Тени тянутся из прошлого (СИ)

- Это надолго? 
- Наблюдайте. Мы таких опытов не проводим – сами понимаете. 
- Понимаю. Это незаконно. 
- Верно. А ваш саркастический тон совершенно неуместен. Мы признали мистиков и их движение незаконным. И не можем им уподобляться. Иначе чего будут стоить правила общины, наши устои и мы сами? Но, по логике вещей, действие кристаллической пыли со временем должно ослабевать. Мистикам приходится вдыхать пыль постоянно, чтобы поддерживать ее действие. 
- Пообщаться бы с ними, с этими мистиками, - протянул задумчиво Охитека. 
И смолк. Мистики были одной из жутких легенд трех континентов. О них говорили разное. Приписывали им всевозможные злодейства и извращение человеческой природы. Сам Охитека до сих пор считал их выдумкой. 
- А что вам мешает? – заметил Токэла. – Вы условностями не связаны. 
- И вы знаете, где их можно найти? – нэси проницательно на него взглянул. 
- Ну, это же очевидно, - жрец хмыкнул. – Ваша дочь пару раз побывала в районе фабрики – и видит вещие сны! Там эта пыль буквально витает в воздухе. Опять же – она искажает пространство, давая возможность спрятаться от нежелательных посещений. Там они и обитают. Больше там окапываться некому! 
- Они и преследовали Алиту, потому что увидели чужой флайер. Непонятно только, почему они не высовывались, когда уже мы с ней летали там. 
- Этого никто, кроме них, не знает. Возможно, поняли, что вы им не по зубам? 
- Ах, ну да. Они же мистики, - нэси криво усмехнулся. – Измененное состояние разума, позволяющее видеть то, что когда-то было и не только, - протянул он. – Интересные возможности здесь открываются! 
- Если бы все было так просто – не исключено, мистики давно вышли бы из тени. И уже находились бы у власти, подвинув и вашу, мирскую власть, и нас – скромных служителей высших сил. 
- Любопытно, чтоб меня! – протянул Охитека. 
- К сожалению, я даже не представляю, кто сумеет помочь вашей дочери, - с сожалением заметил Токэла. – Как вы понимаете, исследований – что происходит с организмом мистика при вдыхании пыли магических кристаллов – не проводилось. Что происходит с этой пылью в человеческом теле, как и в какой период она выводится – данных слишком мало. 
Нэси покивал. 
Ему пришла еще одна мысль: мистики так-таки вне закона на трех континентах! А он ничем не сумеет доказать, что его девочка пострадала случайно. Точнее – он, может, и сумеет. Вот только если повернуть дело определенным образом, под ударом окажется и он сам, и Алита. 
- Думаю, вы понимаете, что вам стоит проявить осторожность. Интересуясь этой темой, вы рискуете навлечь на себя несчастье. 
- Боюсь, я навлеку его, даже просто попытавшись помочь дочери… 
- Такой шанс есть, - после некоторого раздумья Токэла покивал. – Об этом я не подумал. И правда – могут найтись желающие воспользоваться таким предлогом, чтобы лишить вас свободы действий надолго. Не торопитесь, - посоветовал он с легким сожалением в голосе. – Понаблюдайте какое-то время. 
- Алита мучается, - проговорил Охитека. 
- Не преувеличивайте! Она иногда видит кошмары. На это вы, родители, и находитесь рядом – чтобы успокоить при необходимости. Надеюсь, вы понимаете, к чему приведет попытка организовать исследования своими силами, в корпоративных лабораториях? 
Охитека потер переносицу. 
Да, он представлял себе масштаб последствий. Причем на деле они наверняка будут куда серьезнее, чем он в силах вообразить. 
Нэси прекрасно знал, чем грозит занятие мистикой. 
Вдыхание пыли магических кристаллов каралось строже, чем производство и сбыт наркотиков среди люмпенов. Правда, и те, кто этим занимался, считались мифом. Мало кто верил, что такие сумасшедшие и впрямь найдутся. 
Охитека представил заголовки газет, и ему сделалось дурно. 
От такого он вовек не отмоется. А ведь он взялся за производство кристаллов по новейшей технологии! Неосторожного шага хватит, чтобы дискредитировать и эту технологию, и любые его проекты в этом направлении. 
- Психика детей подвижна. Их разум еще не закоснел, - мягко заметил Токэла. – Алита забудет о кошмарах, которые видит. Тем более, они понемногу сойдут на нет. А вот ваша ошибка может пустить прахом все ваши усилия за последние годы. 
  
Да, усилия. Токэла, видимо, имеет в виду усилия по свертке ядерных программ. 
Почтенного иерарха можно понять – он немало вложил в молодого дельца. И связывал с ним теперь серьезные ожидания. Община Великого столпа давно пыталась поднимать вопрос сокращения объемов ядерной промышленности на трех континентах. И вот – тот, кто мог бы осуществить это, берет и подставляется. 
Само собой, в сравнении с этим судьба одного ребенка мало что значила для общины и ее лидера. 
А для него, Охитеки? Это ведь не просто ребенок – его дочь. На одной чаше весов – регулярные кошмары во сне. На другой – все его проекты и планы. 
- К слову, - снова заговорил Токэла. – Я понимаю, что вы обеспокоены здоровьем дочери, и все остальное вас мало волнует. Но вы бы озаботились для разнообразия здоровьем своих рабов. Тех, кого отправляете пачками в пылевые облака на полигоне. Они вдыхают куда как более концентрированную взвесь! 
- Рабы? – нэси недоверчиво заморгал. 
- Не спешите возмущаться – где ваша дочь, а где рабы, - мягко осадил его жрец. – Если вы дадите себе труд задуматься – поймете, что я прав. 
Охитека глубоко вздохнул. Нет, он понял, что Токэла пытается развернуть его мысли в сторону работы! Но не взорваться стоило труда. Он все-таки пригубил наливку из стакана, который так и держал после того, как его вручил ему собеседник. 
- Рабы мои сохраняют поразительное присутствие духа и рассудка, - заметил он отрешенно. – А вот страж мира начисто свернулся с ума! Сильный и здоровый мужчина, прошедший боевую подготовку. А то – рабы: старики и немощные калеки! 
Сделал еще глоток. Это вам не слезы глициний! Может, прикупить партию у общины по случаю? Подхватил кончиками пальцев крупную вишню с блюда. 
- Так они уж видели и пережили самое страшное в этой жизни, - хмыкнул жрец. – Они в принципе лишились своей же жизни. Разменяли ее не по своей воле на чужие прихоти и приказы. А у вашего стража мира самые страшные воспоминания – о военизированной академии. Ну, и вдохнул он даже еще более концентрированную взвесь, чем ваши рабы. 
- Я свяжусь с лечебницей милосердной Пэвэти, - нэси покивал. – И рабами займусь… 
- Вот и прекрасно. К слову, на рабах своих и сможете изучить действие пыли. Не прибегая к организации особых исследований. 
- Угум. И в лечебнице милосердной Пэвэти, опять же, должны сохраниться документы того стража мира, - нэси покивал. 
- Не уверен, что стоит их запрашивать, - Токэла покачал головой. – Пусть даже и неофициально. Сведения могут утечь не туда, куда надо. 
- Если на его состояние повлияла кристаллическая пыль – это должно найти отражение в истории болезни! – заспорил Охитека. – А я запрошу всю историю, не заостряя внимания на действии пыли. 
- Ну, попытайтесь, - в голосе жреца скользнуло сомнение. 
Нет, лечебница милосердной Пэвэти по значимости занимает приблизительно то же положение среди медицинских клиник, что и служба отлова среди муниципальных контор. Однако там к молодому олигарху отнеслись куда более лояльно. По крайней мере, на первый взгляд. 
- Я и для рабов подрядил бригаду оттуда, - припомнил Охитека. 
- О, так у них, возможно, останутся и наблюдения за вашими рабами, - протянул Токэла. – В которых найдет отражение действие пыли на человеческий организм… 
Чтоб тебя! То есть – он и к помощи врачей лечебницы прибегнуть не может?! 
Нет, Токэла прямо ничего не стал говорить. Но все и так предельно ясно. В руках медиков клиники останутся данные десятков и сотен рабов – он ведь не стал мелочиться! Особенно после того, как заполучил финансирование общины Великого столпа. 
И ничто не помешает руководству лечебницы обнародовать эти материалы. С соответствующими комментариями.