Империя Искушения (ЛП)

— Вэл, красотка. Пойдем. Посиди со мной. Давай поговорим.
Я оглядела кухню, но все уже вернулись к работе, чтобы подготовиться к сегодняшнему ужину. Роберто потянул меня за руку и повел в столовую. Он протянул мне стул, так что я опустилась и положила сумочку на пол. После того, как он сел, я спросила: — Что происходит? Встреча отменилась?
— Встреча была три часа назад.
Я вздрогнула на стуле. — Нет, этого не может быть. — Наклонившись, я вытащила из сумочки свой телефон и открыла приложение-календарь. — Нет, нет, нет. Я уверена, что у меня было время, так как…
Дерьмо.
Я пропустила встречу.
Мой календарь показывал правильное время, но я не перепроверила, положившись на свою память. Которая в последнее время была в лучшем случае обрывочной. С тех пор, как ушел Лука, на самом деле.
— Чёрт. — Я закинула телефон обратно в сумочку и опустила голову на руки. — Что, чёрт возьми, со мной не так?
— Bella, — мягко сказал он, словно собираясь сообщить плохие новости. — Тебе не нужно так сильно себя нагружать. Возьми себе немного времени на отдых⁠…
— Мне не нужно брать отпуск. Со мной все в порядке. — За исключением разбитого сердца, но я скоро с этим справлюсь. Мне придется. — Я в порядке.
— Тебе нехорошо. Ты потеряла двух очень важных для тебя людей.
Лука и мой отец. Флавио уехал из города вторым после Луки, сказав, что ему здесь небезопасно. Он обещал время от времени связываться со мной с одноразового телефона, но не сказал, куда он направляется.
Но эта потеря была ничто по сравнению с предательством Луки.
Я покачала головой. — Как я уже сказала, я в порядке. Мне нужно быть здесь, помогать управлять делами.
— Мы можем продержаться несколько дней. Ты можешь остаться у своей подруги Мэгги или…
— Роберто, я не собираюсь исчезать и дуться. Мне нужно чем-то заняться. Мне жаль, что я пропустила встречу, но я не могу сидеть дома и жалеть себя.
— Ты очень упрямая.
— Да, я знаю. Это тебе надо взять отпуск. Твоя нога еще не зажила.
Он махнул рукой в этой элегантной итальянской манере. — Ничего страшного, это царапина.
— И кто же лжет?
— Ciao, Val! — раздался глубокий голос с другого конца комнаты. Габи вышел из задней комнаты с пивной бочкой на плече. Он был так похож на молодую версию Луки, что мне было физически больно смотреть на него. На самом деле, я избегала его. Отчасти из-за сходства с Габи, но в основном потому, что я не знал, что сказать. Твой отец — придурок, и он солгал мне, и, о, ты знал, что он собирается меня похитить?
Габи поставила бочонок на землю и выпрямилась. — Идешь домой? Ты пропустила встречу.
Тьфу. — Да, я знаю. День как-то ускользнул от меня.
Его рот изогнулся в сочувственной улыбке.
У Роберто зазвонил телефон, и он встал из-за стола. — Perdonami, signorina.
Я осталась одна за столом, чувствуя себя неудачницей. Неудачницей в любви, неудачницей на работе. Ого, я действительно крушила жизнь на этой неделе.
Должно стать лучше.
Это должно было случиться. Я не могла ни есть, ни спать. Я едва могла сосредоточиться. Все, чего я хотела, это остаться в постели и смотреть кулинарные шоу на своем телефоне. Когда эта ужасная боль оставит мою грудь?
Ты держишь мое сердце и мою душу, fiore mio. Per sempre.
Может быть, но он не любил меня. Он хотел переспать со мной, может быть, оставить меня любовницей на несколько недель. Но он солгал мне, и я больше никогда не поверю ни одному его слову.
— Пойдем, — сказал Габи, махнув мне рукой в сторону бара. — Сядь, красавица. Составь мне компанию, пока я работаю.
Роберто не возвращался, поэтому я встала и пошла к бару. Когда я устроилась, Габи налил мне стакан сока. — Выпей. Это поможет.
— Сомневаюсь, но спасибо. — Я отпила сок и удивленно моргнула. — Я думала, это апельсиновый сок.
— Сок бергамота. Популярен в Италии, нравится?
— Это хорошо. Терпкий и не такой сладкий, как апельсиновый сок.
— Я держу его при себе, чтобы производить впечатление на женщин, — сказал он, подмигивая.
  
Я поиграла со стеклом и взглянула на него сквозь ресницы. — Знаешь, тебе не обязательно оставаться. Мне не нужно, чтобы за мной присматривали или шпионили, как бы там ни было.
— Я никуда не пойду. Мне здесь нравится.
— Габи, послуш, — я постучала ногтем по стеклу. — Ты мог бы вернуться домой и заняться чем-то большим, чем просто нарезкой лаймов и лимонов.
— Мой отец попросил меня остаться и присматривать за тобой. Это большая ответственность, потому что ты для него много значишь.
Я не выдержала, вырвалось фырканье. — Мы оба знаем, что это неправда.
Он положил нож, которым пользовался, и уперся руками в стойку. — Вэл, как ты можешь этого не видеть? Он никогда раньше не допускал женщину в свою жизнь. Лео и я никогда не встречали ни одну из его женщин, кроме наших матерей, потому что он держит их отдельно, capisce?
Это было несущественно. — Твой отец — лжец.
— Он не такой. Но он человек с большой ответственностью на плечах, и иногда он причиняет людям боль, даже не осознавая этого.
То, как это сказал Габи… — Он причинил тебе боль?
Он выпрямился и снова взялся за нож. — Я второй сын. В центре внимания всегда был Лео, наследник. Как и должно быть.
— Не в ущерб вашему психическому здоровью.
Он пожал плечом. — Наш мир не так уж озабочен психическим здоровьем. Но пребывание здесь помогло.
— Ты имеешь в виду в ресторане?
— Да, но Нью-Йорк в целом. Мне нравится, когда есть чем заняться.
— Тебе было скучно дома?
— Не скучно, но отец ограждал меня от большинства семейных дел. В основном я возил стариков.
— Это лучше, чем когда в тебя стреляют.
— Ты шутишь? Я бы лучше дал себя подстрелить, чем слушать, как старики пукают и сморкаются весь день.
Он бы предпочел, чтобы в него стреляли? Я не могла притворяться, что понимаю это. — Я бы никогда не позволила своему сыну попасть в этот мир.
Он погрозил мне ножом. — Никогда не говори никогда, Вэл. Однажды мой отец вернется.
И что? Залетела бы? Нет, спасибо. И даже если бы он это сделал, я бы не отдала своего ребенка мафии. — Пожалуйста, можем мы поговорить о чем-нибудь другом? Я устала думать о твоем отце.
— Давай тогда поговорим о чем-нибудь другом. Тебе нужно вернуться в особняк.
— Что? — Моя спина выпрямилась от ужаса. — Ни за что. Я остаюсь в своем доме. Зачем мне переезжать обратно в этот особняк?
— Потому что так безопаснее. И мне надоело спать в машине каждую ночь.
— Тебе не нужно спать в машине. Сними номер в гостинице.
— Оставаясь в гостинице, я не смогу за тобой присматривать.
Шок приковал меня к месту, я застыла. — Ты… спишь в своей машине возле моего дома? Зачем?
— Я обещал отцу присматривать за тобой. Я его не подведу.
— Габи, со мной ничего не случится. Тебе не нужно ходить за мной по пятам.
— Я его не подведу, — повторил он, сосредоточив внимание на разделочной доске.
— О, боже мой. — Я закрыл лицо руками. — Это смешно.
Его телефон вибрировал на баре, на дисплее было слово FRATELLO. Это Лео звонил?
Улыбнувшись, Габи вытер руки и поднес мобильный к уху. — Pronto.
Я услышала глубокий быстрый итальянский на другом конце провода, и улыбка Габи мгновенно исчезла. — Che cazzo? — прохрипел он. — Нет, нет, нет. Non capisco.97
Оливковая кожа бледнела, он слушал, как Лео продолжал, и я начала беспокоиться. Что-то с Лукой?
Мне было все равно. Лука и я были историей. Его проблемы с мафией не были моими проблемами.
Я грызла ноготь, размышляя, стоит ли мне уйти, пока Габи ходил туда-сюда и говорил с братом. Я не могу понять, о чем они говорили, но это звучало как что-то личное. Может быть, у Лео были проблемы.
Прежде чем я успела встать, Габи отключился. Он осторожно положил телефон на стойку.
— Что случилось? — спросила я, когда он ничего не ответил. — Что такое?