"Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
— Буду, — недовольно проворчал Арсенин и повторил: — Буду, куда ж мне деваться-то… А теперь поведайте, чем все же мы будем заниматься и какая цель является конечной?
— Отлично, — с едва заметным облегчением выдохнул генштабист. — А что до целей наших, то слушайте внимательно…
Глава четвертая
22 февраля 1900 года. Лагерь Нортумберлендских фузилеров— Ты уже поел, красавчик?
Услышав голос Хорсвилла, Арсенин невольно вздрогнул. За воспоминаниями о разговоре с Кочетковым он даже не услышал, как отворилась дверь овина.
— Такому симпатяшке, как ты, нужно нормально питаться, — продолжал ворковать сержант, окатывая заключенного масленым взглядом. — А то ни взглянуть не на что будет, ни потрогать…
Арсенин хотел уже обматерить англичанина, а то и вмазать от всей души по морде, но внезапная мысль заставила его остановиться и ответить совсем не так, как хотел изначально.
— Красавчик? — Всеслав, мысленно содрогаясь от брезгливости, вызывающе облизнул губы. — Это значит, что я тебе ТОЖЕ понравился?
— Ого! — восхитился англичанин. — Это получается, что я не ошибся, и ты знаешь толк в… крепкой мужской… дружбе? — британец подошел почти вплотную и ласково потрепал Арсенина по щеке.
— Есть немного, — пробормотал Всеслав, пытаясь скрыть гримасу отвращения за натянутой улыбкой. — И вот пришла мне в голову мысль. Коль мы друг другу не безразличны, то почему бы нам, к обоюдному удовольствию, не скоротать вечерок вместе? Скажем, сегодняшний?
— Я скажу, что эта мысль и мне по душе, — скабрезно ухмыльнулся Хорсвилл. — И не только по душе… Значит, так и порешим, как сдам дежурство — сразу к тебе.
— Лучше после ужина, когда народа вокруг поменьше будет, — с деланым смущением пробормотал Арсенин. — Когда мне хорошо, я бываю громким. И мне бы не хотелось посвящать всех вокруг в интимные подробности своей жизни.
— После ужина, так после ужина, — покладисто пожал плечами сержант. — Отдыхай, красавчик! Набирайся сил, они тебе ой как пригодятся, — британец хлопнул пленника по заду и, собрав судки, вышел на улицу, даже не подозревая о том, насколько он был близок к смерти.
Время до ужина Всеслав большей частью провел у зарешеченного оконца, пытаясь рассмотреть лагерь и хотя бы начерно представить себе пути отхода. Однако толком он так ничего и не придумал — палатки, стоящие вокруг сарая, перекрывали обзор почти полностью.
Как-то незаметно стемнело. Уже сменился часовой у дверей гауптвахты, уже принесли ужин, а Хорсвилл так и не появился. Арсенин начал понемногу беспокоиться, что его замысел не удастся, когда за окном послышался голос сержанта, требующего от часового открыть дверь. К удивлению Всеслава, солдат безропотно подчинился, и через мгновение после скрипа замка любвеобильный англичанин ввалился внутрь. Дождавшись, пока дверь за ним закроется, британец шагнул к Арсенину:
— Заждался меня, сладенький?
— Есть немного, — проворчал Всеслав. — Да погоди ты! — ладонь моряка жестко уперлась в грудь распаленному похотью британцу. — Ты часового отправь поспать. На часок. А то здесь стенки тонкие, он уши развесит, а мне оно надо? Да и тебе — тоже.
Фузилер недовольно хмыкнул, но препираться не стал и постучал в дверь:
— Болтон! Болтон, чтоб тебе черти зад надрали, слышишь меня?!
— Да, сэр, так точно, сэр, слышу, — забренчал замком солдат. — Сейчас открою, сэр!
— Погоди, не отпирай, — буркнул Хорсвилл. — Мне тут по поручению сэра Рочестера с пленником надо пошептаться… кон-фи-ден-ци-аль-но! Во! А так как тебе такие разговоры слушать не положено, сходи, погуляй где-нибудь, а через пару часов вернешься… Мы тут как раз закончим… разговаривать.
— Но, сэр… Как я могу оставить пост, сэр?
— По приказу старшего по званию, болван! Все, пошел отсюда, вернешься через два часа, понял?
— Да, сэр. Уже ухожу сэр.
Хорсвилл приник ухом к двери и через некоторое время, видимо удовлетворившись результатами наблюдения, развернулся к Арсенину:
— Ну что, теперь тебе больше никто не мешает?
— Надеюсь, что нет, — прищурился Арсенин, присаживаясь на корточки. — Иди сюда, милый, я покажу тебе, что значит любить по-русски.
Слащаво улыбаясь, Хорсвилл подошел почти вплотную. Продолжая довольно скалиться, он смотрел сверху вниз, как Арсенин расстегивает его ремень и кладет сбоку. Он улыбался долго, почти несколько секунд, вплоть до тех пор, пока Всеслав не впечатал кулак ему в пах. Коротко ойкнув, сержант схватился руками за ушибленное место и согнулся пополам. Арсенин оттолкнулся от земли и, подпрыгнув вверх, врезался затылком в подбородок сержанта. Закатив глаза, британец рухнул на пол, в то время как моряк накинул ему на шею его же ремень:
— Обычно в таких случаях говорят, мол, ничего личного, приятель, работа такая, — прошипел Арсенин, затягивая импровизированную удавку на шее англичанина. — Вот только в этот раз все немного по-другому. Ну не люблю я содомитов. Не люб-лю!
— Не убива-а-ай, — прохрипел из последних сил Хорсвилл. — Убьешь, и тебе даже капитан не поможет…
— Хочешь жить — отвечай, — чуть ослабил натяжение Арсенин. — Говори: пароль и отзыв на сегодняшнюю ночь, а также куда бы ты мог пойти ночью за пределы лагеря?
— Молния, — часто и сдавленно дыша, прохрипел сержант. — Пароль — молния. Отзыв — Девоншир… А пойти ночью я могу только к маркитантам. Ярдах в пятидесяти от лагеря тетка Черри палатку держит, спотыкаловкой торгует. Если офицеров поблизости нет, часовые пропустят. За долю, конечно.
— Спасибо, — удовлетворенно улыбнулся Арсенин, — ты мне очень помог. — Всеслав отпустил ремень и, поднявшись на ноги, резко ударил Хорсвилла носком ботинка в висок. Противно хрустнув, кость проломилась, и сержант, еле дернувшись, затих.
— Однако, готов, — пробормотал Арсенин, стаскивая одежду с мертвеца. — Вот только теперь еще черт знает сколько времени ждать, пока часовой вернется. Не мог он часом обойтись, не-е-ет, ему, охальнику, два подавай…
Брегет неторопливо отсчитывал минуты, и Всеслав, прислонившись к стене, даже успел задремать, пока осторожный стук в дверь не заставил его очнуться:
— Сэр! Это Болтон, сэр! Я вернулся! Вы уже закончили?
— Открывай скорее, болван, — хриплым спросонья голосом произнес Арсенин. — Давно уже закончили. Открывай да заходи сюда, помощь нужна!
Уже привычно проскрипела дверь, и часовой, подслеповато щурясь, перешагнул через порог:
— Что делать-то нужно, сэр?
— Отвечать! — рванул на себя солдата Арсенин. — Честно и без задержек! — двумя ударами в корпус и челюсть он заставил солдата рухнуть на пол. — Как отсюда до выхода из лагеря пройти? — Моряк выхватил из ножен на поясе солдата штык и приставил его к горлу противника: — Мне долго ждать?!
— Как палатки обогнете, так все время прямо, — испуганно проблеял часовой. — Там недалеко, сэр…
— Пароль — молния, — чуть вдавил штык в горло солдата Арсенин, — а отзыв?
— Девоншир, — прохрипел Болтон, отчаянно косясь на приставленное к горлу лезвие.
— Не соврал, значит, покойник, — заметил Всеслав и тут же резким движением вспорол англичанину сонную артерию. — Вот тут ничего личного, приятель. Был бы тут твой скрипучий товарищ, тогда да. А так — ничего личного…
Прицепив к ремню ножны, он вложил в них штык, и некоторое время раздумывал, брать ли с собой винтовку часового или нет? Придя к выводу, что в ночное время вооруженный солдат, бредущий к маркитантам за водкой, будет выглядеть подозрительно, он с некоторым сожалением закинул оружие в дальний угол и вышел на улицу.
Часовых у лагерных ворот он прошел на удивление просто. Стараясь не попасть под свет факелов, он пробурчал пароль и, лениво махнув рукой в сторону буша, озвучил цель маршрута: «К тетке Черри». Часовые, так же лениво напомнив ему о необходимости поделиться добычей по возвращении, выпустили за пределы лагеря. Пройдя несколько ярдов по дороге, Арсенин оглянулся и, понимая, что со стороны бивуака он уже не виден, свернул в буш, решив сделать маленький привал на какой-нибудь полянке, где можно будет рассчитать курс по звездам. За размышлениями о маршруте бегства он не заметил, как сбоку мелькнула тень, а после было поздно. Удар чем-то тяжелым по затылку отправил его в беспамятство.