Влюбляться нам нельзя
– Ты рядом со мной Дюймовочка.
– Я в тапочках, – отвечаю нелепо и еще больше смущаюсь. – Отпусти.
– Будто каблуки тебя спасут. Не смеши, Зарека.
– У меня имя есть.
– Ну, Полька-Дюймовочка.
– А в глаз хочешь?
– Не достанешь. Говори, зачем приходила?
Я вырываюсь из ступора, сажусь на кровать и тут же вспыхиваю, поймав взгляд Сашки. Вскакиваю, прыгаю в компьютерное кресло, отворачиваюсь.
– Тут такое дело… выручи меня.
– Ну…
– Саш, ты мне нужен. Только на один вечер. На один!
В другое время я обошла бы врага по кривой, но не сегодня. Сегодня от него зависит моя жизнь.
– Да, я красавчик, – ухмыляется Макаров. – Всем нужен… но занят.
– Хотя бы на пару часов…
– Не-а, не могу.
– Саш, побудь моим парнем, прошу!
Наконец важные слова сказаны, замираю в ожидании ответа.
– Что? – Сашка захлебывается словом и закашливается. – Ты с дубу рухнула, Дюймовочка? С какого перепугу?
– Макаров, не язви! Мне и так трудно тебя просить.
– Ни за что! Сама разбирайся со своим козлом.
– Он Козловский.
– А какая разница? И вообще, покедова.
Сашка идет к выходу, но я ныряю ему под мышку и закрываю дверь спиной.
– Не пущу, пока не договоримся.
– Уйди, мелочь!
Макаров легко поднимает меня и переставляет к стене. Он выходит, но нос к носу сталкивается с мамой. Та держит поднос. Он неожиданности мама теряет равновесие, но реакция Сашки потрясает: он подхватывает одной рукой маму, а второй забирает поднос. Так, балансируя, никому и ничему не дает упасть.
– Ты уже уходишь? – встряхивается мама. – А я вам угощение принесла.
– Ма-ма!
– Поля, невежливо выпроваживать гостя, даже не поднеся ему чашку воды.
– На, держи! – я хватаю стакан с соком и сую его в руку Сашке.
Тот растерянно смотрит на меня, на маму, на стакан и… возвращается в комнату. Я бегу за ним, заглядываю умилительно в глаза, складываю на груди руки.
– Саш, я на всех оставшихся контрольных дам тебе списать.
– Насмешила! – фыркает он. – И сколько их осталось?
– Н-ну…
– Ни одной.
Вот черт! Прокол. Но тут же спохватываюсь.
– После праздников Пифа устраивает пробник по матеше. Хочешь, за тебя сделаю?
– А поступать ты тоже за меня будешь?
– Да тебе наверняка дорога в любой вуз открыта без экзаменов.
– Не скажи, спортивные достижения дают только дополнительные баллы.
– Ну, Саш!
Я еще никого так не уговаривала, ни перед кем не унижалась. Даже любимого отдала подружке, но не стала у него в ногах валяться. А тут… этот… зазнайка… Да кому он нужен?
«Тебе! – нашептывает внутренний голос. – Если не уговоришь, придется признаваться в обмане Владу и Ритке».
– Что еще предложишь?
В глазах Макарова мелькает сомнение.
– Что хочешь, – судорожно выдыхаю, – на все согласна.
– На все? – кривая ухмылка ползет по губам.
– Ну, н-нет, не совсем…
– Ловлю на слове, заноза…
Нервно сглатываю, в его голосе столько сарказма! И намеков… На что? Я любимого держала на расстоянии год, а этого уж точно к себе не подпущу. Но выбора у меня нет.
– Мы заключим договор.
– Еще и договор?
Макаров откровенно смеется надо мной. Наверняка гадает, с какого перепугу мне так припекло.
– Да. Чур, не влюбляться!
– И не собираюсь. Такие мелкие букашки, как ты, меня не интересуют.
– А в глаз?
– Не дотянешься.
Выдыхаю: «Терпение, Поль, только терпение!»
– Никаких касаний, обнимашек и поцелуйчиков. Так нам будет легче. Лады?
Я протягиваю Сашке ладонь, боюсь даже дышать, так волнуюсь.
– И как ты собираешься подтверждать близкие отношения, если будешь держаться от меня на пионерском расстоянии?
Замираю, мысли в голове работают в усиленном режиме.
– Хорошо, мы можем держаться за руки. Иногда. На публику. У тебя ладони не потеют?
– Потеют.
Я дергаюсь, на миг закрываю глаза.
– Ладно, я потерплю.
– И целуюсь я с языком, – он подмигивает.
– Что? Не смей! Только попробуй!
Мне кажется, что глаза у меня сейчас вывалятся из орбит и покатятся под кровать.
– Да, шучу я, шучу! Мне с отношеньками некогда возиться. На один раз, говоришь?
– Да, на вечер, – замираю, а сердце колотится в горле, мешает сделать вдох. – На пару часов.
– Пробник сделаешь?
– Д-да.
– Я подумаю…
Я чуть не захлебываюсь от злости. Подумает он, как же! Некогда думать! Мне согласие нужно прямо сейчас!
А Сашка задумчиво теребит подбородок, его взгляд блуждает по комнате, и я вдруг с ужасом понимаю, что у меня открыт ящик комода, а оттуда торчит лямка бюстгальтера. Старого.
– Ой!
Я срываюсь с места.
Сашка удивленно провожает меня взглядом и хмыкает:
– Да не пыли ты так, Зарека. Я что, бабских лифчиков никогда не видел?
Видел или нет, мне не важно. Я все равно готова провалиться сквозь землю. «Что со мной? – бьется в висках мысль. – Проклятый ПМС! Как не вовремя!»
Я всегда воспринимала Макарова как дикого зверя, который только рычит да плюется ядовитыми словами. А еще представляла его хулиганом и драчуном. Почему вдруг сейчас вижу в нем мужчину, одному богу известно.
Или дьяволу.
Глубоко вдыхаю и с усилием отвожу взгляд от ящика.
– Мы договорились? – спрашиваю его и чувствую, как пылают уши.
Он молчит. Небрежно покачивает ногой, теребит подбородок и молчит, зараза! Хватаю его стакан и с шумом втягиваю сок. Наконец Макаров перемещает взгляд на меня и говорит:
– Лады, – я икаю и закашливаюсь от неожиданности, он стучит по спине. – Как будем действовать? Завтра вместе идем в школу?
– Н-нет, сегодня.
Произношу это слово и замираю.
– Обломись. Я не могу.
– Надо сегодня, – быстрый взгляд на часы, спина холодеет: времени совсем нет. – Через полтора часа. У Ритки днюха. Мы встречаемся в парке. Хочет отметить парочками.
Говорю отрывисто, короткими фразами, он не перебивает, ждет, пока сделаю передышку, и, как только я замолкаю, в меня летит:
– Нет! Покедова!
Сашка встает. Я опять бросаюсь наперерез.
– Макаров, будь человеком, а!
– У меня треня, отстань.
– Ну и вали колбаской!
– О, ты можешь и на восемнадцать плюс?
– Идиот!
– Дура!
– Сам дурак!
Сашка выскакивает из комнаты и несется в прихожую.
Я сижу, дуюсь. Зря я ляпнула, что встречаюсь с Макаровым! Завтра придется признаваться в обмане. Какой позор! И кто меня тянул за язык?
Черт! Черт! Черт! И все из-за этого несговорчивого!
Дверь внезапно открывается.
– Ладно, Полька, – подпрыгиваю от грубого голоса и оборачиваюсь. – Где встречаемся?
– В арке через час, – вскакиваю я.
Глава 9
Этот час я кручусь по комнате, перебираю одежду, раскладываю косметику. Случайно ловлю свое отражение в зеркале. Тусклые русые волосы, бледное лицо, круги вокруг глаз. Нет, так дело не пойдет! Бросаюсь в ванную.
– Ты что собираешься делать? – спрашивает мама и смотрит на меня с подозрительным прищуром.
– Волосы красить?
– Дома? Чем?
Я показываю ей коробочку с изображением яркой блондинки.
– Это моя краска! Хочешь осветлиться?
– Ага.
Разговаривать некогда, быстро размешиваю пасту и, не тратя ни минуты, намазываю ее на всю голову.
– Поль! – ахает мама. – Кто же так красится? Ты пятнами будешь.
Так и выходит. Когда смываю через полчаса краску, выясняю, что она легла неровно, и светлые пряди перемешались с русыми.
– Серо-буро-малиновая дура! – поджимаю я губы.
– Я тебя предупреждала, горе мое луковое. Возьми оттенок.
Я с сомнением кручу розовую баночку, но делать нечего, зажмурившись, принимаюсь за работу. В конце концов хотела сменить имидж, сменю радикально.
Перед выходом из дома еще раз осматриваю себя в огромном зеркале прихожей. Чучело, да и только! Русые волосы стали розоватыми, глаза от страха огромными, а тело потерялось в футболке оверсайз. Длинные тощие ноги вообще похожи на китайские палочки, засунутые в джинсы.