Прелюдия (СИ)

Ее глаза ярко блестели в полумраке комнаты, и он был уверен, что не все звезды исчезли за непроглядными тучами, что плакали, цепляясь за небеса и свисая так низко, что, казалось, невидимые нити, держащие их, вот-вот оборвутся. Грейнджер по-прежнему стояла у настежь открытого окна, когда Малфой оказался рядом, заключая ее в свои объятия. Ее кожа была холодной и немного влажной от косого ливня, который незваным гостем пробирался в зал через окно. Она прижалась к нему, обнимая за талию и оставляя череду поцелуев на его шее. Драко пропускал ее волосы сквозь пальцы, играя с волнистыми прядями и вдыхая родной аромат вперемешку с запахом ливня.
— Почему не спишь? — почти шепотом спросил он, вновь заглядывая ей в глаза и отбрасывая непослушную прядку.
— Ммм, — улыбнулась Гермиона, проводя пальцами по длинному шраму на его шее и распуская мириады мурашек одним лишь прикосновением. — Ты куда-то пропал, да и мне самой не спалось.
Драко хотел запомнить ее такой: улыбающейся, немного сонной, совершенно беззащитной. Но образ той девушки — с заплаканными глазами, брызгами крови на лице и трясущимися руками — не покидал его сознание. Он вспомнил, как они ночами часто курили сигарету, зажженную одну на двоих, потому что она всегда говорила, что не курит, и смотрели на небо. Однажды она увидела падающую звезду и пыталась настоять на том, чтобы Драко загадал желание. Но это была ее звезда, а он и вовсе не верил в исполнение мечт.
— Что ты загадала тогда, на падающую звезду?
— Услышать, как ты играешь.
Драко вновь немного улыбнулся, а потом ловко поднял Гермиону на руки и закружил. Ее звонкий смех разлетелся по залу, и ему казалось, что он держит на руках ангела.
А потом он аппарировал их в просторную спальню. Грейнджер тут же забралась в постель, почти что с головой укрываясь мягким одеялом. Драко расстегнул рубашку и скинул на кресло, стоящее неподалеку. И почему август был таким холодным и буквально пронизывающим до костей?
Малфой прижал к себе дрожащую девушку, которая никак не могла согреться, а она в ответ прильнула к нему, утыкаясь носом в плечо. Спустя пару минут она перестала трястись как осиновый лист, ее дыхание стало более глубоким и ровным.
Драко понял, что она заснула.
Августовский ливень нещадно стучался в окна, будто умоляя пустить его. Ветер с яростным воем вторил дождю. Осень бралась за свои обязанности немногим ранее дозволенного, опуская полог темных дней и ночей.
Малфой прикрыл глаза и начал погружаться в легкую дрему. И в его засыпающее сознание постучалась мысль о том, что завтра будет совершенно иным, нежели вчера. И несмотря на то, что кошмары будут мучить его еще не одну неделю, он наконец-то сможет проснуться без страха, что за ночь успело произойти что-то, что полностью перевернуло его жизнь. Первым, что он услышит, будет звук дождя, а не выкрикиваемые заклинания и стоны. А она по-прежнему будет рядом, помогая сделать воспоминания о последних трех годах тусклыми и беззвучными в свете новых моментов, которые станут яркими звездами освещать его жизнь даже в самую долгую темную ночь.
И может, завтра он откроет шкатулку с фамильными обручальными кольцами Малфоев, чтобы его род пополнился на еще одного человека.
Драко погрузился в сон, напоследок загадав желание всегда быть рядом с ней.
И почему-то он верил, что оно сбудется.