтобы в конце не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы?
Сопляк на балконе, в качестве второго лица в Империи, потребовал себе папиросу. Пороть его за это было уже поздно. Сосунок, манерным щелчком пальцев, отправил окурок затухающей звездой с балкона Зимнего.
– Не темни, Ники. Отец велел мне слушаться тебя, пуще самого себя. Ещё когда ты был в ссылке, а наследовал ему Жорка. Да и Сандро много интересного рассказал. Я – за тебя, в этом будь уверен.
– Проболтался, жених, – беззлобно усмехнулся Николай.
– Не мне, Ники, не сердись, он – Ксюхе. А уж она мне. Я ведь её брат и Наследник-Цесаревич, к тому-же… А ты на что рассчитывал, Государь-Император?
– Ну, Сандро то вполне мог язык и попридержать, не обязательно было сразу становиться такой тряпкой. Баборабом… Ладно, жениха сегодня обижать не будем, учтём на будущее. Мишкин, императором тебе не быть. Дети у меня будут.
– Слава тебе, Господи!
– Не кривляйся, малыш, а то выпорю. Собственноручно. Тебе, Мишкин, не занять трона Российской Империи, но у меня на примете для тебя ещё множество тронов. Кстати, я тебя уже помолвил. Невеста, правда, ещё совсем ребёнок, но ты ведь не торопишься?
– Грозный царь… Не зря об этом болтали…
– Не зря, – кивнул Николай с очень серьёзным выражением лица, – в этом не сомневайся. Те, кто тебе об этом говорил, недооценивают меня как минимум на порядок. Я сговорился с Императором Японии о твоей свадьбе с его дочерью. И ваши потомки должны будут стать новой правящей династией Китая. Как когда-то монголы, или маньчжуры. Уже восемь веков власть в Китай приходит от варваров с севера. Мы, с моим братом Мацухито, императором Мейдзи, решили эту традицию не нарушать. Нам не нужен в Китае свободный рынок. Нам нужна там своя династия. Ну, теперь давай, шути.
Глава 11
Семнадцатого мая, 1894 года, Иосиф Джугашвили возвращался домой приплясывая. Он только что получил аттестат духовного училища, о котором так мечтала мать. Причём, аттестат почти на отлично. На «хорошо» сочли только греческий язык, но это не мешало поступлению в семинарию. Пятнадцатилетний Сосо, распалённый будущими мечтами, влетел в снимаемую семьёй комнату и упёрся взглядом в широкую спину в голубом жандармском мундире.
«Ротмистр». Сосо не учил званий жандармов, они почему-то запоминались сами собой.
Жандарм что-то рассказывал, а мать смеялась. Искренне, заливисто. Как никогда раньше. Странно это…
– Сосо!
– Да, матушка!
– Его высокоблагородие, господин офицер сделал нам предложение, от которого я не смогла отказаться. Тебя зачислили в Царскосельский лицей. На полный кошт Государя-Императора. Собирайся скорее, Сосо. Мы выезжаем сегодня-же. Пролётка нас уже ожидает.
– Павел Владимирович, – протянул руку жандарм. Его высокоблагородие, господин ротмистр. Сыну сапожника.
– Иосиф Джугашвили, – полупоклонился юноша, не решившись на рукопожатие.
– Жмите, юноша, не стесняйтесь. Мне было свыше откровение, что этим рукопожатием я ещё буду когда-нибудь гордиться.
Конечно, теперь этот грузинский юноша не станет Красным Императором, судьба его сложится совсем по-другому, но не дать ему шанса Николай не мог. Люди с таким потенциалом рождаются крайне редко. Они величайшая ценность нации, и разбрасываться такими драгоценностями может только полный идиот. Сейчас этого парня нужно учить, учить и ещё раз учить. В тот раз он занимался самообразованием всю жизнь, экономя время на отдыхе. Тысячи томов книг из Кремлёвской библиотеки имели на полях пометки, оставленные его рукой. Жажда знаний и работоспособность у него нечеловеческая. Будет очень интересно посмотреть, в кого вырастет Сталин здесь, если ему помочь получить образование в юном возрасте. Какое? Пока лицей, а там видно будет. Нам нужны и талантливые управленцы – и учёные, и военные, не нужны только гениальные революционеры.