Голубой вереск

— Тетя Мойда сказала, что ты рассердишься на нас, когда придешь, — сказала девочка. — Так ты сердишься?
Этот вопрос немного озадачил Иэна, и пока он пытался придумать ответ, Хэмиш серьезным тоном произнес:
— Он наш враг, Кэти. Нам не следует с ним разговаривать.
— Ваша тетя и вправду сказала, что я ваш враг? — поинтересовался Иэн.
Хэмиш утвердительно кивнул.
— Мы собираемся воевать с тобой, — заявил мальчик. — Ты будешь пытаться прогнать нас, но мы не уйдем. Это наше место.
— И мое тоже, — сказал Иэн. — Это мой дом, и мне не очень-то хочется с кем-то его делить. Вам не хотелось бы делить ваш дом со мной, так ведь?
Дети молчали.
— Мы не стали вы возражать, если бы тебе захотелось пожить у нас, — наконец произнесла Кэти.
Она кокетливо взглянула на Иэна, и тот, сраженный ее непосредственностью, откинул голову назад и рассмеялся.
— Благодарю, Кэти, — сказал он. — Никогда не забуду твою доброту. А с тобой, Хэмиш, — война до последней капли крови.
Иэн зашагал прочь и сел в машину. Заводя мотор, он увидел, что Кэти машет ему рукой. Он поехал прочь, сердитый на то, что эти дети, в отличие от него самого, чувствовали себя в замке как дома.
Тоже мне, «враг»! Как посмела эта дурочка забивать детям головы такой чепухой! Иэн почувствовал, что в этой ситуации он совершенно беспомощен. Может, ему и удавалось разрешать международные конфликты, но с такой, казалось бы, простой проблемой справиться не мог.
Да, Скотт поступил гадко и подло, но Иэн не сомневался — хотя бы что-то еще можно исправить. Наверняка его кузен Аркрэ поможет ему найти выход. В конце концов, герцог живет здесь постоянно и постарается сделать так, чтобы не вызвать злословия местного населения.
Но в данный момент Иэну меньше всего хотелось обращаться к кому-либо за помощью или советом. Весь день он провел в дороге, а вечер намеревался посвятить осмотру замка. Ему не терпелось поскорее изучить свое наследство. Но вместо этого ему пришлось вновь сесть за руль и ехать к родственнику, которого в глубине души он всегда считал недалеким человеком.
Замок Аркрэ стоял на высокой скале приблизительно в двадцати милях дальше по побережью. Как и Скейг, он был построен в средние века, но время от времени перестраивался, до тех пор, пока от первоначальных стен мало что осталось.
Псевдоготический стиль нового здания впечатлял; он наверняка вызвал бы восхищение пуристов, но Иэна сейчас волновала не архитектура, а его личные заботы.
Дородный краснощекий дворецкий, от которого сильно пахло спиртным, провел его по вымощенному мрамором полу в неуютную, неубранную библиотеку, где из окна открывался изумительный вид на море.
— Ваша светлость, к вам бригадир Маккрэгган. — Из-за письменного стола поднялся герцог, одетый в линялый килт и твидовый пиджак с костяными пуговицами. Он подошел к Иэну и протянул ладонь для рукопожатия.
Герцог был невысокого роста, с водянистыми голубыми глазами, седоватыми, начинающими редеть волосами и светлыми длинными усами. Речь его звучала отрывисто, резко контрастируя с его неброской внешностью и мягкими манерами.
— Иэн! Подумать только! Даже не знал, что ты здесь, на севере, или вообще где-то в Англии. Можно ли поохотиться в Скейге? Говорят, дичь там просто отменная!
— Я пришел за советом, Арчи, — сказал Иэн.
— Буду рад помочь, старина. Выпьешь чего-нибудь?
— Не откажусь, — ответил Иэн, чувствуя, что стакан крепкого виски будет очень даже кстати.
Герцог позвонил в колокольчик и отдал распоряжение дворецкому, который, очевидно, сам дегустировал виски на нижних этажах замка и не слишком торопился расставаться с графином. Затем герцог сел рядом с Иэном в одно из потрепанных кожаных кресел.
— Хорошо, что ты приехал в Скэйг, — сказал он. — Скучаю по старику.
— Я думал, вы не разговаривали друг с другом, — заметил Иэн.
— Никто не разговаривал с Дунканом Маккрэгганом больше нескольких дней, — заметил герцог. — Но все равно я по нему скучаю. Он из той же породы, что и мы. Таких уже почти не осталось. Охотничьи домики на болотах сейчас заняли эти выскочки — фабриканты и американцы.
 
Тут герцог вспомнил, что мать Иэна — американка, и смущенно кашлянул, отчего его глаза сделались еще более водянистыми.
— Слушай, Арчи, в Скейге сейчас такое творится, — начал Иэн.
— Это плохо, — сказал герцог. — Весной там полным-полно куропаток… Видел собственными глазами. Конечно же, егеря уже не те. Вредителей развелось много, но выводок неплохой…
— Я не о птицах, — перебил его Иэн.
— Тогда о чем? — поинтересовался герцог.
Иэн вкратце поведал о том, что увидел в замке. Рассказал, что письмо Скотту вернулось с пометкой «Адресат выбыл», и о том, как этот подлец выгнал Мойду и ее племянников, прикарманил деньги от продажи их дома, а заодно и чек Беатрис.
— Сквоттеры в Скейге! — воскликнул герцог, выслушав рассказ Иэна. — Боже, никогда не слышал о чем-то подобном! Сейчас даже наши замки нам не принадлежат. Бог весть кто занимает наши комнаты. Во всем должен быть свой предел. А еще и шпионят! Никакой личной жизни, никакого покоя! Черт возьми, если они хотят вселиться в твой дом, нужно что-то срочно предпринимать.
— Думаю, это не слишком простой случай, — сказал Иэн. — Та девушка — настоящая леди. Я думаю, что она свои действия рассматривает не более чем праведное возмездие.
— Черт побери, не в этом дело! — выпалил герцог. — Скажи, Скейг ведь принадлежит тебе? Если да, то по какому праву туда вселяются посторонние люди? Подумать только, спят в лучших спальнях.
— Они заняли третий этаж, — сказал Иэн.
— Твой дед, наверное, в гробу ворочается.
— Арчи, проблема в том, что я не знаю, что мне делать. Как мне найти дом для этой девушки? Конечно, я могу брать с нее номинальную плату.
— Это невозможно! — ответил герцог. — Хутора и так перенаселены. На прошлой неделе я говорил об этом с агентом по продаже недвижимости. «Это противоречит санитарным нормам!» Знаешь, что мне ответил этот подлец?
— Понятия не имею, — признался Иэн.
— Он сказал: «А что вы предлагаете, ваша светлость?» Он прекрасно знал, что у меня не больше возможностей построить еще один дом, чем купить Кох-и-Hyp?
— Значит, свободных домов нет, — сказал Иэн. — Да они никуда и не уйдут, а в полицию обращаться как-то неудобно.
— В полицию! — презрительно усмехнулся герцог. — От нее вообще никакой пользы. Только и делают, что гоняют по дороге туда-сюда. Браконьерство — это просто позор! Туристы творят все, что им вздумается! Один из них даже осмелился зайти в теплицу, где я провожу эксперименты с голубым вереском. Оставил дверь открытой и чуть было не погубил мои растения. Я обратился в полицию, а там сказали, что ничем не могут помочь. Полиция! Что обращайся, что не обращайся.
— Как там у тебя обстоят дела с голубым вереском? — поинтересовался Иэн.
Он знал, что голубой вереск — хобби герцога. Несколько лет он пытается вывести сорт ярко-голубого цвета. В ответ на вопрос Иэна герцог оглянулся через плечо, как будто кто-то стоял у него за спиной, и понизил голос до шипящего шепота:
— Я получил его, старина!
— Именно голубой?
— Тс-с! Это секрет! В последнее время здесь вертится много подозрительных личностей. Не доверяю им. В Глазго есть одна фирма, они там занимаются тем же самым, и Америка заинтересовалась.
— Ты скоро разбогатеешь, Арчи!
Герцог покачал головой:
— Деньги для меня не главное, хотя и они не помешают. Главное — стать первым в этой области. Не хочу, чтобы меня опередили эти чертовы янки. Голубой вереск должен принадлежать Шотландии, и никому больше.
— А что там за фирма в Глазго? — спросил Иэн.
— Они еще не добились результата! Черт возьми, это в первую очередь моя идея. Если бы не все эти разговоры, никто не знал бы о моих намерениях до тех пор, пока я не осуществлю задуманное. Примерно через неделю будет видно, достиг ли я успеха. Только никому ни слова, ладно?