Хочу тебя жестко (СИ)

— Вас отвозить или вы мою машину заберете? — слышу я голос того бугая, который притащил меня сюда, и чувствую, как профессор чуть оборачивается к нему. Мысленно я отмечаю, что этот здоровый мужик, явно старше профессора, обращается к нему на “вы”. Это даже неудивительно, потому что работая с этим монстром, я бы не только на “вы” разговаривала, но и кланялась бы при встрече от греха подальше. Особенно, если они частенько таким образом на природу выезжают, и это была бы не первая кровавая сцена, которую мне довелось увидеть.
Да и хрен с ними, с его подчиненными.
Они, хотя бы, имеют возможность держаться подальше от него. А меня оно на руках держит.
— Нет, отвезешь. — отвечает профессор, а я стараюсь отречься от всех чувств этого мира. Потому что его голос звучит так близко, и я чувствую своим телом, когда он говорит.
— На объект же?
— Да.
Этот короткий разговор заканчивается, а затем меня несут. Я позволяю себе немного дышать, потому что моя казнь, кажется, пока откладывается. Мне даже страшно задумываться - почему, чтобы не сглазить и не ошибиться. Возможно, мной займутся просто позже и в другом месте, но если я об этом буду думать, то точно заплачу.
Когда мы подходим к машине бугая, профессор сажает меня аккуратно на заднее сиденье. Только тогда я открываю глаза, и рядом со мной тут же появляется бугай с моим кроссовком в руках.
— Обувь не теряй. — бормочет он, так же аккуратненько ставя его возле моих ног и закрывая дверь.
Я не успеваю выдохнуть, как с другой стороны открывается дверь ,и монстр-психопат садится рядом со мной, превращая меня в истукана.
— Телефон свой дай сюда, Цветкова. — говорит он мне, а я сжимаю ручки, лежащие на коленях.
— О-он утонул. В лесу, в луже, поэтому я в темноте и ушла не туда. У меня его нет. Я воткнула палку рядом с лужей... чтобы потом найти.
Кажется, я чувствую на себе его пристальный, внимательный взгляд, отчего у меня бегают холодные мурашки по спине.
— Хм. — слышу я. — Ладно, скажу, чтобы его вытащили.
Мне кажется, что мы едем от силы пару минут, прежде чем машина сбрасывает скорость, явно собираясь остановиться, хотя я осознаю, что это не так. Просто я настолько зациклена на своих мыслях и переживаниях, что время пролетает мгновенно. Почему это происходит со мной, и в чем я провинилась перед миром?
Я вздрагиваю от шороха рядом, но это профессор просто вытягивает откуда-то сзади машины свой пиджак и накидывает мне на плечи.
Затем, когда машина останавливается, он куда-то выходит с водителем.
В этот раз, я действительно сижу в одиночестве очень долго и успеваю осознать это, но потом дверь с моей стороны открывается и я вижу здоровяка.
— Идешь? — предлагает он мне, и мне не остается ничего, как вылезти и последовать за ним. Я не знаю, где мы, но территория огорожена здоровым железным забором, и рядом стоит несколько недостроенных зданий. Только самое левое из них выглядит законченным и приличным, именно туда мы и идем.
Когда я захожу внутрь, я думаю, что это чей-то офис, потому что здесь есть стойка ресепшена, удобные диваны и очень красивый холл. Но потом, когда мы поднимаемся на лифте, я понимаю, что это отель, потому что на втором этаже мы проходим мимо номеров с открытыми дверями.
— Тебе сюда. — сообщает мне здоровяк, постучав в единственный закрытый номер, а потом нажав на ручку и толкнув дверь.
Я послушно шагаю внутрь.
В небольшом и достаточно скромном номере я вижу профессора, который сидит прямо в одежде на кровати и смотрит в телефон. Похоже, он привел себя в порядок за это время, потому что его лицо и руки чистые.
Но одежда все та же. Она явно не могла остаться чистой, после того, что он творил.
Я только сейчас начинаю замечать детали. Он сегодня выглядит иначе, потому что на нем вместо белой - черная рубашка, да еще и с галстуком и зажимом на нем. По-моему, вообще, весь комплект вещей, надетый на нем, выглядит дороже, чем обычно, если это вообще возможно.
Как-то невольно вспоминаются все эпитеты, которыми награждали его в институте девушки. Скромняжка, и все прочее в этом роде. Нужно иметь реально плохое зрение, чтобы за его обычным-то видом не рассмотреть откровенно умеющего пользоваться властью человека, а в том, в котором он сейчас, и вовсе становится ясно, что перед тобой особь с самой вершины пищевой цепочки. Просто чистейший, рафинированный хищник с очень острыми когтями.
 
У меня рвется неуместное замечание насчет его одежды и посиделок на белье, но потом я вижу, что на самом деле кровать в номере вообще не застелена и на ней лежит только матрас, все еще упакованный в прозрачный чехол.
— Ты можешь умыться. — слышу я его голос. Он разговаривает со мной так буднично, будто ничего странного и не происходит. —Здесь есть вода, но с остальным пока проблема, так что в душ сходишь позже. Дверь в ванную слева от тебя.
Я ничерта не понимаю, но я послушно поворачиваюсь и иду в ванную.
В зеркале под ярким светом отражается полный ужас. Я смотрю на свои окровавленные ладошки и колени, и, включив воду, медленно и тщательно смываю все в водосток. Затем растерянно смотрю в зеркало, на свое бледное лицо. Взгляд падает ниже, на футболку. Там, где держал меня профессор, остается отпечаток, и я, проглотив тошноту, снимаю футболку и застирываю в холодной воде все пятна.
После надеваю ее снова на себя и , тяжело выдохнув, закрываю лицо руками.
Долбануться.
Лучше бы я просто этого не знала. Хотя, представим, что сегодня бы я пришла к нему и предложила расстаться, ничего не подозревая. В итоге, вероятно, плавала бы сейчас вместе с тем мужиком в водичке.
Но я не могу тут стоять и расклеиваться. Пока я еще жива и в порядке, нужно идти вперед, чтобы как-то разрешилась вся эта ситуация, толку-то от того, что я буду сейчас рефлексировать и думать о том, что человек, с которым у меня случайно отношения - самый настоящий убийца, и я стала невольным свидетелем расправы?
Будь он даже маньяком, забиться в угол и рыдать не помогло бы. Что-то мне шепчет, что он вообще не из тех людей, кого можно разжалобить слабостью и слезами.
Я решительно открываю дверь и выхожу из ванной.
— Зачем вы меня сюда привезли? — задаю я в лоб вопрос профессору. Он поднимает на меня глаза и, заодно, бровь.
— Ты разве просила оставить тебя там?
Он серьезно задал этот вопрос?
— А у меня что, был выбор - остаться или поехать? — интересуюсь я, а этот ненормальный, кажется, посчитав, что стоит уделить внимание разговору, опускает руку с телефоном.
— С чего ты решила, что у тебя его не было? Мне просто показалось, что в таком виде, как у тебя, немного неудобно шляться ночью в лесу.
Он что, действительно вообще не планировал избавляться от меня, как от свидетеля или сейчас издевается? Я стояла и смотрела ,как он избивает какого-то мужика, а затем скидывает в воду, и после этого, несомненно, мой язык посмел бы повернуться и сказать “нет, слушай, я пойду, меня там друзья на шашлыках ждут”. Так, что ли?
Пока я перевариваю его ответ, он переводит взгляд на мои голые ноги. Какое-то время он их рассматривает, затем снова начинает говорить:
— Мне даже хочется спросить, как к этому все пришло.
— Я с друзьями купалась. — отвечаю я, пока интерес ненормального следом неожиданно фокусируется на моей футболке. Мне становится крайне неуютно от его слишком прямого взгляда, и вообще, вспомнив, что я без лифчика, я одергиваю подол, надеясь, что футболка уже достаточно просохла, чтобы не просвечивать. —Потом решила сходить в лес в туалет, уронила телефон в лужу и в темноте случайно зашла не туда. Наткнулась на машину, наступила на какую-то железку и подумала, что это наш транспорт, поэтому села внутрь, чтобы посмотреть, что с ногой.
— После этого ты все еще удивляешься, с чего я предложил вчера проводить тебя на этаж ниже?
Наш разговор прерывает стук в дверь, а затем она открывается. Я вижу знакомого бугая, который держит в руках достаточно большую стопку вещей. Профессор без интереса смотрит на него.