Красная дорама (СИ)

Что?
Сохранить невозмутимое выражение на лице мне стоило немалых усилий. Неужели: это оно⁈
Нет, я и сам думал подкатить к донджю насчет разрешения, но не очень представлял, как к вопросу подступиться… А тут вдруг Хо Сок взял и сам об этом заговорил! Невероятная удача? Или… подготовленная провокация?
Но откуда Ли — или кому-то, кто стоит за ним — знать, что я рвусь к границе? Хотя тот же Ким из Группы 109 что-то ведь мог заподозрить по истории моего браузера… Я тогда отбрехался Днем Солнца, но что, если «агент Смит» лишь сделал вид, будто мне поверил — и по-тихому взял в разработку?
Другой вопрос: стали бы ради мелкой сошки, вроде меня, задействовать такого, вне всякого сомнения, серьезного человека, как Ли Хо Сок? Разве что дело тут вовсе не во мне — в Джу! А я, ее референт, всего лишь мостик для доступа к начальнице Управления…
Но ведь в четверг, когда донджю впервые ко мне подошел, я был еще самым заурядным курьером! Новую должность Мун Хи мне на тот момент только предложила — едва ли кто-то сумел бы подсуетиться столь оперативно…
В общем, мутно тут все как-то…
— Гляжу, товарищ Чон, наша с Джин Хо праздная болтовня вам наскучила, — заметил между тем Хо Сок — кажется, с нарочито равнодушным видом я все же малость переборщил.
— Нет, нет, что вы, все это очень интересно! — поспешил заверить я собеседника. — Просто, немного необычно для меня — моя жизнь ведь течет совсем иначе, не так, как ваша! Вот я, наверное, немного и растерялся…
— Я и говорю: загрузили мы вам с сыном, — любезно улыбнулся мне донджю. — Так что, наверное, пора переходить к делу. Оказанная вами нашей семье услуга просто неоценима — но в меру наших сил должна быть отблагодарена. Не стану предлагать вам денег: дать мало было бы неправильно, а внезапно появившаяся у вас по-настоящему солидная сумма кое у кого может вызвать ненужные вопросы… Поэтому нет, не деньги! Но есть у меня идея даже получше… Впрочем, сперва поинтересуюсь: возможно, вы сами хотите о чем-то нас попросить? — чуть склонив голову набок, посмотрел он на меня.
Итак, что это? Все-таки провокация? Или счастливый шанс, который выпадает лишь однажды?
Ох-х…
— Прошу прощения, прежде, чем мы продолжим, могу я ненадолго отлучиться? — выговорил я виноватым тоном. — Столько всего разом съел, — кивнул я на все еще заставленный едой стол. — С непривычки — немного тяжеловато стало…
— Да, да, конечно, — благожелательно кивнул мне собеседник. — «Комната гигиены» — налево по коридору.
— Еще раз прошу меня извинить… — поднявшись, я покинул кабинку.
Уединившись в туалете, я уже привычно направил взор внутрь себя — и почти сразу поймал заветную «искорку». Накануне вечером, дома, я снова упражнялся с «расколом реальности» — и, как мне показалось, почти научился выбирать, на сколько именно загляну в будущее. Получалось у меня, правда, далеко не всегда — где-то с четверти попыток. Еще в стольких же разброс, как и прежде, выходил произвольным: в диапазоне от мгновений — и где-то до часа. В остальных пятидесяти процентах случаев «искра» не разгоралась вовсе.
Но сейчас я «поймал» ее сходу — и попробовал «перевести часы» максимально вперед. Вот завожу я с Ли-старшим разговор о разрешении на поездку — и что случится через час? Меня уведут из ресторана в наручниках сидевшие в засаде полицейские? Или мы с донджю благополучно простимся, вполне довольные друг другом?
Может, и сомнительной эффективности проверка, но хоть какая-то…
Удалось мне задуманное лишь отчасти. Реальность послушно треснула — но, как мне показалось, ни о каком часе речи здесь не шло — максимум о десяти-пятнадцати минутах.
Увидел я, как снова сижу за столом в компании папаши и сына Ли.
— Да, есть одна просьба, — говорю, тщательно подбирая слова. — В армии у меня был друг. Вернее, была — это девушка. Ким. Сама она как раз из Синыйджу, куда вы только что ездили. Мы… ну, в общем, я думал, что после дембеля женюсь на ней. Но перед самым увольнением на гражданку мы с Ким поссорились — из-за сущего пустяка. Потом я пытался ей дозвониться — но не сумел… В общем, я очень бы хотел к ней съездить — и, быть может, помириться… Но приглашение мне из Синыйджу никто, понятно, не пришлет. А значит, и разрешения «с синей полосой» мне никак не получить… А вы, как мне показалось, обмолвились… — я выжидательно умолкаю.
  
Хо Сок понимающе кивает.
Кажется, даже слишком понимающе.
— Сделать разрешение — не проблема, — уверенно заявляет он. — Вопрос пары-тройки дней — если не слишком спешить — и, от силы, сорока-пятидесяти юаней, чтобы подмазать скрипучий государственный механизм… — он выдерживает короткую паузу, и задумчиво продолжает. — Синыйджу, значит… Вот что, товарищ Чон… Ваш случай — с этой Ким — понятен и не может оставить равнодушным. Но знаете, бывает, что люди рвутся к китайской границе совсем по иным причинам. Они… Представляете: они хотят перебраться на ту сторону! И некоторым это даже удается… Но честно скажу: лично я такого поведения не одобряю. Даже не как патриот — тут все куда прозаичнее. В годы Трудного похода — да, побег имел смысл. Но сейчас-то человек со светлой головой вполне способен неплохо устроиться и здесь, внутри страны! Сам я бывал за кордоном, и не раз — там вовсе не так сказочно, как думают некоторые. Материально — получше, конечно — если смотреть в среднем, но, например, подняться из самых низов наверх, как вышло у меня, там ничуть не легче, чем здесь. Скорее — куда труднее! А пресловутая свобода — она там тоже лишь кажущаяся! Везде нужно играть по установленным правилам! И наши здесь, хотя и выглядят грубее, по сути своей — едва ли не на порядок мягче! Можете мне поверить: я хорошо знаю, о чем говорю! В общем, если хотите знать мое мнение: сейчас через китайскую границу бегут одни лишь записные неудачники, не устроившиеся здесь — и после сигающие с крыш сеульских небоскребов там — по той же самой причине!.. Но к вам, понятно, все это никакого отношения не имеет: вы у нас к невесте едете, — резко сменив тон, заканчивает донджю.
— Именно так, — сдержанно подтверждаю я.
— Что ж, если настаиваете… Как я уже сказал, сделать на вас разрешение «с синей полосой» не составит особого труда, — повторяет мой собеседник. — Разве что… — слегка хмурится тут он. — Напомните, пожалуйста, вашу должность в Пэктусан? Курьер, если не ошибаюсь?
В статье из «Нодон синмун» этого, кажется, не было. Хо Сок навел обо мне справки как-то еще?
— Да, — на автомате подтверждаю между тем я. — То есть нет, — тут же поправляюсь поспешно. — Уже нет.
— Нет? — недоуменно приподнимает брови Ли-старший.
— С пятницы я переведен на должность референта начальника Управления, — сообщаю я ему.
— Вот как? Хм… — вдруг резко мрачнеет донджю. — Если ничего не путаю, это — уровень начальника отдела?
Я киваю:
— Приблизительно так.
— Поразительный карьерный скачок… — рассеянно бормочет Хо Сок.
— Повезло, — развожу руками, еще не понимая, к чему он клонит.
— Это как сказать… Смотря что для вас важнее: новая должность или… прежняя невеста.
— В смысле? — я все еще не догоняю.
— Начальник отдела в Пэктусан — уже весьма серьезная фигура, — качает головой мой собеседник. — Эти люди входят в список лиц, находящийся на специальном контроле Кукка анчжон повисон, — госбезопасности то есть. — В течение всего срока нахождения на ответственном посту и минимум пять лет после ухода с него они — на особом счету. Не в последнюю очередь это касается как раз поездок по стране. Взяткой — назовем вещи своими именами — тут дела не решить — только попусту подставиться! И вас подставить. Нет, товарищ Чон, простите великодушно, но, получается, что мне ваша просьба не по зубам…
— Погодите, — оказываюсь не готов так просто смириться с отказом я. — Себе же вы, как я понял, разрешение сделали как раз за взятку… — своими именами — так своими именами! — А должность у вас не чета моей!