Темный рыцарь (СИ)
— Сестры моего товарища, боевого, старшая уже самостоятельная, а вот младшие — еще самые настоящие дети… После войны Смерти присматриваю за ними, — старик понял, что продавить меня не получится, и отступил. Меч продолжал висеть в воздухе, но атаковать инвалид больше не пытался. Просто смотрел на меня, а иногда еще на поле перед городом, откуда до сих пор доносились вспышки от схватки Карика и троицы лидеров Сопротивления. Кстати, кажется, они как будто немного выдохлись, а это значит, что скоро битва подойдет к концу, и мне надо бы закругляться.
— Значит, прошел войну между Атоном и старухой, — я обрадовался возможности еще больше узнать об этой части истории Каррии. — Явно был хорошим воином. И почему тебя тут бросили? У вас так принято или это раны, нанесенные Смертью, которые нельзя вылечить?
— Если знаешь про раны, то чего спрашиваешь? — старик оскалился, показав слегка заостренные зубы. А ведь по расе он точно не совсем человек. — Тогда я лишился десяти миров, а потом и ног. Увы, даже демиург не мог ничего с этим поделать.
— И тогда он просто бросил тебя? — надавил я.
— Он не бросал меня! — старик чуть не перешел на крик, а девушка, до этого стоявшая позади, подбежала к нему и обняла, пытаясь успокоить.
— Всем ветеранам предложили жилье в среднем городе, — выпалила она. — Но капитан Харт сам решил жить с нами, чтобы выполнить данное моему брату обещание.
— Когда жизнь теряет один смысл, надо найти другой? Хоть какой, чтобы продолжать держаться? — я не укорял, просто старался разбередить старую рану. Потому что чем ярче этот старик и его семья осознают то, через что проходят, тем больше их поразит то, что я хочу сделать. Если, конечно, у меня получится… Но к черту сомнения: в будущем я уже не раз видел, как мои стихии взаимодействуют с другими, с той же Смертью, так что я почти уверен, что мой план сработает.
— Да, я живу ради них! И умру ради них! Кто бы ты ни был, чужак, что бы ни задумал, хватит играть! Или сражайся, или вали отсюда! — старик снова угрожающе поднял меч. Кажется, он дошел до кондиции.
— Что ж, ты правильно сказал, пора переходить к делу, — спокойно кивнул я, а потом вытащил из невидимого кармана тело мертвого гоблина.
Одной рукой бросил его на землю, второй, перехватив косу, пробил ему брюхо и засунул внутрь мешочек с необходимыми для создания кадавра реагентами.
— Поднимись! — моя сила наполнила мертвое тело, и гоблин с пустыми глазами вскочил рядом со мной. Кстати, кажется, я оказался прав насчет его природы: энергия Зла текла по его жилам, как будто те были специально для нее созданы. — Сдерживай этих, чтобы не мешали, — я указал гоблину на толпу гражданских, которых защищал безногий старик. — Но никого не убивай!
Ветеран попробовал достать моего кадавра своим мечом, когда тот бросился вперед, но я блокировал его удар. Пусть не отвлекается — именно я буду его противником, пусть и ненадолго. Пришлось выложиться, чтобы справиться с этим и последующими атаками — лысый старик, как оказалось, не просто болтал все это время, но еще и копил силы. Вот только это ему не помогло: натиск его я все равно выдержал, а потом уже сработало то, что у меня в подчинении были целые миры. Я быстрее накопил энергию для новой атаки и, создав пирамиду из Зла и Обмана и повернув ее острием вперед, со всей силы врезал по мечу старика. В итоге тот не смог удержать его, и опасная железка улетела с крыши куда-то вниз.
— Капитан Харт… — до меня донесся голос девчонки-подопечной, но я не обращал на него внимания, и зря. Забыл, что доведенные до отчаяния люди и боги могут решиться на совсем уж безумные поступки. — Я отдаю вам свои миры и алтари, только справьтесь с ним!
Старик тут же создал новый клинок уже из чистой энергии и снова атаковал меня, но на этот раз я почти на него не смотрел. Пара миров не даст достаточно силы, чтобы пробить мой щит, а вот то, что передача алтарей возможна, я хотел увидеть своими глазами. Девушка, чей голос я только что слышал, упала на колени, у нее из горла текла кровь, но она держалась изо всех сил, чтобы не потерять сознание и увидеть, как я паду. Наивно, глупо… Но, черт побери, меня это зацепило. Словно опять почувствовал что-то знакомое.
— Старик, не хочешь вернуть девушке ее алтари? — я смел все собранные капитаном Хартом силы, выбил его из коляски и прижал к земле. Совсем как недавно во время допроса прижимал стражника-духа.
— Я не могу! — тот яростно покачал головой. — Это ее дар! Стихия Света — только она так может, я — нет… Вернее, могла — она отдала мне все силы и теперь стала обычным человеком.
Я понял, почему так легко справился с этим воином — тот просто неожиданно понял, что лишился той, ради кого жил. Потерял цель, и это ударило его сильнее, чем потеря ног. А я снова столкнулся со стихией, которая была прямо противоположна моей. Искреннее самопожертвование — тот же Бо, когда создавал Свет в наше время, наверно, даже не подумал, что у этой стихии есть такая сила. Как красиво, как глупо и в то же время как впечатляюще.
— Еще ничего не кончено, — я нахмурился и перешел к тому, что, собственно, с самого начала и собирался сделать. Правда, после последних событий совсем не хотелось превращать это в шоу. Но надо… — Сейчас я вылечу тебя… А что касается идиотки, которая отдает все силы, даже не разобравшись в ситуации, ее мы тоже снова сделаем богом.
— Его не вылечить… — девушка снова выплюнула сгусток крови, переводя взгляд с меня на старика. — Сила Смерти не лечится.
— Ее не спасти… — забавно. Она ответила за капитана, тот за нее. — Людей нельзя сделать богами…
— Еще раз, — я тяжело вздохнул. — Я — Кот, говорят, что я настоящий Избранный и для меня нет ничего невозможного!
Глава 7. Солнечная
В ответ на свое имя и позаимствованный титул я услышал лишь несколько ироничных вздохов. Да, порой в чудо людям поверить сложнее всего.
— Не шевелись, — я продолжал прижимать старика к крыше, но теперь не страховался второй рукой от возможных сюрпризов, а протянул ее к его ногам.
Как мне кажется, тут все очевидно. Почему раны нельзя излечить? Потому что, как говорят местные, они достались Харту от удара стихией Смерти. Вот только весь мой опыт прямо-таки кричит о том, что прошлое не может определять будущее напрямую.
— Не пробовал искать целителя, но не говорить ему, что твои раны нанесены Смертью? — я погрузился в свои ощущения, но продолжал говорить. Это отвлечет и капитана, и остальных от того, чтобы решиться на глупости.
— Пробовал, — Харт практически выплюнул это слово. — Все наши рано или поздно пробуют все доступные методы, но ничего не работает. Смерть есть Смерть.
Я невольно улыбнулся. Да, будь это иначе — было бы забавно. Раны, которые не исцелить, потому что никто не верит, что это возможно. Но увы, все сложнее. Тут не вопрос веры, а это может означать только то, что в ране должно быть что-то другое, поддерживающее ее неизлечимость. И, учитывая единственную стихию, с которой местные не могут справиться, это действительно может быть только она, Смерть. И сейчас именно ее проявления я и ищу.
Кажется, что-то есть. На самой границе моего стихийного зрения я словно почувствовал какое-то шевеление, но мне не хватало мощи моих семи алтарей, чтобы разглядеть больше.
— Гоблин, — я позвал своего помощника. — Новая команда: если кто-то пошевелится, убивай!
Сейчас я планировал собрать все свои силы и вложить их в пелену Зла, а это значило, что меня будет слишком просто достать. Слишком мало свободных сил для защиты от потенциального нападения. Так что пусть кадавр будет готов самым жестоким образом пресекать даже попытку вмешаться в происходящее. Так и местные вряд ли дернутся, и мой гоблин в случае чего будет действовать эффективнее. А собой я рисковать точно не собираюсь.
Убедившись, что пока мне ничего не грозит, я снова приготовился к погружению в свои силы. Золотистый каркас пирамиды из Обмана, добавить туда всю доступную мне стихию Зла, а потом уменьшить плотность до самого минимума — именно так работает моя самая сильная способность истинного зрения, позволяющая видеть суть вещей. Когда-то я подсмотрел ее у народа гарпий, и она уже много раз помогала мне раньше. Так вышло и сегодня. Стоило только собрать побольше сил, как я смог увидеть то, что искал. Остаточный след стихии Смерти.