Любовь садиста (СИ)

— Куда ты так торопишься? — спросила я наконец.
— Увезти тебя отсюда хочу. Еще вчера надо было это сделать.
По раздраженному голосу, стало понятно, что Женя не в духе именно их-за меня. А я надеялась пронесет.
— Будешь ругаться?
— А есть смысл, Виола? Ты же теперь сама решаешь, что можно, а что нельзя. И плевать хотела на мои предупреждения.
— Значит, будешь… — тихо пробормотала я, гипнотизируя взглядом собственные руки.
— А я не хочу, — Женя вдруг заглушил двигатель. — Я думаю, мы давно переросли этап, где я тебя воспитываю. Зачем попусту тратить время и сотрясать воздух, ведь ты больше не слушаешь меня, да и не обязана. Своя голова есть, а еще задница и сиськи — все признаки взрослой девушки.
Воцарилась тишина.
— Закончил? — спросила я через несколько секунд. Мне было обидно, так и подмывало сказать какую-нибудь гадость, но тогда ссоры не избежать. Лучше дать Жене время обуздать эмоции.
Пока он готовил примирительную речь, я открыла окно, чтобы впустить теплый летний воздух в салон. И тут меня будто током ударило, когда к стоящему напротив черному внедорожнику подошел Руслан. Через лобовое стекло я наблюдала за тем, как он садится в машину, потом к нему присоединяется Ульяна. И они без промедлений уезжают. Я испытала странное разочарование, словно со мной развлекались и бросили. Хотя о чем это я, так все и было. И к чему страдания, если я изначально не питала никаких надежд.
— Ви, — мягко зовет меня Женя. Значит, переборол себя и готов к нормальному диалогу.
- Я знаю, что ты утром была в доме.
— Ульяна доложила, да? — зло усмехаюсь, будучи ещё во власти необъяснимых эмоций.
— Верно, — он тяжело вздыхает. — Мы же договаривались, я поверил тебе. Оказалось, зря.
— Мне жаль. Хотя я, правда, не понимаю, что в этом такого. Я проголодалась, было ранее утро, все спали.
Женя строго смотрит на меня, и, будто ребенку, начинает втолковывать:
— Там находились очень и очень опасные люди. Они много пили, употребляли наркотики, отрывались на полную катушку. Без правил и запретов. Каков шанс, что на утро они тут же вспомнят о моральных нормах?
Я стыдливо опустила взгляд, поняв, что действительно сглупила.
— Вчера, да и сегодня, я видела их всех. Вполне приличные, вот и не подумала.
— Сюда приехали не приличия соблюдать. И я на себя злюсь, надо было отправить тебя домой. Моя вина, что ты оказалась среди…всего этого.
Да-а-а, и это он еще про Руслана не знает. И правильно, а то точно ещё больше себя казнить станет.
— Это я непутевая, а ты стараешься заботится обо мне. Порой даже слишком. И если б не Ульяна… И почему она не могла промолчать?
— Зависть, — просто и уверенно отвечает брат, выруливая с парковки.
— С чего ты так решил?
— Она превратила свою жизнь в дорогую помойку. Но предпочитает не замечать этого, ведь вокруг все такие. А ты напомнила, что есть другой путь. Тот, который ей уже недоступен.
— Да ты философ.
— Нет, Ви, — грустно улыбнулся Женя. — Мы с ней просто из одного болота.
— Не смей! — возмутилась я. — Для меня ты самый лучший.
  
Глава 7. Наши дни
 
Рустам быстро уснул, и я захожу на кухню, чтобы заварить чай. Не потому, что мне его хочется, а из необходимости чем-то заняться. Ясно как день, что разговор предстоит сложный. Руслан на взводе, я растеряна, и что будет, когда мы останемся наедине даже предполагать страшно. У нас слишком запутанное прошлое, состоящее из ошибок, примирений, трудных решений. И множества счастливых моментов, которые мы оба похоронили после случившегося несчастья.
Тихий стук в дверь странным образом успокаивает расшалившиеся нервы, либо организм настолько испугался, что впал в некий транс. Я впускаю Руслана, побормотав подобие приветствия, и мы вместе идем на кухню. Устраиваемся напротив друг друга за небольшим круглым столом, и тут я вспоминаю про неуместную в данной ситуации роль хозяйки и предлагаю чай.
— Нет, спасибо. Я не за этим пришел, — в голосе мужчины слышатся невозмутимость и уверенность. — Как ты понимаешь, я собираюсь видеться с Рустамом и довольно часто. Мне надо много наверстать
 
— Конечно, я понимаю. Мы можем определить дни…
— Этого недостаточно, — вдруг категорично заявляет Руслан. — Ребенок уже довольно большой, меня не знает, — кривая усмешка как упрек мне лично, — поэтому я хочу по-максимуму проводить с ним время.
Мне становится не по себе от той решимости, что я читаю в черных глазах. Она мне знакома и ничего хорошего не предвещает.
— Я буду забирать его. Не сразу, но скоро. Также мне нужен ключ от твоей квартиры. Обещаю не вламывается без предупреждения.
— Ты слишком многого требуешь, — стараюсь говорить ровно, но Руслан наверняка знает, что мое спокойствие напускное. Он специально хочет вывести меня на эмоции. — Все должно быть постепенно и плавно, так лучше для Рустама. И без моего одобрения ты с ним один не останешься. Ключи тебе без надобности.
— Ви, — Руслан снисходительно улыбается, — я не спрашиваю. Ты достаточно хорошо меня изучила, чтобы сделать правильные выводы.
— К сожалению, да, — теперь надобность в контроле отпадает, поэтому злость отчетливо проявляется в моем голосе. — Но мне даже интересно, какие угрозы ты подготовил.
— Тебя лишат родительских прав, — сразу бросает Руслан.
Скотина!
— Из нас двоих ты уголовник!
— А ты наркоманка.
— Нет… — в шоке от подобной наглости я теряю дар речи.
Проще убить его прямо на месте, чем вразумить. И без подробностей ясно, что он сможет добиться полной опеки. Ему ведь и правда ничего не стоит подставить меня, он спец по грязным махинациям. Наверно, в тайне даже мечтает, чтобы я сопротивлялась и дала повод поиздеваться…
— Ты просто отвратителен, — цежу сквозь зубы.
— Ты знала, с кем спишь. И от кого рожаешь.
Я резко поднимаюсь, отхожу на пару шагов и прислоняюсь спиной к столешнице.
— Действительно, мы же просто спали! А теперь ты приходишь и делаешь Рустама, своего сына, разменной монетой. Хочешь отыграться на мне, давай! Только за что? Да, я бросила тебя, но ты в этом виноват! Уходи! Убирайся!
— Мы не договорили, Виола. Уймись, пожалуйста. Я не предлагаю ничего неприемлемого.
— Тебе не нужен ребенок. Ты и не хотел его никогда, а сейчас внезапно проникся? Ни за что не поверю и не доверю тебе его.
Я не успеваю толком отреагировать, а Руслан уже стоит напротив. В его лице нет и капли человечности, одна жестокость. Господи, чем же я заслужила этого монстра.
— Я тебя отпустил, — очень тихо говорит он, нависая надо мной. — И возвращаться не планировал, было и прошло, такая у нас судьба, значит. Но ты родила и этим связала нас. Очень и очень прочно. Поэтому включай соображалку и пойми, что все изменилось. Рустам мой ребенок, и я останусь в его жизни, а соответственно и в твоей.
Получается, вот в чем дело. Я не сделала аборт, родила и тем самым загнала Руслана в ловушку отцовства. У него скорей всего имелись дела поважней после тюрьмы, свобода была так близко, а тут я с «прицепом».
— Оставайся, — говорю я, — но не забывай о манерах. Ты свалился как снег на голову и ведешь себя так, будто тебя здесь ждали. Мы оба изменились и должны наладить контакт ради Рустама. Отойди, пожалуйста.
Руслан несколько секунд стоит неподвижно, но потом все же садится обратно на стул.
— Я не уступлю, Ви. Мы расстались не лучшим образом, согласен, но я был в праве знать о ребенке. Не моя проблема, что ты решила сыграть роль мстительной суки.
— Что ты несешь? — возмущаюсь я. — Какая месть?
 
— А есть еще причины твоего поступка?
Он хочет откровений, серьезно? Не дождется. Я не собираюсь рассказывать, как каждый день плакала, как забывала про сон и еду, как боялась выйти из дома. Моя жизнь походила в ад, бесконечные страдания изматывали тело и душу, превратили в подобие человека. И об этом я буду молчать до последнего вздоха, потому что ему нельзя знать, насколько сильно он меня сломал когда-то.