"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Ненадолго прервав рассказ, генерал неторопливо подошел к столу и без лишних церемоний щедро плеснул в стакан из той же бутылки, которую Де Ветт активно опустошал до начала совещания. Не спеша выпив коньяк, Де Ла Рей довольно крякнул, степенно огладил бороду и, заметив чуть завистливый взгляд Снемана, налил еще порцию и протянул стакан старому приятелю. При виде генералов, мирно беседующих о посторонних вещах, фон Сток попытался возмутиться, но был вовремя остановлен Кочетковым и препровожден в дальний угол. Глядя, как русский «картограф», приобняв немецкого «комвияжера», растолковывает особенности бурского менталитета вообще и их высшего командования в частности, Де Лай Рей обменялся довольными взглядами с президентом и, как ни в чём не бывало, продолжил повествование:
– Я, Терон и англичане находились на правом берегу Вааля. И к тому времени, когда британцы приблизились к переправе, херре Шульженко – вы все помните этого немного сумасшедшего фанатика минной войны – уже заложил взрывные заряды не только на мосту, но и на обоих берегах, прилегавших к переправе. Согнав к реке чуть ли не всех свободных от службы людей, он уговорами, приказами и чуть ли не мольбой заставил их выкопать уйму ям и уложил в них свои взрывающиеся игрушки. Мальчики из Пенкопа со всех окрестных ферм и шахтерских лагерей ему мелких железок, битых бутылок и прочего мусора натаскали, и Шульженко напихал его вместе с минами. Когда русский закончил свою работу, все бойцы из Пенкоп Коммандо уже находились на левом берегу, где, словно кроты, нарыли себе укрытий, да так славно, что даже я, зная, где они прячутся, не смог разглядеть ни одного. А вы говорите, – бур кинул торжествующий взгляд на фон Стока, – мальчишки, школьники, самонадеянно…
Видя, что немец к продолжению дискуссии не расположен, Коос довольно хмыкнул в бороду и наконец-то закончил свой рассказ:
– Всё шло, как мы и предполагали. Я свято уверен, господа, предсказуемость англичан, прописанная в уставе, их когда-нибудь и погубит. Так и в этот раз. Первыми переправились одна стрелковая и одна инженерная роты и принялись разбивать лагерь, потому как дело шло к вечеру. Следом за первыми еще две пехотные роты потопали через мост, а остальные ждали своей очереди, даже не удосужившись принять боевой арьергардный порядок. Вот тут-то наш безумный минер пустил в небо ракету, и его люди одновременно взорвали и мост, и оба берега! Рвануло так, словно сам архангел Михаил махнул мечом огненным! Уж на что мы далеко от берега стояли – и то шляпы замучились ловить. Тех англичан, что чудом уцелели в этом аду, тут же принялись расстреливать мальчики из Пенкопа и люди Терона. Британцы даже не успели развернуть и подготовить к бою пулеметы, да и их хваленые кавалеристы больше суетились, чем оборонялись… Десяток минут непрекращающейся пальбы – и все, кто выжил, бросили оружие.
Пожилой бур немного помолчал, оглаживая бороду и, глядя сквозь стену куда-то вдаль, так и не выйдя из полутранса, тихо произнес:
– Видел я тогда, что хоронили нечестивых, и приходили и отходили от Святого Места, и они забываемы были в городе, где они так поступали. И это – суета! Мы живем в страшное время, господа, страшное… Нам нужно радоваться, что Господь сподобил одним ударом уничтожить множество врагов, а не хочется. Вспоминаю тот кошмар, что творился на берегах реки после взрыва, и содрогаюсь. Страшно…
– А я, признаться, восхищен! – подрагивающим от азарта голосом произнес фон Сток, чуть нервно протирая и без того сияющее стекло монокля. – Сколько врагов вы уничтожили? Тысячу?
– Шестьсот тридцать семь, – вздохнул Де Ла Рей, избегая встречаться взглядом с восторженным немцем. – Шестьсот тридцать семь душ людских, нашли последнее пристанище на берегах Вааля. И триста одиннадцать сдались в плен…
– Таким образом, группировку лорда Китченера под Варрентоном можно полностью исключить из оперативных планов британского командования, – с прагматичным апломбом заявил фон Сток, вновь подойдя к карте. – Gut. Sehr gut. С теми силами, что сейчас находятся под его командованием, он опасности не представляет, а подкрепления ему не дождаться. Но сейчас речь не о Китченере, а о сэре Робертсе и обороне Блумфонтейна. Я предлагаю объединить личный состав коммандо присутствующих здесь генералов и Иностранный легион под командованием господина Максимофа в одну армию, после чего мы получим группировку в двадцать две тысячи активных штыков при поддержке двадцати семи орудий и семнадцати… Господин генерал! – фон Сток обернулся к стоящему наособицу Де Ла Рею, – как я понял после столь выдающегося сражения вы захватили у англичан три пулемета?
 
– Два, – коротко бросил бур, немного помолчал и добавил, – мы захватили два орудия «Максим-Генри» на станках Норденфельта, попросту говоря – пом-помы. Третьему взрывом разнесло станок и казенную часть. Мы его утопили.
– То есть, созданная группировка будет иметь поддержку семнадцати пулеметов системы «Максим», четырех системы «Браунинг-Кольт» и одиннадцати орудий системы «Максим-Генри». Имея под рукой такую силу, можно потягаться с англичанами! Если мы расставим наши силы таким вот образом… – немец вынул из шкафа громадную карту города и его окрестностей и, разложив ее поверх первой, принялся тыкать стеком в давно намеченные точки, – то создадим Die uneinnehmbare Festung – неприступную крепость! Зная малоподвижность англичан, мы имеем в запасе время от двух недель до месяца и можем бросить значительные силы на земляные работы. Я предлагаю соорудить редуты в данных точках, – фон Сток последовательно ткнул стеком в карту, – и, расставив в них орудия, создать практически непроходимую для пехоту зону…
– Только для пехоты? – перебил докладчика Эразмус, скептически вздернув бровь. – Насколько мне известно, у англичан, кроме обычной, легкой, полно конной пехоты да и в австралийской легкой кавалерии служат отчаянные парни… И, зная местность вокруг Блумфонтейна не хуже своей фермы, могу сказать уверенно: у этих ребят будет много неплохих шансов проскочить вашу «непроходимую» зону верхами и устроить нашим артиллеристам день гнева Господня… Смотрите! – старый бур расправил карту и уверенно ткнул пальцем в блекло-коричневую поверхность, местами рассеченную зеленоватыми пятнами, – вот тут, тут и во-о-от здесь цепь холмов, за которыми наступающие легко укроются от огня, а между ними – ложбины, по которым противник подойдет к вашим редутам почти вплотную!
– Пусть подходят, – невозмутимо пожал плечами фон Сток, – тут-то их и встретят наши пулеметные расчеты и стрелки.
– Допустим, – Снеман, сочтя своё вмешательство необходимым, бесцеремонно оттер немца от стола и вперился в карту, – один раз этот номер у нас пройдет, а дальше? Неужели вы рассчитываете, что сэр Робертс разом погонит ВСЕ свои войска в атаку? Правильно, не думаете. А сколько, вы говорите, он с собою пушек тащит?..
– Около тридцати полевых орудий калибра три дюйма и шесть морских гаубиц калибра шесть дюймов, – недоуменно протянул фон Сток. – Его артиллерийский парк чуть больше того, чем будет располагать наша сводная группа, так что я не вижу большой проблемы…
– Все наши осадные крупнокалиберные орудия – «Длинный Том», «Большая Берта» и остальные – находятся по Ледисмитом. Те пушки, что имеются в нашем распоряжении сейчас, – такие же несчастные трехдюймовки, что и у сэра Робертса, – чуть раздосадовано поджал губы Снеман. – И как только сэр Робертс, даже ценой большой крови, выяснит расположение наших орудийных позиций, его морские шестидюймовки смешают редуты с пылью!
– За оставшееся время мы вполне успеваем перевезти дальнобойную артиллерию из-под Ледисмита в Блумфонтейн, – упрямо тряхнул головой фон Сток, – и тогда мы как минимум уровняем наши с англичанами шансы, если не превзойдем их!
– Угу, – угрюмо буркнул Де Ветт, так и не удосужившись подняться с кресла, – а заодно ослабим наши коммандо под Ледисмитом, чем непременно воспользуется Булер, свернем наши операции на вражеских коммуникациях, оставим неприкрытым правый фланг… А что? Пусть тот же Китченер поблагодарит Бога, сэра Робертса и нашу глупость и, перебравшись через Вааль, пройдется огнем и мечом по неприкрытым войсками землям.