Обещанная проклятому дракону (СИ)

- Больше он к тебе не подойдёт, - успокоил меня дракон.
- А что вы ему сказали? А он что? А вы что? - тараторила я, злясь за то, что он откупается короткими фразами и не торопится выложить подробности.
- Исабель, - с нажимом произнёс господин Россэр, - забудь про Лукаша и вернись к работе. С этой минуты он никогда тебя не потревожит.
- Хотелось бы верить, - пробормотала я растерянно. - Разрешите идти? Скоро приедет посыльный.
Дэйгон милостиво кивнул:
- Беги.
В спешке добравшись до крыльца, я не сразу зашла в холл. Пробралась на цыпочках к калитке, высунула голову и убедилась, что отчим точно ушёл. Затем последовала в дом, но вместо прямой дороги в кабинет, принялась петлять по помещениям в поисках домоправительницы.
- Клаудия, дорогая! - взмолилась я, подкараулив её на выходе из кухни, где Мирабель сурово отчитывала зарёванную Айлу. - Ты же слышала, о чём говорили тот гость и господин Россэр?
Та расправила плечи и склонила голову набок, смерив меня пристальным взглядом.
- Может, и слышала, - задумчиво протянула, вытирая влажные руки полотенцем.
Воровато оглядевшись по сторонам, я снизила голос до шёпота:
- Расскажете?
  
Глава 47
 
Клаудия ответила не сразу.
Многозначительно обернулась на Айлу, чьё всхлипывание переросло в громкие рыдания, задумчиво пожевала губами и скрестила руки на груди.
– Мисс Блейни, я здесь работаю не первый год и хорошо знаю, как важно для господина Россэра молчание. С чего вы взяли, что я тут же выложу всё, что не предназначалось для чужих ушей. Разве я похожа на сплетницу?
К счастью, у меня был заготовлен веский аргумент.
– Потому что визитёр пришёл ко мне. Это ведь был мистер Стайтон?
– Возможно, - уклончиво ответила домоправительница и, не выдержав, закрыла дверь на кухню, приглушив отчаянный девичий рёв.
– Миссис Миллс, я не прошу пересказать дословно тот разговор, я лишь умоляю рассказать, что требовалось отчиму от господина Россэра. Войдите в моё положение!
Набравшись храбрости, я выложила домоправительнице историю моих взаимотношений с Лукашем, опуская самые неприятные детали. Объяснила, почему сбежала из дома и не стала скрывать, что он гнался сегодня за нами по улицам.
Рассказ занял пару минут, но за это время лицо Клаудии успело покраснеть от злости, побелеть от страха и скривиться в гримасе отвращения.
– Вот мерзавец! - в сердцах вскрикнула она и топнула ногой для острастки. - Совести у него нет! Бедная девочка, да если бы мою кровиночку какой-то изверг попробовал бы тронуть пальцем, я бы…
Выпалив на одном дыхании гневную фразу, она умолкла, переводя дух, и уже спокойным голосом добавила:
- Господин Россэр едва на тот свет его не отправил. Как увидел, чуть чудищем не обернулся: схватил за шкирку и над землёй приподнял одной рукой! Ух, силища, конечно, у нашего хозяина звериная. А тот что-то объяснял про какие-то договорённости, купчие, но он так лепетал, что я половину не разобрала. Да и не старалась, если честно. А господин Россэр сказал, что сам разберётся, и велел ему забыть о твоём существовании. Потом он скрылся в кабинете, но быстро вышел и поспешил обратно в сад.
Я почувствовала невероятное облегчение, будто гора свалилась с плеч. Дэйгон встал на мою защиту, уберёг меня от зарвавшегося мерзавца. Надеюсь, с этой минуты Лукаш остался в прошлом.
Преисполненная радости и ярко вспыхнувшей надежды, я поспешила в кабинет продолжить упражнения в каллиграфии. После небольшого отдыха и чувственного массажа, балансирующего по тонкой грани приличий, дело пошло гораздо лучше.
Я старательно, с искренней заботой и любовью выводила ровные, округлые буквы с изящными хвостиками и завитушками, и в какой-то момент мне стало отчётливо казаться, будто я пишу имена для нашей будущей свадьбы.
Исабель и Дэйгон.
Дэйгон и Исабель.
В животе порхали бабочки, а плечи всё ещё ощущали на себе сильные, но аккуратные нажатия крепких пальцев. Нежность скользящих по позвоночнику ладоней и обжигающее дыхание единственного дракона в королевстве.
  
Закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, я позволила себе ненадолго погрузиться в мечты, решив, что будет проще избавиться от запретных чувств, если я их проживу хотя бы в моём воображении.
Представлю, что это сказка, один из множества прочитанных мною дамских романов, и не стану питать несбыточных надежд. А в день свадьбы искренне поздравлю счастливых жениха и невесту.
Мечты мечтами, но мой рабочий день был ненормированным, а значит, надо успеть выбрать несколько вариантов из самых красивых образцов почерка, дождаться посыльного, согласовать с Дэйгоном чистовик, а завтра с утра до ночи заниматься оформлением приглашений.
День ожидается крайне напряжённым.
Я устало потёрла глаза, чувствуя, как накатывает сонливость после массы переживаний сегодняшнего дня, и принялась за уборку, сортируя мои каллиграфические потуги в две стопки: “Ужас ужасный” и “Не стыдно показать”.
Первая росла быстрее, и вскоре я уже ползала по ковру, собирая скомканные бумажки и расправляя их в ладонях.
Выглянув в очередной раз из-под стола и примостив с десяток помятых листиков, опасно покачивающихся над лакированной поверхностью, взгляд скользнул ниже, и я почувствовала, как сердце ускоряет ритм.
Верхний ящик, всегда закрытый на ключ, был слегка выдвинут.
  
Глава 48
 
С чисто женским любопытством я рассматривала приоткрытый ящик, хранивший в себе тайны единственного дракона в королевстве.
Внутренний голос настойчиво требовал воспользоваться ситуацией и сунуть нос в туда, где лежали важные бумаги. Волна лихорадочного возбуждения захлестнула с головой. Я уже потянула руку, чтобы потянуть за тонкую ручку и выдвинуть его до конца.
Но тут проснулась совесть.
- Нельзя, - простонала вслух и для верности шлёпнула другой рукой по шаловливым пальчикам, скользящим по прохладному металлу. - Это меня не касается.
“А вдруг там хранится фотокарточка невесты господина Россэра? - услышала свои мысли будто со стороны. - Разве тебе не интересно увидеть его избранницу?”
Взгляд прикипел к ящику, и я невольно подалась вперёд, словно меня к нему тянуло невидимой силой. Огонь любопытства жёг меня изнутри, начисто стирая все благопристойные мысли - что же такое ценное может быть в этих бумагах?
А вдруг там…
Разум подбросил фразу, сказанную домоправительницей:
“...какие-то договорённости, купчие, но он так лепетал, что я половину не услышала.”
Мог ли Лукаш взаправду иметь общие дела с господином Россэром?
- Тебя это не касается, - убеждала себя, скрипя зубами от досады. Была бы я чуть менее порядочной, давно бы отринула принципы и вовсю копалась в бумагах. - Ты не имеешь права лезть в дела Дэйгона без его разрешения. А если он тебя поймает?
При мысли, что я самозабвенно перебираю документы, смакуя детали личных дел господина Россэра, а он застаёт меня в разгар преступления, меня бросило в холодный пот.
Ещё решит, что я на самом деле шпионю на наследного принца, и…
Видение, как Дэйгон вышвыривает меня на дорогу и закрывает перед моим носом ворота, было таким ярким, что я отползла от ящика, как от ядовитой змеи, вжимаясь спиной в книжный шкаф.
Нельзя! Нельзя! Нельзя!
Распекая на все лады свою честность, я вернулась к прерванному занятию. Собрала остатки исписанных бумаг и утрамбовала их в мусорную корзину. Осталась самая малость - показать чистовики господину Россэру.
И всё бы ничего, но судьба послала очередное испытание. Нижний маленький листок вылетел из пальцев и скользнул в тот самый ящик.
- Да что ж ты будешь делать! - запрокинула голову и горестно застонала, глядя в белоснежный потолок.
Может, это судьба?
“Ага, или проверка от господина Россэра, - скептически хмыкнула про себя. - Выдвину пошире, сорву приклеенный волосок и… Нет, бред какой-то. Будет Дэйгон возиться с волосками и ловушками? Он просто торопился.”