Любовь садиста (СИ)

Мне не терпится пожаловаться Жене, но, заходя на кухню, вижу, что он тоже не в настроении. Сидит сердитый за столом с бокалом коньяка и прожигает взглядом во мне дыру.
Неужели…Но откуда? Опять Ульяна. Прав был Руслан, ругая за дурную выходку тогда.
— Что случилось? — спрашиваю как ни в чем не бывало, а у самой поджилки трясутся.
— Со мной? Ничего. А вот тебе придется собрать вещи и у*бывать отсюда.
— Что? — не верю своим ушам.
Даже в самом страшном сне я не могла представить такого исхода.
— Жень, я люблю его, — пытаюсь оправдаться, но делаю только хуже.
Брат поднимается и за локоть отводит в мою комнату.
— Вот и езжай к нему, — ровным тоном выносит приговор. — Строй с ним свое счастье побитое-перебитое. Любовь же шрамы сводит, раны залечивает, кости сращивает.
Надвигается на меня, заставляя пятиться назад. Спотыкаюсь обо что-то и падаю. Понимаю, что это большая сумка. Женя тем временем открывает шкаф и начинает вытаскивать одежду.
— Забирай. Кофты. Пальто. Штаны, — каждая вещь выбрасывается с большим остервенением, чем предыдущая. — Не жалко! Так же как и тебя, тупую малолетку! Что села?! Думаешь, Руслан на новый гардероб расщедрится?! — орет он, и меня накрывает паника.
Что вообще происходит? Когда мой брат превратился в неадекватного психа? Мне страшно, но я предпринимаю отчаянную попытку достучаться до него.
— Почему? Женя… Давай обсудим.
— Что именно? — вмиг успокаивается он, и эта перемена пугает еще больше. — Как ты врала мне? Как забила на все предостережения? Или, может, поделишься впечатлениями о сексе с моим другом? Как он тебя пытает? Душит, режет, избивает? Покажешь знаки его «любви»?
Я не успеваю среагировать как Женя кидает меня на кровать и задирает платье.
— Что ты делаешь?! — кричу не своим голосом, хотя мысль о насилии сразу отметается.
Тем не менее отчаянно сопротивляюсь, дерусь и кусаюсь, но помогает мало, в конце концов я оказываюсь лицом вниз. Заканчивается все внезапно, и по гримасе отвращения я понимаю, что искал брат. Тоненькая царапина на пояснице, словно свидетельство моего падения в его глазах.
— Ты хоть знаешь, с кем в чувства играешь? — убивается Женя, метаясь по комнате. — Он же ненормальный. Ему башку рвет, если не истязает баб. Ты знала, что он в завязке и двух месяцев не продержался? Чуть не убил какого-то пацана за то, что тот быканул на него?
— Знаю, — говорю со слезами на глазах, но мой ответ игнорируют.
— Он же уничтожит тебя. И как мне жить с этим? Я же виноват! Я вас познакомил, я не уследил.
Хочу заверить его в обратном, утешить, потому что начинаю понимать причины его поведения, но Женя полностью погружен в свои переживания.
— Я же тебя оберегал, лучшего желал. Встретить хорошего парня, выйти замуж, прожить вдали от этой грязи! Нельзя было привозить сестру сюда, ты все испортил, жизнь ей сломал!
Переход на разговор с самими собой выглядит жутко, и я стараюсь, не привлекая внимания, пробраться к двери.
— Ты поступил плохо! Непростительно! — отчитывает Женя себя. — Наблюдай теперь за тем, как она страдает по воле этого у*бка. А чего ты ожидал от него? Понятий о семейных ценностях? Или о дружбе? Ты же знал, какой он, не зря о сестре не распространялся. И почему в итоге она с ним? Почему, я спрашиваю?!
Из квартиры вылетаю, будто…будто мой брат сошел с ума! Только так оно и есть. Истерика накрывает на улице, с трудом передвигаюсь, но упорно бегу дальше. Останавливаюсь, когда оказываюсь на оживленной детской площадке.
Вытираю слезы и подхожу к группе мамочек с колясками.
— Извините, можно, пожалуйста, позвонить?
Они недоверчиво косятся на меня, но одна из них все же достает мобильный и протягивает мне.
— Спасибо.
По памяти знаю ничтожно мало номеров, но один из них полезен в моем положении.
— Здравствуйте, спортивная секция «Эталон», чем могу помочь? — раздается приятный мужской голос.
— Туз бьет джокера, — называю пароль. — Соедините с Русланом Вадимовичем, пожалуйста.
— Кто спрашивает?
— Виола.
 
— Цель звонка.
— Э-э-м…мне нужна помощь, — теряюсь я.
— Ваши контакты будут переданы, Виола. Хорошего дня.
Так вот как это работает. А Женя говорил, что надо просто позвонить и назвать пароль. Уже хочу отдать телефон владелице, как он начинает вибрировать. Судорожно жму значок «ответить».
— Виола, где ты? — с ходу спрашивает Руслан.
— Возле дома. Забери меня, пожалуйста. Женя…он…он… — дыхание перехватывает, когда вспоминаю нашу с братом ссору.
— Подойди к остановке, я уже еду к тебе.
— Хорошо!
Благодарю женщину и мчусь в назначенное место. Удивительно, но уже на подходе вижу знакомую машину. Ныряю в салон и бросаюсь Руслану на шею. Он отодвигает сиденье и перетаскивает меня к себе на колени. Теперь можно вдоволь поплакать.
— Он все знает. Сказал собирать вещи…а потом кричал…и с ним что-то произошло…Я боюсь он что-нибудь натворит.
— Я послал к нему Степу, — заверяет мужчина, целуя в висок. — Это обычный срыв, поэтому как бы странно он себя ни вел, ему помогут. Не впервой.
— Да?
— Да. Когда он теряет контроль над чем-то, его заносит далеко в прошлое. Ты же в курсе, каким оно было?
— Конечно. Его бабка по материнской линии…ужасная женщина…Имела над ним неограниченную власть, истязала все детство, чтобы он полностью зависел от нее, — машу головой, прогоняя образ сумасшедшей старухи. — Но я никогда не видела Женю с таком состоянии. Пожалуйста, пусть ему помогут.
— Не переживай. Подлечат твоего брата.
Уверенность любимого человека действует успокаивающе. Он не стал бы преподносить сладкую ложь во благо.
— А как ты доехал так быстро?
— А ты почему на звонки не отвечаешь? — получаю упрек вместо ответа. — Женя мне первому устроил порку по телефону, когда в университете нашел не тебя, а твою подружку.
— Черт! — хватаюсь за голову. — Забыла, что он сегодня заехать за мной хотел.
— И не только об этом, как я понимаю. Беззвучный режим? — делает правильное предположение, после чего больно бьет по попе. — Без денег, без связи убежала. А я тебе и писал, и звонил, чтобы предупредить. И поехал сразу сюда.
— Спасибо. Видишь, без тебя мне никак…
— Без меня всего этого не было бы.
— Прекрати, иначе тоже получишь, — ворчу я, как можно теснее прижимаясь к Руслану.
— По попе? — ерничает он, заставляя меня улыбаться.
Но беспокойство за Женю не отпускает. Порываюсь вернуться домой, и, конечно, сталкиваюсь с убедительными аргументами против этой идеи.
Руслан отвозит меня к себе и уезжает работать. Перед этим оставляет банковскую карту, чтобы я могла заказать поесть. Решаю сходить в супермаркет — готовка всегда помогала отвлечься.
Три блюда за три часа. Смотрю на время и грущу. Неужели придется ужинать в одиночестве?
«Не жди. Ложись спать», — приходит сообщение.
Злюсь на Руслана за то, что он не рядом, а потом на себя за неблагодарность. Он ведь звонил мне каждый час, волновался, как я тут справляюсь, к тому же объяснил, почему так занят. Сегодня у них крупные выплаты, а Женя вышел из строя, приходится самостоятельно проводить сложные банковские операции, проверяя каждый шаг, чтобы не напортачить. Суммы-то огромные. По сути он разгребает устроенный мной бардак: если бы не моя рассеянность, брат бы со всем разобрался. И о наших отношениях завтра узнал лично от Руслана.
Один плюс — самобичевание действенное средство от бессонницы. А вот поздно возвращающийся мужчина нет.
— Все хорошо? — спрашиваю, устраиваясь у него под боком.
— Прекрасно, — отвечает, забираясь загребущими ручищами под мою пижамную майку.
 
Сонно думаю о продолжении, но потом слышу тихое сопение. Устал, бедный.
***
Утром долго не могу встать с постели, потому что буду вынуждена разбираться со вчерашним бедламом. Проще укутаться в одеяло и пусть весь мир подождет. Но ждет он до поры до времени, жуткий грохот поднимает лучше любого будильника.