Влюбляться нам нельзя

– Ты жестокая!
Ритка уже не скрывает слез. Она потрясена, расстроена и ничего не понимает.
– Я? – не отвожу взгляда от зеленых глаз любимого и стискиваю кулаки. – На два фронта работаешь, дорогой? Правильно тебя Макаров козлом назвал. Получается, он знал?
И все становится на свои места. Вот будто кто-то фонариком посветил в голове. И яростная стычка Сашки и Влада, и звонок Пифы моей маме, и слова Макарова, что я должна лучше выбирать друзей. Озарение настолько мощное, что делаю шаг назад, будто разговариваю сейчас с чудовищами, и они на меня нападут.
  
Влад идет на меня. Красивое и мужественное лицо с квадратным подбородком перекашивается.
– Это уже оскорбление, – холодно говорит он. – Полина, давай обсудим все спокойно.
– Спокойно? Угу, угу! – смотрю на него. – А спокойно, это как?
– Ну, без этих воплей, истерик и неоправданных обвинений.
– Ну, давай попробуем, – и, хотя в груди клокочет ярость, готова выслушать его.
– На каком основании ты решила, что я тебе изменяю?
– Что? – теряюсь от такой наглости. – Я своими глазами видела.
– И что ты видела?
Влад у нас – специалист по идеологическим дебатам, хорошо может вести дискуссии и получает несказанное удовольствие, когда доводами опрокидывает оппонента на лопатки.
Вот только я не оппонент.
– Чего ты добиваешься? – еле сдерживаюсь, чтобы не завизжать от бессилия. – Я видела, как ты обнимал Ритку в душевой! Этого мало?
– Конечно. Она могла подвернуть ногу, а я оказывать помощь.
– Владик! – Ритка круглыми глазами смотрит на него.
Она явно в шоке. Этот мерзавец сейчас беззастенчиво отказывается и от нее.
– В темноте? – хмыкаю. – В мужской раздевалке? Класс! – и опять обращаюсь к Ритке: – И что ты там делала, подружка?
Ритка хлопает ресницами, ловит взгляд Влада, но тот упрямо смотрит в сторону.
– Я? – вскидывается она и тут же находится без помощи бойфренда: – А почему там была ты? Следила за нами?
– Э-э-э, – зависаю на миг.
– Вот именно! – подхватывает Влад. – Рита могла быть там по любому поводу, так же, как и ты!
– Но ты же знаешь, что я искала телефон Макарова, чтобы удалить фотки.
Теперь теряюсь я. Ни на секунду не поверила в благородный поступок любимого, но и аргументы закончились.
– Я тебе сказал, что сам решу этот вопрос.
– А теперь представь, что это ты меня застукал в мужском душе, например, с Макаровым. Что бы ты подумал?
– Ерунда, – хмыкает Влад. – Ты же ненавидишь его.
– Это тебе так кажется! – меня уже несет по камням и горкам. – Сашка – парень красивый, перспективный, отец у него летчик.
– Ха-ха-ха! – веселится Влад. – Летчик не президент.
– Ну, ты у нас тоже не сын олигарха! И как тебе, понравится?
– Поль, не говори ерунду! Макаров и я – как небо и земля.
– А-а-а, ты себя считаешь центром Вселенной? Господином?
– Не передергивай!
– Когда это ты ей сказал? – вдруг вскидывается Ритка. Я на миг совсем забыла о подруге. – Вы вчера встречались?
Мы дружно поворачиваемся к ней. Мне уже хочется отправить ее домой и выяснить отношения с Владом без свидетелей.
– Нет! – отвечаем хором.
И тут меня опять пронзает догадка: Он вечером оправдывался перед ней, потому я не могла до него дозвониться.
– Дура! – я резко бью его кулаком в грудь. – Какой же я была дурой!
– Не бей Владика! – визжит Ритка и бросается на меня.
Это так неожиданно, что я не успеваю среагировать. Подружка вцепляется мне в волосы и дергает их изо всех сил. Я колочу ее по рукам, отскакиваю.
– Спятила, что ли? Ты что творишь? Влад, убери от меня эту драную кошку!
Тот хватает Ритку за талию, но она дергает ногами и руками и вопит:
– Кошку? Я кошка? А ты… ты… курица! Пусти меня! Пусти!
Она вращает бешеными глазами, которые из медовых вдруг стали непроницаемо черными. Мороз бежит по спине, никогда не видела подружку на предельном заводе, она буквально сорвалась с цепи.
– Рит, успокойся! Успокойся!
Влад хватает ее за плечи и встряхивает, а я смотрю на них в ужасе и не знаю, то ли бежать домой, то ли сигануть с моста в реку.
Ритка вырывается и лезет в сумку. Она выуживает оттуда сломанный браслет и сует его Владу под нос.
– Видишь? Видишь, что эта стерва сделала с твоим подарком?
Домой! Прочь отсюда! Домой! Там, в своей комнате, подальше от чужих глаз и воплей буду зализывать раны.
Я приглаживаю волосы и шагаю к выходу из сквера: мне нет больше места в жизни моего парня. Уговаривать его, унижаться перед ним – ни за что! Он сам выбрал свое счастье, вот пусть и радуется.
Успеваю только добежать до остановки, как парочка меня догоняет.
– Поль, нельзя так уходить, давай поговорим спокойно, – просит Влад.
Ритка стоит сзади, она уже притихла, только шмыгает носом.
– Спокойно? – выдыхаю я. – А-а-а, поняла! Ты хочешь, чтобы я была мудрой и понимающей, как та сова из мультика?
– Ну примерно – Влад широко улыбается своей фирменной улыбкой, потом косится на Ритку и хмурится. – Давай остынем, сегодня разговор на эмоциях.
– Обломись!
Показываю кукиш.
– Это грубо!
Влад берет меня за локоть и тянет опять в сквер: осторожный, гад, с этой остановки уезжают не только лицеисты, но и учителя.
Мы несколько минут молчим. Каждый думает о своем. Я о том, что разбитую чашку не склеить, что после предательства Влада я уже ни за что не помирюсь с ним.
– Поль, понимаешь, – начинает он и вздыхает. – Любовь приходит и… – он делает паузу и продолжает: – Уходит.
Его слова бьют острым лезвием прямо в сердце. Чувствую, как задыхаюсь, хватаю ртом воздух, еле удается протолкнуть его в легкие.
– В таком случае, – выдавливаю из себя, – ты должен был расстаться со мной, а не метаться на два фронта. Тем более, что папка дал отличный шанс.
– Ну, понимаешь… в тот момент это было еще рано, не хотел тебя ранить.
Влад говорит и смотрит прямо мне в глаза. В его зрачках ни капли сочувствия или сожаления. На миг опускаю веки, и сразу вспыхивает картинка: Влад балансирует на унитазе и беззвучно хохочет. Живой, любящий, желанный.
А теперь получается, поиграл со мной в любовь и выбросил как сломанную игрушку на помойку.
– А что тогда между нами было еще вчера? Акт благотворительности с твоей стороны? – шепчу едва слышно, голос отказывается повиноваться. – А сегодня тот же акт по отношению к Ритке?
– Что за акт благотворительности? – спрашивает трясущимися губами она. – Ты хочешь сказать, что я никому не нужна? Владик меня любит.
– Ну, Козловский заявил: то, что я видела в душевой, была не измена, – сквозь зубы поясняю я. – Значит, он полуголый тискал тебя из альтруистических побуждений. А вчера меня. Рыцарь благородный!
И тут Влад взрывается.
По его лицу вижу, как он взбешен.
– Ну, а что ты предлагаешь делать мне, здоровому мужику, если сама как вобла мороженая?
От шока язык немеет, не чувствую его во рту.
Я не узнаю парня. Был такой милый и ласковый, конфетки, цветочки, походы в кино. А сейчас его как подменили: грубит, обзывается, зеленые глаза полыхают ненавистью. Или он настоящий именно такой, а со мной в джентльмена играл?
– Чт-о-о-о! – от возмущения голос резко садится. – Вобла? Очнись, Козловский! Не строй из себя прожженного циника. Нашел оправдание.
– Да пошла ты со своими заморочками! – Влад пинает мусорный бак. – Я хочу физики со своей телкой, а ты в обморок чуть не падаешь от простого поцелуя.
– Телка? Когда я для тебя телкой стала?
– Надеюсь, ты найдешь себе такого же деревянного бычка, – Влад разворачивается. – Ритуля, пойдем!
– Вот и беги к своей Риточке, – захлебываюсь словами я. – Она в обморок не упадет.
– Полька, как ты можешь? – Рита слушает нашу перепалку с зареванными глазами. – Я никогда… ни за что… Влад сказал, что расстался с тобой!
– Проехали! Не трогайте меня, и я вас забуду!
  
Глава 6
 
Я выскакиваю из сквера, сворачиваю во двор жилого дома и несусь изо всех сил прямо по лужам. Брызги летят во все стороны, в ботинках чавкает, и слезы стоят в горле, вот-вот вырвутся наружу. Я душу отдала этому козлу, а он…