Красная дорама (СИ)

— Так вроде с понедельника же только! — озадаченно брякнул я.
— Ни с какого не с понедельника — с этого самого утра! Так что ступайте в Первое бюро, оформляйте себе пропуск на седьмой этаж — и отправляйтесь на свое новое место работы!
— Э… — протянул я. — Понял, — кивнул, однако, тут же.
— Все, идите! — бросил мне товарищ Ли. — Успехов вам в новой должности! — кстати, сказано это было, кажется, без сарказма — хотя и без особой теплоты в голосе.
— Спасибо! — поблагодарил я замначальника — уже практически в спину.
Хм, как-то все тут быстро завертелось… Видимо, после ночных событий Джу Мун Хи решила ускорить реализацию наших ресторанных договоренностей — то ли окончательно удостоверившись в моей лояльности, то ли, наоборот, желая подстраховаться и выдернуть к себе из пучины отдела снабжения опасного свидетеля… Как говорится, держи друзей близко, а врагов — еще ближе…
И кем же она меня считает, надежным другом или все же потенциальным врагом? Так-то все вроде бы говорило в пользу первого варианта, но не стоило, пожалуй, полностью исключать и второго.
Ну а сколь короток у товарища Джу разговор с ее врагами, я видел — точнее, слышал — у пиццерии…
— Чон! — выдернул меня из раздумий голос секретарши Сон.
— Да, все, уже иду, — поспешно кивнул я — прикидывая, как стану искать это непонятное Первое бюро.
— Погодите идти! Телефон свой сдайте — он здесь, на нас числится!
— А как же мне без телефона? — нахмурился я.
— Вы же больше не курьер — перебьетесь как-нибудь, — пожала плечами моя собеседница. — Ну или в Управлении получите новый — если сочтут нужным выдать…
— Да, наверное… — я выложил на стол гаджет.
— Распишитесь в акте — протянула мне Сон какой-то листок, перед этим сама чиркнув там закорючку.
Я вывел подпись.
Копии акта мне на руки не дали — так, видимо, было положено.
— Кстати, а где у нас Первое бюро? — с самым равнодушным видом поинтересовался я. — А то слышал, переехало куда-то…
Ткнул и попал — ну, почти.
— Так уже года два, как переехало, — хмыкнула Сон. — Еще до вашего с Паком к нам прихода!
— А болтают до сих пор, — невозмутимо пожал я плечами. — Так куда переехало-то?
— Не знаете, где в Пэктусан Первое бюро? — покачала головой моя собеседница. — Серьезно?
— Ну, не каждый день приходится проходку на седьмой этаж оформлять, — развел руками я.
— Это точно, — неожиданно согласилась Сон. — Туда даже у товарища Ли постоянного пропуска нет!
— Вот, а я о чем!
— Короче: спускаетесь на первый — и идете в сторону, противоположную проходной, — принялась объяснять мне она. — До самого конца. Дверь в торце коридора — это и есть Первое бюро! Только вы там не могли не бывать — хотя бы когда в концерн оформлялись!
— Точно, заходил! — хлопнул я себя по лбу. — Просто из головы вылетело. Тогда, при оформлении, такая суета была…
— Ох, Чон, и не говорите! Я, когда сюда устраивалась, полтора дня по разным кабинетам моталась! — охотно подхватила моя собеседница. — Ладно, — спохватилась тут она. — Столько дел, столько дел — а я тут с вами болтаю! Успехов там, в Управлении, Чон! — это ее пожелание было, пожалуй, вполне искренним.
— Спасибо, — поклонился я — и вышел.
По описанию Сон найти Первое бюро мне удалось без труда. Дошел я туда минуты за три, и еще приблизительно столько же потратил внутри. Подписал грозного вида обязательство о неразглашении — видимо, стандартное. И получил пропуск — пластиковый, не чета моему старому, картонному — как я понял, предназначенный одновременно и для прохода в концерн, и на пресловутый седьмой этаж. Куда прямиком и направился.
Уже по пути, вспомнив мимолетную обмолвку товарища Ли насчет вещей, подумал было завернуть обратно в отдел снабжения, в курьерскую каморку, но не стал. Что там у меня за вещи, в конце концов? Тетрадь с цитатами Вождя, еще одна — с материалами для «собраний самокритики»? Такое не пропадет — потом как-нибудь заберу!
Основная лестница на седьмой этаж не вела — поднявшись до шестого, я с удивлением обнаружил, что дальше пути нет. Вышел в коридор, ткнулся направо, затем налево, свернул за угол — и был окликнут строгим охранником, поинтересовавшемся, что я тут забыл. Показал ему новенький пропуск, объяснил, что ищу седьмой этаж — и был послан. Нет, не куда подальше — а совсем недалеко, к специальному лифту. Внутри у того оказался особый дежурный, в свою очередь внимательно изучивший мою проходку — и лишь после этого впустивший в кабину. Кнопку — верхнюю из двух, без цифры — он тоже вдавил сам.
  
Интересно, нормальной лестницы на седьмой нет вовсе? А если вдруг в здании электричество вырубится? Нет, наверняка в концерне имеются автономные резервные мощности — но вдруг, скажем, случится пожар — и лифт все же встанет? Как тогда?
Выйдя из распахнувшихся передо мной автоматических дверей, я закрутил головой — коридор шел отсюда в обе стороны.
— Вам к товарищу Джу? — уточнил у меня сзади, из кабины, дежурный. — В первый раз, да?
— Все так, — кивнул я.
— Направо почти до конца, там мимо не пройдете, — любезно подсказал лифтер.
— Спасибо, — поблагодарил его я — и двинулся в указанном направлении.
Пройти мимо действительно было бы сложно. Глухой коридор в какой-то момент вдруг раскрылся, словно распустившийся цветок, в просторную приемную, широкий стол секретарши в которой почти терялся. Сперва в глаза мне бросились две развесистые пальмы в кадках, затем — камин у стены, похоже, ничуть не декоративный. Два книжных шкафа — один полностью заставленный политической литературой, я уже научился определять ее по стандартным корешкам, зато другой — с разномастными томами, судя по паре отмеченных мной названий — технического характера. На высокой тумбе стояла кофемашина — правда, выключенная, ее провод с вилкой беспомощно свисал к полу вдали от какой бы то ни было розетки.
И уже только под самый конец я заметил хозяйку приемной — тетушку, примерно ровесницу Сон из отдела снабжения. Причем, сперва ее услышал — и только затем увидел.
— Что вам, товарищ? — лениво поинтересовалась она у меня откуда-то из-под пальмы.
— Чон Сун Бок — к товарищу Джу, — представился я, учтиво поклонившись.
— Одну минуту, — кивнула мне тетушка — и вдавила кнопку селектора.
— Товарищ Джу, к вам товарищ Чон, — доложила — с придыханием, словно со сцены вещала.
— Пусть заходит! — послышался из хрипловатого динамика голос моей начальницы.
— Товарищ Чон, вас ожидают, — зачем-то перевела мне секретарша с корейского на корейский — и выразительно кивнула на одну из двух дверей, расположенных друг напротив друга. — Проходите!
Я и прошел.
  
37. Под шумок
 
— Ой, товарищ Чон, на кого это вы сегодня похожи⁈ — встретил меня в кабинете изумленный возглас начальницы.
Да они все сговорились, что ли⁈ Ладно еще тетушка Мин и товарищ Ли, они не в курсе — но ты-то, блин, знаешь всю подноготную!
— Дайте-ка подумать… — не удержавшись от капли ехидства, с расстановочкой выговорил я — сперва все же поклонившись. — Может быть, это вчера кто-то под дождем вымок?
Сама Джу Мун Хи, кстати, выглядела безупречно — но у нее, наверное, нашелся дома запасной деловой наряд.
— Ясно, — кивнула она. — Ладно, это мы исправим позже…
Товарищ Джу поднялась из-за стола. Массивного, красного дерева, на котором громоздились сразу два плоских компьютерных монитора. Смотрел я на них, понятно, с тыла, но, кажется, оба светились.
К слову, размером кабинет начальницы Управления не уступал ее просторной приемной, но наблюдавшегося за дверью нагромождения всего и вся здесь не было и в помине. Помимо хозяйского рабочего места тут имелся лишь длинный стол для совещаний — да стулья к нему. Ну, еще магнитно-маркерная доска — девственно чистая. На стенах, помимо пары обязательных портретов, висели политическая карта мира — по правую руку от Джу Мун Хи — и по левую — огромная картина в золоченой раме. Изображенные на ней солдаты с неимоверно зверскими лицами — видимо американцы — волокли куда-то через пылающую в пожаре деревню связанную молодую кореянку, босую и оборванную, но, без сомнения, гордую и непреклонную.