Красная дорама (СИ)

— Нет, — подтвердил ответственный секретарь. Не имея в распоряжении собственно протокола, он, понятно, ориентировался на выписку.
— А знаете, почему нет? — хмыкнув, обратился я к залу. — Потому что его там не было!
— Как это не было! — истошно заорал старший курьер. — Еще как был! Я и вызвал полицию! И своими глазами…
Задохнувшись от возбуждения, он умолк, и я поспешил воспользоваться этой его заминкой:
— Не знаю уж, кто там кого и куда вызвал, а вот насчет «своими глазами»… В них, наверное, в ту ночь соджу плескалось — вот тебе и мерещилось всякое!
— Я не пил в четверг! — рявкнул Пак.
— Соджу, может, и не пил, а вот пивом неслабо накачался! — бросил тут ему кто-то из соседей по ряду.
— Ага! — с готовностью подключился к обсуждению еще один незнакомый мне сотрудник. — Принес целую пачку талонов, кричал, что всех угощаешь!
— Точно, все еще гадали, откуда они у тебя, да еще столько! — заметили откуда-то сбоку.
Откуда, откуда… Не иначе, со стула в курьерской, где я их сложил днем в четверг, перед уходом! Собственно, Паку и оставил — но потом как-то не подумал, что он и их забрал, и в полицию настучал… Видать, и впрямь напился после работы — да и слетел с катушек…
— По-моему, картина ясная, — веско заявил я. — Фантазии у товарища Пака, конечно, более чем занимательные, но не думаю, что им место в материалах настоящего собрания!
— Да уж, — торопливо подхватил Гу. — Лично мне — все понятно! Считаю, что на этом прения по данному вопросу пора закрыть! Сколько можно⁈ Время — девятый час! Товарищ Пак Чин Хва, присаживайтесь! Давайте, давайте, не задерживайте нас!.. Ставлю на голосование следующее предложение…
В итоге собрание единогласно решило: за допущенный проступок, во-первых, естественно, отозвать мою кандидатуру, ранее выдвинутую на пост второго секретаря ячейки, и, во-вторых, ходатайствовать перед администрацией концерна о временном удалении из Музея Заслуг номера «Нодон синмун» с моим фото.
Да уж, наказали так наказали — и как теперь с этим жить?
А затем еще до кучи отдельно проголосовали по Паку — тоже по инициативе председательствующего: обязали старшего курьера, не затягивая, пройти обследование на предмет алкогольной зависимости и о диагнозе доложить товарищам в ближайшую среду. Я поднял руку «за» вместе со всеми — не без толики злорадства, врать не стану.
* * *
По окончании собрания я все же решил еще раз переговорить с Лим — и подстерег ее в коридоре. Сук Джа попыталась гордо продефилировать на своих непревзойденных шпильках мимо, но я решительно заступил ей дорогу.
— Что тебе еще? — угрюмо буркнула девушка, не сумев обойти меня ни справа, ни слева.
С ее черным поясом она могла бы, наверное, и напролом попробовать двинуться — но, к счастью, не стала.
А вот у меня, пока мы топтались в проходе, как на зло, вся заготовленная речь из головы напрочь улетучилась.
— Этот случай, на сукпак комёль — на самом деле там ничего такого… — сбивчиво начал я.
— Не успели? — холодно хмыкнула Сук Джа. — Полиция вовремя подоспела?
— Вообще не в этом дело…
— Однажды я, помнится, что-то такое уже от тебя слышала! — поджав губы, процедила Лим. — И как раз в связи с Джу Мун Хи! Прям хоть верь этому пьянице Паку!
— Выражаясь твоими же словами, это был бы совсем не мой уровень! — поспешил заметить я.
— Вот уж точно! — буркнула моя собеседница. — Хотя… — Она смерила оценивающим взглядом мой новый костюм. — Нет, все равно не твой! — заключила в итоге.
Да уж, хорошо еще, что Сук Джа не знает, с кем я ездил в магазин этот наряд выбирать!
— Но если это не она — то тем хуже! — неожиданно заявила девушка. — Не смог отказать вздорной начальнице — это я еще как-то могу понять, а так… — она снова дернулась вперед — но я опять не позволил ей пройти:
— Говорю же: речь совершенно не о том! В Пхеньян по работе приехала одна моя родственница! — пулеметной очередью принялся выдавать я. — Днем у нее были свои дела, а вечером мы договорились пересечься. Больше десяти лет не виделись! Встретились у нас на остановке, пошли по улице — а тут этот ужасный дождь как ливанет! Решили заскочить ко мне, обсушиться. Дежурная в подъезде спала — это, кстати, и в протоколе отражено — не стали ее будить. Думали, сейчас наверх — и быстренько обратно… Как-то не сообразили впопыхах, что сохнуть все будет не один час… А еще и электричество отключилось…
  
Ох, терпеть не могу вот так вот, в наглую, врать… Но, как все на самом деле было, ведь не признаешься!
А рвать отношения с Лим — да еще и без вины виноватым — мне совсем не хотелось. Равно как и оставлять девушку в убеждении, что ей цинично предпочли другую — тем более, что это не было правдой!
— Если все именно так, почему ты не рассказал об этом на собрании? — с наскока нащупав в моей импровизированной легенде слабое место, язвительно осведомилась у меня Сук Джа.
— Думаешь, мне бы поверили? — развел руками я. — Так что было попусту воздух сотрясать?
— А я, значит, такая дура, что должна поверить⁈
— Ну, ты же меня знаешь…
— Знаю — и понять не могу: почему до сих продолжаю этот нелепый разговор! — хмуро бросила моя собеседница — но новой попытки уйти и в самом деле не предприняла.
Возможно, именно потому, что как раз хотела поверить? Если так — нужно было ей в этом постараться помочь.
— Сук Джа… — аккуратно начал я — ожидая, поправит она меня на этот раз или нет? Не поправила, хоть слегка и скривилась — но уже будто бы почти дежурно. — Сук Джа, — повторил я уже тверже. — В прошлый четверг не произошло абсолютно ничего такого, за что тебе следовало бы на меня злиться! Честное слово! — вот сейчас я был предельно искренен — и надеялся, что собеседница это почувствует. Ну а коли нет, у меня имелся в запасе неубиваемый козырной туз. — Но то был четверг, а завтра у нас — воскресенье. Мы же договорились погулять в парке Моранбон… — при этих моих словах Лим снова поморщилась, и хотела что-то сказать, но перебить себя я ей не позволил. — Знаешь, — продолжил со смущенной улыбкой. — Там, рядом с парком, есть одно необычное местечко… Пиццерия! И я думал после прогулки пригласить тебя туда зайти — и угостить пиццей! Конечно, придется постоять в очереди…
— Спятил? — широко распахнула глаза девушка. — Ты хоть знаешь, какие там цены⁈
— Догадываюсь, — сдержанно кивнул я. — Но я тут немного поднакопил… Опять же, новая должность… Надо достойно отметить повышение…
Определенно, это должно было звучать как очень серьезное предложение. Которое не делают кому попало — кого в очередной четверг легко променяют на другую!
Зачем это было нужно мне? Ну, не привык я отступать. Да и деньги теперь у меня водились. А вот контрабандистов, которым их стоило заплатить, пока рядом не наблюдалось. К тому времени, как найду таких — наверняка еще заработаю!
А Сук Джа мне нравилась, что уж там скрывать.
— Чон, ты просто сумасшедший! — покачала между тем головой она — и впервые за все время нашего разговора позволила себе улыбнуться.
— Есть от чего сойти с ума… — немного двусмысленно выдал на это я, со значением глядя собеседнице в ее темно-карие, почти черные глаза.
— Утром думала, что при встрече убью тебя… — пробормотала та — будто бы невпопад.
— Раз уж, по недоразумению, я до сих пор жив — ты придешь? Завтра. К парку Моранбон.
— Приду, — помедлив для порядка, ответила девушка. И добавила лукаво: — Всю жизнь мечтала попробовать настоящую пиццу — как тут устоять! — таким тоном сказала, что иначе как «И дело вовсе не в пицце!» это было не услышать.
Но, наверное, все же и в пицце тоже — хотя бы как достойный предлог сменить гнев на милость…
— Значит, договорились! — заключил я. — Да, — вспомнил тут, — у меня теперь новый телефон! До понедельника — буду вот по этому…
Мы заново обменялись номерами, затем вместе спустились к проходной, дошли до остановки, где и простились до завтра — троллейбус Лим снова пришел первым.