Долг оплачен (СИ)

Место очень красивое. Яркое освещение даже в хмурый осенний день. Мебель и пол тёмно-синие, стены голубого цвета. На них фотографии и картины бригов всех мастей, но обязательно на белых парусах, потому что в интерьере, помимо синих оттенков, были белые элементы. У официантов полосатые фартуки и на головах матросские шапки.
Устроиться сюда крайне сложно. Несмотря на это, меня взяли сразу, потому что я местная с пропиской и у меня подлинная санитарная книжка.
На выходе из раздевалки для обслуживающего персонала встретила Анжелику. Кафе находилось недалеко от университета, и подруга часто заглядывала ко мне на работу.
Мы до моей смены стояли минут десять и рассматривали фото Розы. Я завязывала белый фартук в синюю полоску. Убирала волосы в пучок на макушке. Поверх волос немного набок надела головной убор матроса.
— Нет, не парень точно, — эксперт принял решение. Анжелике можно было доверять. — Страшная, но девка.
— Сейчас такие парни, — шептала я и вела бровями. — Ты бы про яйца стала шутить?
— Нет. Но если Роза девочка вроде тебя, да ещё и дома всё время сидит, то она могла без подтекста выдать. Ну, два яйца, одно белое и гладкое, другое коричневое и волосатое. Только те, кто думают о мужиках, посмеются, но для девки-целки ничего смешного не будет. Просто киви и яйцо.
— Что значит «вроде меня»?! — возмутилась я. — Я же просила наличие плевы к интеллектуальному уровню не приклеивать.
— Сколько хочешь ори, но если ты при мужчинах банан ложечкой кушаешь, то о тебе особое мнение, — она фыркнула.
Что за неравенство такое?! Опыта у неё дофига, да такой опыт мне не нужен.
— Давай проверим твою Розу, — предложила Анжелика, и в её глазках загорелись огоньки.
— Как? — заинтересовалась я. Если честно, то Роза или Роз меня реально будоражила. Интрига, однако.
— Ну, не знаю, спроси, когда у неё овуляция. Или какой объём груди и номер чашки лифчика. Несостыковка обязательно будет.
— А если этот парень гинеколог? — рассмеялась я, принимая у сменщицы поднос.
— Мужики любят говорить об интиме, а девки нет. Он себя на этом выдаст, сто процентов. А лучше всего попроси номер телефона, скажи, что хочешь услышать голос.
— Тупо, если парень, то он может подругу попросить.
— Ну, да. И фото может быть чужое. Поверь, Солнце, разводи на интим. Если ты ему приглянулась, он поведётся и скажет, что лесбиян.
Я с улыбкой до ушей пошла работать в зал.
Народ схлынул только к четырём часам, а там и до волны желающих поужинать недалеко. В пятиминутном перерыве я сидела у курилки и переписывалась с Розой.
Солнце: «У тебя был парень?»
Роза: «Откуда? Ты видела моё фото».
Солнце: «Неужели попробовать не хочется?»
Роза: «Нет».
Солнце: «А с девушкой хотела бы попробовать?»
Роза: «Я пойду, меня тут зовут. Пока».
__
Солнце: «Девка. Не клюёт на взрослые темы».
Лика Королева Ночей: «Поздравляю, тебя даже девки не хотят».
Солнце: «Мне не проблема найти парня, только зачем он мне нужен?»
Лика Королева Ночей: «Тебе деньги нужны. Вот и ищи богатенького, даром не отдавайся. Потому что они все подонки, и даже любовь выдумали, чтобы было удобно брать, а потом, с уходом любви — выкидывать».
Вообще с Анжеликой не хотелось общаться. Один негатив. Лучше с Розой. Но та, похоже, обиделась.
Солнце: «Роза, не обижайся. У меня тоже парня ни разу в жизни не было. Вот думаю: заводить или нет».
Роза: «Заводят собачек. А мужей и детей любят».
__
Солнце: «Анжелика!!! Караул! Как выяснить, сколько лет собеседнику?!»
***
Домой я вернулась ближе к десяти часам вечера.
Парковку засыпали осенние листья, и мой припорошённый Жигулёнок стоял одиноко между двумя дорогими машинами, как старик среди молодёжи. Я подошла ближе, стряхнула с него листву.
За парковкой, освещённой фонарями, располагалась баскетбольная площадка. Там в поздний час играли парни. На деревянных скамейках сидели зрители.
Бурных аплодисментов не было, а игроки матерились тихо.
 
Все знают, что орать и свистеть можно только до десяти вечера, потом нужно соблюдать тишину, иначе старухи из нашего дома опять вызовут полицию. А полицейских наши ребята боятся. В прошлый раз приехали такие здоровые, что за двадцать минут нас уделали со счётом двадцать восемьдесят.
— Миля!!! — позвал меня Стас.
Он остановил игру. Покрутил на указательном пальце мяч.
После работы даже не отдохнула. Но во мне столько сил, что я, улыбаясь, пошла к площадке.
Прямо в платье и кроссовках влилась в игру. Я низкая, по сравнению с большими мужиками, но у меня трёхочковый бросок отточен. Стас меня не подпускает к сетке, потому что меня просто затопчут. Так что моя линяя дальняя. И меня постоянно пасут. Но я лихо изворачиваюсь, могу даже под рукой проскользнуть. И забиваю.
Когда играю или тренируюсь, всегда становится легко. Мысли дурные уходят, ощущается свобода и блаженство души. Я ухожу в спорт с головой, поэтому люблю двигаться.
Стас меня любит. Где ж он был четыре года назад? Даже не смотрел тогда в мою сторону. А теперь взгляд не отводит. И это напрягает уже.
Народ стал расходиться. Взмокшая и счастливая я взяла куртку и сумку. Поплелась в сторону подъезда. Стас догнал меня и приобнял, чмокнув в макушку.
Я знаю, что на пятом этаже в тёмном окне стоит Оля-Паровоз и наблюдает за нами. И Стас это знает. Так зачем он это делает?!
Я скинула с плеча его тяжёлую руку и отшатнулась. Мы замерли у моего Жигулёнка. Из ртов валил пар, пахло потными телами. Фонари освещали нас. И лицо Стаса под холодным светом казалось очень злым.
— Прекрати меня тискать, — строго велела я. — У тебя жена и ребёнок.
— Я разведусь, — как ни в чём не бывало сказал высокий мужчина и покрутил свой мяч на пальце.
— А она сказала, что будете ипотеку брать, и квартиру предложила мне обменять, — недоумевала я.
— Одно другому не мешает, — нагло ответил он. — Её родаки оплатят обмен, после развода поровну поделим.
— Ты подонок! — эта мысль меня поразила.
Мне всегда казалось, что только мужчины с достатком так поступают. Не было у меня примера, когда обычный человек вот так обходился со своей семьёй. У Анжелики отец пьёт, но из семьи не уходит, хотя лучше бы пропал без вести.
— Слушай, Солнце, — нагло усмехнулся он. — Ты же сохла по мне малолеткой. Полгода пройдёт, и я буду свободен.
— Да нужен ты мне! — разозлилась я и рванула к подъезду, полностью обескураженная и растерянная.
Стас догнал меня, когда тяжёлая дверь с пищанием кодового замка захлопнулась. Его сильные руки опрокинули меня к стене у почтовых ящиков. Мужчина навис надо мной, выронив мяч. Расставил длинные руки по обе стороны от моей головы и улыбнулся.
Молчал. И я молчала.
Двинулась, чтобы сбежать, а он грубо опять толкнул меня к стене.
— Что тебе надо? — испуганно посмотрела ему в глаза.
— К тебе ночевать пойду, — дерзко кинул он.
Я не верила, что это мой «старший брат». Мой защитник и надёжный парень. Любовь моей юности и лучший игрок в баскетбол во всём районе. Я его идеализировала. Он всегда казался мне недоступным и ответственным. Внушающий доверие и благонадёжный. Всегда готовый помочь, потому что отзывчивый.
Всё моё впечатление и фундаментальное мнение Стас перечёркивал в этот момент. И мне становилось страшно. Потому что я не знаю людей. Передо мной стоял настоящий насильник. Ему ничего не стоит сейчас завалиться в мою квартиру и наделать дел.
Не знаю, в каких он отношениях с женой…
— Оля!!! — заорала я на весь подъезд, прямо в лицо Стаса.
Он растерялся, шарахнулся от меня.
Воспользовавшись случаем, я удрала. Нервно открывала дверь в квартиру. Поглядела вниз. А Стас поднимался неспеша по ступенькам, и по подъезду разносились гулкие звуки от удара мячика об стены.