Тени тянутся из прошлого (СИ)
- А… тебя сбить пытались по дороге?
- Не то, чтобы сбить, - задумчиво протянул он.
- Ага. На самом деле пытались – только теперь ты станешь отмахиваться и заговаривать мне зубы, - скривилась она. – Ну, зачем мне забивать голову твоими серьезными и важными делами?!
- Я бы припомнил, что ты до сих пор не особенно рвалась забивать ими голову, - сдержанно отозвался Охитека. – Но боюсь, ты меня прибьешь…
- Угум. А ты предпочел бы, чтоб тебя прибили конкуренты. Или партнеры.
- Вэл, твои выпады в адрес Лэнсы – уже не смешно.
- Не заговаривай мне зубы! Рассказывай, как тебя пытались сбить. Что, прямо на глазах народных мстителей, которые сопровождали тебя на внеочередное собрание?
- А им-то что за дело? Нет очередного соучредителя – нет проблемы.
Она помрачнела.
- Зуб даю – Лэнсы на этом внеочередном собрании не было!
- Без зубов останешься – так ими раскидываться, - Охитека вздохнул. – Вот с чего бы ему там быть? Он-то проголосовал против ограничения деятельности картелей! И меня там могло не оказаться – если бы я находился в офисе.
- Сомневаюсь. Ребята не поленились обложить небоскреб так, чтоб никто не зашел и не вышел!
- Ну, никто бы и не вышел – в течение нескольких долей суток, - он пожал плечами. – Я бы точно не полез наружу. Ну, разве что для этого нашелся бы какой-нибудь весомый повод.
Ловелла раздраженно фыркнула.
- Полагаю, повод нашелся бы. Мне одно непонятно: на кой вообще было затевать эту аферу? Если с самого начала планировалось восстановление прав картелей в прежнем объеме. И не спорь! Если бы это было не так – ты бы нашел способ пойти наперекор – уж тебе-то никто бы не смог диктовать условия!
- Ты прямо-таки сама проницательность, - пробормотал он, озадаченный напором. – Почему ты решила сейчас об этом поговорить?
- А когда? Потом ты отмахнешься – мол, дело прошлое.
- Так оно и сейчас – прошлое. Ничего уж не изменишь.
- Охитека. Не испытывай мое терпение.
- А то что? – ему сделалось весело. – Вэл. Откуда такое стремление вытряхнуть из меня информацию?
- Я же не спрашиваю – откуда такое стремление ее от меня скрыть, - она сощурилась.
- Скрывать нечего, - он досадливо поморщился. – Был внесен проект ограничения деятельности картелей. Я проголосовал за – как и многие другие. Вспышка недовольства – закономерное следствие. Это внеочередное собрание… ну, такого я, признаться, не ждал. Все-таки не шуточки! Но тоже закономерно. Заводилы, кстати, сидят в хижине стражей мира…
- То есть?! – она моргнула. – То есть – вы выполнили требования шантажистов, и теперь они сидят за решеткой?
- Ну, а кто бы их на свободу отпустил? Я, правда, подозреваю, что стражи мира замели подставных. Но где ж в нашем мире справедливость? С подставными лицами замели и немало настоящих бунтовщиков из народа. На улицах станет ощутимо спокойнее.
- Ты еще скажи, что затеяно все это было ради спокойствия на улицах.
- Ну… это приятное следствие.
- Одно из. А остальное – возвращение прав картелям и… и что? – она с искренним недоумением воззрилась на него.
Охитека задумчиво глядел ей в лицо. Она что, на самом деле не видит разницы? Не обратила внимания на смену председателя Совета, на расширение прав картелей?
- В картели теперь могут объединяться олигархи, которые совсем немного не дотягивают до ценза, - заметил он. – Если раньше это могли быть только народные объединения – то теперь дельцы средней руки тоже получили право на голос в Совете. До недавнего времени у нас действовали крайности. Чтобы получить право решать, нужно было быть или денежным мешком, прошедшим ценз, или кем-то из бедноты, которой хватило мозгов объединиться.
- Пресловутый средний класс, - проворчала Ловелла. – Только его и не хватало! Этим людям по жизни ничего было не нужно.
- Значит, ситуация переменилась.
- С чего бы, хочется знать?!
- Вэл. Ты готова задавать такие вопросы самим представителям среднего класса?
- Им-то чего вопросы задавать, - упрямо буркнула она. – Эти вопросы я задаю тому, кому и следует – тебе. Но ты не считаешь нужным ответить! Виляешь, как рыба хвостом.
- Ну да, все затевалось ради тех изменений, которые произошли, - он не выдержал. – Это можно понять, если пересмотреть законы, действовавшие до недавнего времени, итоги прошлого Совета и итоги внеочередного! И сравнить между собою то, что многим кажется несущественными мелочами. Только эту разницу может увидеть всякий желающий! Достаточно просмотреть документы, находящиеся в свободном доступе.
- Мне неинтересно то, что находится в свободном доступе, - Ловелла насупилась. – Мне интересно, что за аферу провернули твой приятель со своим тестем!
- Все аферы совершенно прозрачны для наблюдений. Имеющий глаза – да увидит!
Он, выдохшись, примолк. Все-таки спорить с Вэл, когда она вбила себе что-то в голову – то еще занятие.
А фигура речи интересная! Интересно, она сама-то поняла, что сказала?
Лэнса провернул аферу со своим тестем. Охитека до сих пор не задумывался о роли почтенного Чунты в прошедших событиях. А ведь тот отнюдь не бездействующий наблюдатель! Он-то должен был понимать, к чему дело идет.
- Такое впечатление, что тебе безразлично, - проворчала Ловелла.
- Вэл, веришь – мне безразлично, - он вздохнул. – Я почти две доли суток не спал! Меня выдернули прямо с полигона. Оно, конечно, некоторые исхитрились выспаться прямо на внеочередном собрании. Но я не настолько беспечен!
- Зато ты достаточно беспечен, чтобы пропустить переход от республиканской системы к демократической, - сумрачно заметила она.
- Что?..
- Ой, не надо делать такие ошалевшие глаза! – фыркнула она. – Представляешь, я знаю такие слова. И разницу между ними. И, если верить тому, что находится в открытом доступе – мы от чистой республики сделали шаг в сторону демократии. Именно это станет закономерным итогом допуска так называемого среднего класса к формированию картелей. Вопрос в другом: твой приятель явно вознамерился нагреть руки на этом деле. Но каким способом?
Охитека задумчиво глядел на жену. Сонливость, точно ветром сдуло. А он ее определенно недооценивал все это время!
Как Лэсна намерен нагреть руки на изменениях? Вопрос. Да и бездействие Чунты явно говорило о том, что тот был, как минимум, в курсе планов зятя. Ловелла парой фраз ухитрилась подсветить вроде бы очевидные вещи.
- Ладно, ты вроде собирался спать, - она сморщила нос. – Мирного часа!
И вышла, прихлопнув дверь. Не слишком громко, но с явным недовольством. Охитека уселся на кровать. Мирного часа! Заснуть бы теперь, после такого разговора.
Глава 34
Дорога стремительно проносилась под днищем флайера.
Кружной мост Асинивакамиг – Вавиекамиг. Не тот, что начинался неподалеку от Уру, соединяя два континента над узким проливом, а другой – с противоположной стороны, там, где два континента расходились далеко друг от друга. Длинный и широкий, растянувшийся широкой дугой над морем.
Сон.
Охитека сразу понял, что ему все снится – сам он крайне редко ездил по этому мосту. Что получается – он тоже видит последнюю поездку матери? Алита рассказывала про то, как видела ее. Правда, она не знала, что означает виденный ею сон.
В душе царил раздрай – распирало от досады, злости и горькой обиды.
Кэт говорила, конечно, о ярких галлюцинациях. Но чтоб настолько! Чужие эмоции захлестывали, так что он едва помнил – кто он такой, и где находится.
Прямо сейчас он торопился на встречу с крайне неприятным человеком.
Короткая юбка топорщилась, когда приходилось переносить ногу с педали на педаль. И это вызывало острую досаду. Мало того, что придется снова встречаться с этим скользким типом – так еще изволь нарядиться в неудобное платье! В смутной надежде, что ее вид поможет вызвать хоть какое-то благодушие.