Я ничего не понимаю в культивации, но зато я бог (СИ)
Будь она современным человеком, то она бы сравнила окружающий её мир с изображением в телевизоре, которое было выкручено на максимум. А разрешение самого телевизора должно быть не менее 8К. Всё было слишком чётко, слишком ярко, слишком насыщенно и контрастно. В реальности таких расцветок просто не должно быть.
Из-за яркости и кислотности окружающей палитры у Лан не только заслезились глаза, но и закружилась голова. Женщина была вынуждена начать бороться с приступами тошноты. Но, всё же, имея многолетний боевой опыт, полученный в секте, она смогла пересилить себя и разглядеть источник звуков, которые напугали её.
Под самым потолком, сидел маленький паучок, который с аппетитом поедал букашку, запутавшуюся в его тонкой паутине. А новое восприятие мира, позволило женщине рассмотреть весь этот процесс во всех деталях.
— Какая мерзость, — пробормотала Лан.
Слабым взмахом руки женщина попыталась прогнать паука. Хотя, конечно, усилия Лан, вроде как, должны быть тщетны. Ведь лёжа на кровати, она была не в силах дотянуться до этого насекомого. Нужно было кого-то позвать на помощь и попросить прогнать это мерзкое насекомое. Она и без этой «животины» чувствует себя очень плохо.
Вот только чудеса продолжались. Одного лишь взмаха руки женщины хватило для того, чтобы порвать тонкую паутинку и отшвырнуть прожорливого паучишку в угол спальни.
— А? — не смогла скрыть своего удивления Лан. — Постойте! Это сделала я? Но это ведь минимум, уровень основы? Что происходит?! Что этот Чжао сделал со мной?!
Наконец-то к женщине вернулись воспоминания о прошедшей ночи. Вспомнила Лан и о странной сделке, которую она заключила со своим новым мужем.
— Он это говорил серьёзно? — пробормотала шокированная женщина, осторожно коснувшись левой щеки.
От рубца, который уродовал её, и след простыл.
«Не может быть! Невозможно!!» — женщина хотела было вскочить с кровати и подбежать к ближайшему зеркалу. Но стоило ей только резко пошевелиться, как её скрутила ужасная боль.
— Госпожа! Госпожа!!! Успокойтесь! — затараторили служанки, которые вбежали в спальню на крик. — Всё в порядке. Вы у себя дома. Посмотрите, какие красивые цветы вам муж подарил.
И, успокоиться стоило бы.
Для того, чтобы узнать свой уровень и ступень культивации, достаточно пару минут медитации. Но для этого нужны покой, тишина и отсутствие боли. В общем, нужно сделать так, чтобы ничто не отвлекало.
Поэтому, глубоко вздохнув Лан покосилась на цветы в серебряной вазе, которые поднесла к ней одна из служанок. Аромат этих цветов был каким-то странным. Слишком успокаивающий…, расслабляющий…
***
«ПОЗДРАВЛЯЕМ! У вас появился первый последователь!»
«ПОЗДРАВЛЯЕМ! Вы повысили свой уровень!»
«ВНИМАНИЕ! Вам стали доступны новые возможности! Зайдите в меню»
«Рекомендация…
Иван отмахнулся от всплывающих сообщений, как он надоедливой мухи. Они застали его над размышлениями о братьях и прочей родне.
Собственно в чём заключалась проблема, о которой ему утром поведал отец?
Изуродованная седая старуха, выгнанная с позором из секты, — никому не нужна. Она была идеальной женой только для столь же никчёмного Чжао, на которого все махнули рукой.
Кто-то от этой женщины избавлялся, как от нахлебницы. Кто-то надеялся, что из этой старухи получится строгая жена, которая кулаками и побоями сможет образумить своего беспутного мужа. А кто-то считал эту свадьбу безумно смешным фарсом.
Однако та серебряноволосая девушка, с уровнем культивации основы духа, которая лежит сейчас в гостевом доме — это совсем иная история. В любой семье этого города её положение будет весьма высоким. А стало быть, и своему мужу она гарантирует почёт и уважение.
Поэтому и не удивительно, что все возмущённо воскликнули: «А какого чёрта такое сокровище выдали замуж за такое ничтожество? К тому же, Чжао ведь сам кричал о том, что лучше умрёт, чем жениться на этой старухе. Так давайте их разведём!»
Два старших брата Чжао вознамерились взять Лан в жёны. А где-то на горизонте маячит глава рода Цзы, с причитаниями о том, что бедную девушку силой забрали у её родителей. Ай-ай-ай! Как же не стыдно роду Ван?! Надо бы вернуть эту девушку в род Цзы обратно.
И вроде бы спектакль главы рода Цзы был всем понятен. Но если Лан захочет вернуться в свою родную семью, то кто её тут удержит? Не кандалы ведь на девчонку надевать? А с таким непутёвым мужем, как Чжао, любая женщина должна захотеть убежать отсюда. Поэтому новый отец Ивана, как глава рода Ван, обязан развести этих двоих как можно быстрее и женить Лан на одном из братьев Чжао, которые будут для неё более достойными мужьями.
Вот такая история вышла в итоге. И в этой истории Иван неожиданно оказался втянут в битву за свою собственную жену. С которой, кстати, он и не знаком толком. И вообще, она ему является двоюродной тётей.
Хотя, конечно тут можно наивно размышлять о том, что вот, буквально только что, Лан приняла условия сделки и никуда она от Ивана теперь не денется. Иначе благословение с Лан спадёт, и она вновь окажется никому не нужной уродливой старухой.
Однако, во-первых, у Лан появилась возможность вернуться в свой дом и лично ухаживать за своей больной матерью (это обстоятельство может оказаться для Лан куда более важным). Во-вторых, Иван так и не выяснил, как и за что тут изничтожили местных древних божков (а ведь эти боги тоже кого-то там благословляли, но как-то это их не сильно спасло).
— М-мда, — глубокомысленно изрёк Иван. — Задачка вышла не из простых. Одними цветами теперь здесь не обойтись.
Взяв стопку красных конвертов, он отправился к своей очнувшейся супруге. При этом маршрут Ивана был почти точно таким же, как и с утра. Только на этот раз ему повстречался новый персонаж.
— Чжао! — отвлёк Ивана парень в белых одеяниях. — Ты уже подумал о том, кому уступишь свою жену?
Насколько Иван понял из разговора с отцом, задавший столь дивный вопрос юноша был его вторым сводным старшим братом. Он сын той самой школьной учительницы в роскошных белых одеяниях. А женщина эта была из рода Хань. Поэтому и её сына называли «братом Хань» или «господином Хань».
При этом, род Хань — это крупные землевладельцы. Этому роду принадлежало большинство городских зданий (особенно вокруг торговой площади) и огромные участки земли вокруг города.
Иными словами, за спиной «брата Хань» стоял богатый и влиятельный род, а так же очень умная мать. Они проталкивали «брата Ханя» к праву унаследовать место главы рода Ван. И, несмотря на то обстоятельство, что «брат Хань» был человеком недалёкого ума, ссориться с ним было чрезвычайно опасно. И именно поэтому Иван решил избавиться от юноши дипломатично, без применения силы и грубости.
А для начала Иван пожал плечами, и пространно ответил на вопрос «брата Ханя»:
— Это уж как Лан сама решит. Что я вообще могу сделать с женщиной, у которой столь высокий уровень культивации? Она ж меня по лбу щёлкнет, и я на другой конец города улечу.
— Ха-ха-ха, — засмеялся «брат Хань», похлопав Ивана по плечу. — Когда она тебя начнёт бить, меня не забудь позвать. Хочу лично за твоим полётом понаблюдать. Но всё же, если она у тебя совета попросит, кого порекомендуешь; меня или нашего старшего брата Ляо?
— Ляо? Ты имеешь в виду нашего свиновода? — уточнил Иван.
— Ха-ха-ха!!! Да, его!
— Честно, не знаю. Мне кажется, что его тут все очень сильно боятся. Разумно ли мне будет идти против него?
— Вот именно, что его все боятся. А меня любят и уважают! — гордо задрав нос, объявил «брат Хань».
— Такого не может быть, — лишь усмехнулся Иван, вовремя вспомнив древнюю восточную мудрость.
— Это ещё почему?! — возмутился «брат Хань».
— А ты прикажи кому-нибудь из своих слуг ударить тебя. Если они тебя любят, то наплюют на уважение к твоим приказам и никогда тебя не ударят. А если они тебя уважают, то исполнят твой приказ, наплевав на любовь к тебе. В любом случае, тебя либо любят, либо уважают, а не всё сразу.