Массимо (ЛП)

― Конечно, как только ты мне скажешь. Десять?
Я проигнорировал ее и отпил кофе.
― Ну же... просто скажи мне, насколько он большой.
― Гораздо больше, чем ты можешь выдержать.
Она откинула голову назад и хитро улыбнулась.
― О-о-о... вызов принят!
― Мы не будем спать вместе.
― Технически, мы уже спим вместе. Только не трахаемся.
― И не будем.
Она наклонила голову и спросила с притворной невинностью в глазах: ― Почему?
― Потому что твоя бабушка меня убьет. И ты это знаешь, ― нахмурился я. ― Поэтому ты так себя ведешь.
― Я не хочу, чтобы она тебя убила. Мы ей не скажем.
― Я тебе даже не нравлюсь.
Она пожала плечами.
― Я трахалась со многими парнями, которые мне не нравились.
― Ладно, ты мне не нравишься.
Она одарила меня такой улыбкой, с которой, я готов поспорить, мангуст смотрит на кобру.
― Меня это не беспокоит.
― А меня да.
― О-о-о, ты бережешь себя для брака? ― спросила она с сочувственным, понимающим кивком. ― Ты хороший католический мальчик? Ты гей? Это совершенно нормально, если ты...
― Я не гей, ― сказал я, прищурившись.
― Да, я знаю, ― ухмыльнулась она. ― Судя по тому, как ты пялился на меня на кровати прошлой ночью, ты точно не гей.
― Ешь свой завтрак.
Она вздохнула, разрезая свою вафлю.
― Знаешь, я должна заказать сосиски. Видимо, это единственное мясо, которое попадет мне в рот в ближайшее время…
Я уставился на нее.
― Может, ты заткнешься?
Она изобразила притворное удивление.
― Боже мой. Брюзга.
А потом она, наконец, подарила мне несколько блаженных минут тишины и покоя, пока ела.
Дело было не в том, что ее разговоры о сексе меня расстраивали или что-то в этом роде.
Дело в том, что они меня возбуждали…
Мысли о том, как она лежит на кровати голая…
Ее взгляд, когда она расстегивает мои брюки и достает мой…
Черт.
Я чувствовал, как мой член становится твердым под джинсами.
Хорошо, что я успел подрочить, а то бы он так и не опустился…
И я бы так и не услышал, чем все это закончится.
Глава 31
Массимо
Как бы то ни было, я все равно не услышал концовки.
Мы закончили завтрак и уже собирались идти по своим делам, когда она спросила:
― Ну… так насколько он большой?
― Как я уже сказал, слишком большой для тебя.
― Об этом я буду судить сама. Каким-то женщинам он не нравился? Он что, даже не помещается в них?
― Заткнись, пожалуйста, нахрен.
― Неважно. Рано или поздно я все равно узнаю, даже если мне придется врываться к тебе, пока ты принимаешь душ. Хотя вода такая чертовски холодная, что я уверена, что впечатление будет неверным.
Она говорила в основном по-итальянски, поэтому предложение звучало так:
― Sono sicuro che ci sarà qualche shrinkage.
Как и «бумер», я не знал это английское слово.
― …shrinkage?
― Ты знаешь - уменьшение. ― Она изменила голос, словно подражая взволнованному человеку. ― Я только что вернулся из бассейна, Джерри, и вода была холодной. Я сильно уменьшился в размерах, как испуганная черепаха!
― Кто такой Джерри?
Она уставилась на меня так, словно я сказал, что прибыл из затерянной Атлантиды.
― Сайнфелд?! Крамер?! Элейн?! Джордж Костанза?!
― Я понятия не имею, кто все эти люди.
― Это гребаное телешоу, чувак! Одно из самых известных!
― Когда его показывали?
― Не знаю, вроде бы в 1990-х или что-то в этом роде.
― Если это было в начале 1990-х, то это было еще до моего рождения, ― презрительно сказал я.
― Да, но это было и до моего рождения, а я до сих пор его смотрю.
― Это потому, что ты любишь тратить время впустую.
― Как ты смеешь, ― сказала она бесстрастным голосом.
Я открыл дверь в магазин.
― Прошу.
Это был магазин одежды. Зимой он превращался в лыжный магазин с одеждой для холодной погоды ― лыжными куртками, нагрудниками, комбинезонами и парками. Летом же здесь продавалась одежда для походов в горы.
 
― Хм… ― сказала Лучия, оглядывая стеллажи с одеждой.
― Что?
― …Я в порядке. Мне ничего не нужно.
― Ты не можешь ходить по лесу в дизайнерской одежде. Тем более в таких туфлях. Один из этих каблуков может сломаться в любую секунду.
― Ну, они не предназначены для чертовой щебенки, ― презрительно сказала она.
― И они действительно не предназначены для тропинок в лесу.
― …хорошо… как скажешь, ― пробормотала она.
Подошла пожилая женщина с румяными щеками и светлыми косами. На ней были джинсы и простая толстовка с надписью «Padola Ski».
― Здравствуйте, чем я могу вам помочь?
― Нам нужна одежда для нее, ― сказал я. ― И ботинки.
― Какой размер? ― спросила женщина у Лучии.
― 35, ― ответила она. Это был европейский размер, очень маленький. Средний размер обуви итальянской женщины варьировался от 38 до 42.
Женщина рассмеялась.
― Думаю, у нас есть что-нибудь в детском отделе.
― Детском отделе?! ― недоверчиво воскликнула Лучия.
― Просто иди с ней, ― приказал я.
Она посмотрела на меня, а затем последовала за женщиной в отдел с детской обувью.
После некоторого недовольства, ― тут я напомнил ей, что она будет носить их не более недели и после этого может выбросить, ― она остановилась на коричневых туристических ботинках для девочек.
― Нам также понадобится одежда на три-четыре дня, ― сказал я женщине.
― Вся? ― спросила она. ― Носки, нижнее белье…
― Да.
― Меня вполне устраивает то, что на мне, ― огрызнулась Лучия.
― Может быть, сегодня, но через шесть дней?
― Ты только что сказал ― три-четыре дня!
― Об одежде. Мы можем задержаться здесь на пару недель.
Лучия бросила на меня взгляд, затем повернулась к продавщице и ворчливо спросила:
― Хорошо, а как насчет нижнего белья?
― Выбор небольшой, ― сказала женщина, указывая на стеллаж. ― Только вот это…
― БАБУШКИНЫ ТРУСИКИ?! ― закричала Лучия. ― О, черт возьми, нет!
― Можешь не носить их, если не хочешь, но хотя бы купи, ― огрызнулся я.
― А как насчет тебя? ― бросила она мне вызов. ― Ты когда-нибудь собираешься сменить свои боксеры?
― Да, собираюсь. У меня есть запасные дома.
― Тогда почему ты не сменил их сегодня утром?
― Потому что в комнате со мной находился очень раздражающий человек.
Лучия ухмыльнулась, вспоминая.
― ...Ах, да... ладно, хорошо, неважно, но я не надену их, если только не случится конец света.
― Лучше иметь их и не нуждаться в них, чем нуждаться в них и не иметь их.
― Лучше вообще их не носить, ― ответила она.
Она выбрала три спортивных бюстгальтера, четыре футболки, четыре топа с длинными рукавами из хлопка, две пары штанов для йоги, упаковку носков и утепленную куртку, которая могла выдержать и десятиградусную ночь, и дождь.
И бабушкины трусики.
Я также приобрел для нее небольшой рюкзак «JanSport», в котором она сможет все это унести, а также две пятигаллоновые13 емкости для воды и несколько фляг.
Пока я собирал остальные вещи, она вышла из раздевалки в ботинках, черных штанах для йоги и светло-голубом топе.
Она выглядела не так, как версия Лучии «от кутюр», но все равно потрясающе. Все было достаточно обтягивающим, чтобы продемонстрировать ее потрясающую задницу.
― Мне нравится, ― сказала она, осматривая себя в зеркале.
― Ты выглядишь прекрасно, ― похвалила ее блондинка.
― Спасибо, ― сказала Лучия, а затем посмотрела на меня и дразняще спросила: ― Я выгляжу прекрасно, Массимо?
― ...Ты хорошо выглядишь, ― проворчал я.
― Наверное, это уже что-то, ― ответила она весело, затем повернулась к женщине. ― У вас есть что-нибудь для моих волос? Резинки или заколки?